Беспощадный целитель. Том 4 (СИ) - Зайцев Константин

— Хорошо, — я обвёл их взглядом. — Теперь слушайте мою идею. Если есть возражения — говорите. Сейчас самое главное убрать все недомолвки.

Я присел на корточки и начертил на влажном полу круг. Внутри отметил четыре точки.

— Эйра — наша голова. На ней тактика и контроль территории льдом. Она задаёт каждому из нас направления. Но это не приказ. Разница в том, что приказ не обсуждается, а направление оставляет место для инициативы. Дэмион, ты — ударный кулак. Мощь, давление, прорыв. Но точечно, а не ковровой бомбардировкой. Помни об экономии ресурсов. Ты в первую очередь острие атаки, как использовать твою тьму, будем решать позже, когда поймем, что научились работать все вместе.

Черноволосая и платиновая головы одновременно кивнули, соглашаясь с моими словами.

— Алиса, ты станешь нашим сканером. Твоя позиция — за основной линией, но не в тылу. Скорее чуть сбоку, чтобы иметь обзор. Используй своё чутьё и предупреждай нас в случае проблем. Также используешь иллюзии для отвлечения в критический момент. Но они не для постоянного боя. Я — ближний бой. Именно там я хорош. На мне — разведка боем и точечное уничтожение тех, кого вы отсекли.

— А Торн? — спросила Эйра.

— Торн, — я выпрямился, — если согласится работать по плану, станет нашим вторым ударным элементом. Плети с фланга, когда я вяжу с фронта, а Дэмион давит по центру — это клещи, из которых не выбраться. Хирург, работающий синхронно с кувалдой.

— А если не согласится?

Я посмотрел на Эйру. В её вопросе не было враждебности. Всего лишь чистый расчёт, наш тактик уже просчитывает варианты.

— Тогда она уйдёт. У Торн лишь один шанс выбраться из задницы, в которой мы все находимся. Кроме тебя, разумеется. Ей придётся засунуть своё эго туда, где солнце не светит, и стать частью команды. Если мы вчетвером будем работать как единый механизм, она увидит это и либо захочет стать частью, либо нет. Я не собираюсь её ломать. Ломаный боец — это половина бойца. Но и нянчиться не буду. Шанс один, и Хант ясно дал это понять.

Дэмион криво усмехнулся, показывая, что прекрасно понял меня.

— У нас два дня выходных, — сказал я. — И Хант дал их не просто так. Он явно хочет, чтобы каждый из вас решил для себя: готовы ли вы побеждать? Не лично, не в одиночку, не на красивых плетях и не на расточительных копьях. Побеждать вместе. Потому что на графстве нет одиночных медалей. Есть команда, которая прошла, и команда, которую вынесли на носилках. Лично я готов драться вместе с вами. А вы?

Ответом была тишина, но уже не та, что была после разгрома. В этой тишине было что-то живое. Зерно, которое я бросил в землю, и теперь оставалось ждать: прорастёт оно или сгниёт.

— Уберите лишние эмоции. Всё, что не помогает побеждать — злость на Торн, обиду за «позади», гордость, которая мешает слышать чужой план, — засуньте в ящик и заприте. Достанете потом, когда у вас будет значок победителя графства. Если сможете работать вместе, то мы выиграем, это я вам обещаю.

Эйра первой протянула руку в центр круга, нарисованного на полу. Жест из боевых фильмов, банальный до зубной боли, но иногда банальные вещи работают лучше сложных. И тут же, без малейшего колебания, Алиса положила свою ладонь сверху.

Дэмион смотрел на них три секунды, а потом улыбнулся, и его рука присоединилась. А я накрыл их руки своей.

Четверо из пяти. Маловато для победы, но это всего лишь начало.

Эйра ушла первой, молча кивнув мне и бросив Дэмиону: «Жду тебя у ворот». Алиса задержалась на секунду, посмотрела мне в глаза и тихо сказала: «Я справлюсь». Потом тоже вышла, придерживая ушибленное плечо.

Дэмион дождался, пока девушки выйдут, и негромко произнёс:

— Алекс, Лидия в больнице, — сказал он, изучая мою реакцию. — Вчера вечером прооперировали. Пуля попала в правое лёгкое. Доктора сказали: ещё бы немного — и она бы отправилась на встречу с Озарённым.

Чёрное солнце в груди шевельнулось. Лёгкий импульс, едва уловимый, который ещё не требовал действия. Это было больше похоже на разведку. Лидия Вейн — координатор нападения на Алекса. Женщина, которая позже отдала приказ задушить мальчишку подушкой, а теперь она валяется на больничной койке с дыркой в лёгком. Как удобно. На мгновение во мне проснулся инстинкт царедворца, который говорил: а не скармливает ли Дэмион мне эту информацию намеренно, чтобы загнать в ловушку?

Дэмион прочитал мой взгляд мгновенно, но понял иначе:

— Даже не думай, Доу. — Он качнул головой. — Туда лезть нельзя.

— Объяснишь? — Все-таки всего лишь показалось.

Он кивнул и начал говорить:

— Я сам знаю не все подробности, но, по моим сведениям, на Кайзера и Лидию напали вчера вечером. Вроде как два кулака Синдиката Теней. Засада была в промзоне восточного сектора, когда они возвращались с переговоров с северянами. — Он говорил ровно, почти без эмоций. — Трое людей Кайзера, включая Лидию, ранены. Ещё двое отправились в могилу. Лидия разминулась с ней едва-едва.

— А Синдикат?

— Мёртвые. Все десять.

Я поднял бровь. Десять профессиональных наёмников. Бывшие солдаты, работающие жёстко и качественно, по словам Миры. Два кулака звучали как серьёзная сила. И все мертвы, интересно как.

— Кайзер, — коротко сказал Дэмион. В его голосе слышалось одновременно и восхищение, и ненависть. — Хромой напился и рассказывал эту историю по десятому кругу. Он говорил: когда Лидия упала, Кайзер… — Кросс замолчал, подбирая слова. Редкость для человека, который обычно не утруждает себя подбором. — Кайзер встал в полный рост под перекрёстным огнём и активировал два стихийных щита — одновременно и звук, и огонь. Синдикат забил на всех, кроме него, а потом… — Дэмион сглотнул. — Потом всё, что было впереди от него, перестало существовать. Кирпич оплыл. Асфальт превратился в стекло. От людей остались тени на стенах. Буквальные тени, выжженные на кирпиче.

Великое Небо, а этот Кайзер действительно серьёзный противник. Двойная стихия рождается лишь в сильных телах. Я поймал эту мысль и неожиданно понял, что никогда не смотрел на Алекса Доу с этой стороны. У Кайзера были огонь и звук, у Дэмиона — тьма и лёд. Эйра — чистый лёд, но, судя по тому, как она контролировала им пространство, я бы сказал, что её лёд имел просто две грани. Но это все мелочи, которые сейчас не имеют значения. Ведь у Алекса были свет и астрал. Что прямым текстом говорило: его ядро должно было быть в худшем случае С-ранговым. Плевать на Кайзера, мне срочно надо выяснить прошлое Алекса, чтобы понять, почему у него такое слабое ядро и при этом две стихии.

Я не слышал, что говорит Дэмион, но когда он вновь сказал, что Лидия в реанимации, моё внимание переключилось на него.

— Кайзер в бешенстве. Не лезь к Лидии, Доу. Послушай меня, я серьёзно. К ней уже посылали наёмного убийцу.

— И как?

— Он лишился головы. Прямо в коридоре больницы. Кайзер выдернул кого-то из своих бывших сослуживцев, которые ему должны. Не местных. Там серьёзные парни, притом настолько, что я бы предпочёл никогда не встречать их в тёмном переулке. Так что палата Лидии сейчас охраняется так, что туда мышь не проскочит. А ещё в дело включились парни из специального отдела и полиция бегает так словно их в задницу накусала стая диких пчел. Так что к Кайзеру сейчас лучше не лезть.

Я молчал, обрабатывая информацию. Чёрное солнце тлело ровно, переваривая мой азарт. Лидия ранена, но недосягаема. Кайзер потерял людей, но в ответ превратил десять наёмников в пепел и развязал войну.

— Это ещё не всё, — сказал Дэмион, и его голос стал ещё тише. — За ночь убиты больше двадцати человек. Все — люди Штайнера. Охранники, курьеры, мелкие шестёрки. Все, про кого было известно, что они работают на Штайнера. У каждого отрезана голова.

Двадцать голов за одну ночь. Я мысленно присвистнул. Штайнер нанял Синдикат Теней, чтобы убрать Кайзера. Кайзер выжил, потерял людей, чуть не потерял Лидию — и ответил не просто ударом, а бойней. И это была не бессильная ярость, это была чёткая и спланированная военная операция. Классический принцип асимметричного возмездия — за одного своего забери десять чужих. Командиры пограничных гарнизонов империи использовали его против степных орд. За каждый сожжённый караул — десять кочевий. За каждого убитого офицера — сожжённый город. Жестоко и эффективно. Очень в духе Кайзера. Но теперь мне нужно быть просто ниже травы. В таком маленьком городе такое массовое убийство — это однозначное привлечение полиции и спецотдела. И тут до меня дошло, что сделал Кайзер, и когда я понял его план, то по-настоящему начал им восхищаться, несмотря на ненависть.