— А клятву? — возмутился мастер Острави.
— Здесь? — удивилась я. — Вы в колдовских знаках разбираетесь?
— Кое-кто лечит наложением рук, — хмыкнула тетушка. — А науку полагает излишней и чрезмерно занудной.
Острави бросил на нее странный взгляд и мягко, почти нежно проговорил:
— Кто бы говорил, кто бы говорил. Спутать знаки льтиз и лейрах…
Тетушка вспыхнула как маков цвет, но быстро взяла себя в руки:
— Так я потому и говорю, Анхель, чтобы ты с меня пример взял. Подучился немного, там-сям знаний поднабрался да перестал позориться. В таком месте мало какая клятва будет крепкой.
— И если бы я хотела вас обмануть, — вступила я, — то настояла бы на том, чтобы клясться сейчас и здесь. Пойдемте, Хайлен. Кровь лучше проливать на землю. В нашем случае — на снег.
Ради такого дела я сняла перчатки и ничуть не удивилась, когда браслеты снова опечатали оба моих запястья.
— Вы невероятно сильны.
— Благодарю, — коротко выдохнул он и сделал шаг назад.
— Вам дурно? — нахмурилась я.
— От вашей ауры. — Он виновато улыбнулся. — Стихия огня облекает вас подобно мантии, в то время как у других пламя прячется на дне души.
Мне стало немного не по себе. Странности моего дара не обсудил только ленивый, но… Но истоков не нашли и просто решили, что душа моя мелкая и неглубокая, оттого пламени внутри места и не хватило. Стоит ли уточнять, что воспитатели не преминули поделиться этими сведениями со своими воспитанниками и с тех пор жизнь моя кардинально изменилась?
— Говорят, что это из-за моего дурного характера, — уклончиво проговорила я. — Раньше мой огонь никого не обжигал.
— А это уже часть моего, мгм, характера, — развел руками Хайлен.
Мы вернулись в дом и разошлись по разным его сторонам. Меня уже заждались горячая ванна и сытный ужин в постель, а его… Не знаю, что радует снежных магов, но пусть это будет что-то приятное.
Я не получила сиюминутный развод, но у меня на руках все инструменты для будущей свободной и спокойной жизни.
И, что немаловажно, больше мой отец не сможет свидетельствовать за меня перед богами. Свой единственный шанс он упустил!
***
Следующий день во дворце прошел куда спокойней. Во-первых, Ее Величество была занята и большая часть ее свиты отсутствовала. А во-вторых, моя драгоценная тетушка ловко отпугивала оставшихся.
Свой итоговый чертеж и список необходимых материалов я предоставила Ее Величеству на согласование и предупредила, что на зачарование уйдет два дня.
— Мы пришлем письмо, — уверенно сказала королева. — Сегодня вечером.
— Буду ждать, Ваше Величество. — Я склонила голову.
Хотелось есть, в мыльню и в постель одновременно. Перепроверить все предыдущие расчеты, расставить контрольные точки и посчитать, какие драгоценные камни подойдут в роли накопителей — это даже звучит нелегко!
— У тебя глаза горят, — тихо сказала тетушка, когда мы покидали личную часть дворца Их Величеств.
— Магия делает меня счастливой, — так же негромко ответила я. — Удивительно, как из нескольких десятков мелких колдовских форм возникает один мощный барьер.
— Или два.
— Или два, — согласилась я.
— Леди райн-Рейвис, — окликнули меня, — остановитесь!
Мы с тетушкой переглянулись, после чего одновременно развернулись к наглецу. Перед нами стоял герцог райн-Велронд. И в этот раз его отличия от Хайлена бросались в глаза еще сильнее.
«Мороз по коже, – признала я про себя. – Мое пламя хочет сжечь его дотла».
— Уделите мне несколько минут, — требовательно произнес он. — Дуэнья, как я вижу, при вас.
— Но при вас нет моего супруга, — ровно ответила я. — А он бывает до крайности недоволен, когда я уделяю время мужчинам.
— Тем не менее вам придется…
Я сняла перчатку, вскинула руку и четко проговорила:
— Клянусь не помогать Хайлену райн-Рейвису в поисках утерянных архивов его отца, Кастора райн-Рейвиса.
Герцог райн-Велронд нахмурился, и моя тетушка ввернула:
— Уж всем известно, сколько наш герцог заплатил Саймишам. Он мог бы потратить вдвое меньше, если бы хотел нанять мою девочку.
— Я уже изучила особый эдикт, — проговорила я. — Если вы понимаете, о чем я.
Герцог усмехнулся:
— Что ж, счастья вам. И детей одаренных.
— Благодарю, — отозвалась я.
И мы с тетушкой неспешно двинулись на выход. Остается надеяться, что моя куцая клятва удовлетворит Его Величество. Ведь если потребуют переформулировать…
«Не потребуют, – я попыталась саму себя успокоить. – Им незачем».
Сейчас райн-Велронд полагает, что переиграл райн-Торланда. Что я, сама того не зная, предала своего мужа. И я уверена, что королю эта короткая пикировка будет подана под совершенно иным соусом.
«Способен ли промороженный до костей райн-Велронд испытывать хоть какие-то чувства? Невозможно же предугадать действия безэмоционального полена!»
А с другой стороны, целители доказали, что без чувств и эмоций люди не живут. Просто остаются в своих постелях и тихонечко испускают последний вздох. Ибо ничто не радует и ничто не может заставить их хотя бы поесть. Из чего следует, что хоть какие-то осколки желаний в душе райн-Велронда должны теплиться!
— Знаешь, я окончательно перестала понимать тех, кто стремится во дворец, — проронила тетушка, когда мы усаживались в экипаж. — Этакие страсти каждый день.
— Хочется верить, что обычно там спокойней, — хмыкнула я.
— Ты не слышала, как фрейлины шептались про молодого офицера, упавшего с третьего этажа? Юноша лез к своей возлюбленной, в исподнем и с розой в зубах.
Покосившись на тетушку, я неуверенно сказала:
— Может, он от нее лез?
— А розу зачем забрал? — возмутилась Лукреция.
Я же пожала плечами:
— Ради экономии? Говорят, у младших офицеров жалование небольшое.
— Ну не настолько же, — засмеялась тетушка.
Карета прибыла, и мы вышли. Я невольно отметила, что без Хайлена нас никто не выходит встречать. Это было несколько неприятно, но вполне объяснимо.
«И я не буду ничего менять, – подумала я. – Имея собственный дом, мне не придется сталкиваться с неприятными мне людьми».
— Леди, я подготовила вам купальню, — на крыльцо вылетела Элиза, — и перепробовала все блюда, приготовленные к ужину!
Из-за ее спины выглянула служанка, которую наняла тетушка. Невысокая русоволосая девушка несмело улыбнулась и тихо сказала:
— Ванна готова, леди. Закуски поставлены на стол.
— Отлично, — просияла тетушка. — Надеюсь, нас не осудят за ужин в своих покоях!
— Милорд райн-Валдис покинул особняк, — тут же отозвалась Элиза, — а милорд райн-Торланд еще не возвращался.
— Благодарю, — улыбнулась я Элизе, — с каждым днем ты радуешь меня все сильней.
Мы направились в выделенные нам комнаты. Но меня никак не отпускал один простой вопрос: это куда уже успел вляпаться Хайлен? Я не планирую становиться вдовой, хоть это и многое упрощает!
Время шло, а герцог так и не появился. Не то чтобы я за него сильно переживала, но в груди поселилось какое-то неприятное чувство. Еще и тетушка подливала масло в огонь:
— Кто знает – быть может, он сейчас дает королю какие-нибудь хитро вывернутые клятвы? Или уже брошен в подвалы башни наказаний.
— Хайлен — герцог, — напомнила я.
— Вирриан райн-Совар тоже им был, — хмыкнула Лукреция, — а теперь на его землях Темная Крепость и райн-Велронд. За три дня род Соваров уничтожили!
— Спасибо, — я отложила в сторону доставленное письмо королевы, — теперь я чувствую себя куда спокойней.
— Не за что, — фыркнула тетушка. — Что пишет Ее Величество?
— Ее секретарь пишет, что королева одобрила мой план. И что завтра у нас с тобой свободна первая половина дня — очевидно, что драгоценные камни будет не так просто подобрать.
Мы немного помолчали, и Лукреция со вздохом произнесла:
— Все-таки власть Ее Величества не пошатнулась даже после того происшествия на балу. Найти подходящие камни за такое короткое время… Немыслимо.
