Мама, я – Игрок! (СИ) - Вотчер Ник

Нас отвели в сторону, где под большим тентом уже находились другие выжившие участники рейда. Макс, бледный, с перевязанной головой, что-то энергично обсуждал с другим гильдейским командиром. Глеба уже укладывали на носилки медики. Вместо правой руки у него была жуткая культя, перебинтованная у самого плеча. Лицо его было землистого цвета, глаза стеклянными от шока и боли, лоб покрыт испариной.

— Выжил всё-таки, тварь, — беззлобно пробормотал Саня.

Лену, как единственного целителя в группе, тут же попросили проконсультировать медиков по поводу «системных» ран и возможных отравлений. Она кивнула и пошла, бросив на нас усталый взгляд.

Нас с Саней попросили пройти к столу, где представители Гильдии Игроков и полицейский по очереди взяли наши показания. Я честно рассказал всё, как было: про комнату жертвоприношения, про подлый толчок Глеба, про то, как мне чудом удалось выбраться и помочь в битве с боссом.

Про архив, тайник и найденные артефакты я, естественно, умолчал. Саня, к его чести, поддержал мою версию, в красках расписав, как Глеб с приятелями пытался всех убедить, что он сделал это ради всего отряда. Мол, пожертвовал бесполезным Игроком, который и так не факт, что выжил бы. Описал, как все бойцы сражались с монстрами, пока эти уроды стояли в сторонке. Упомянул даже про попытку Артёма напасть на меня, и как тот сам залетел в ловушку, где и получил травму.

Полицейский, толстый мужчина лет пятидесяти с усталыми глазами, записывал всё без особого энтузиазма.

Я с ленивым интересом оглядывался вокруг, пока не наткнулся взглядом на Артёма. Его раздробленную ногу уже замотали в некое подобие шины, и он, бледный как мел, что-то яростно доказывал другому инспектору ГИ и полицейскому, тыча пальцем в мою сторону.

— … он! Это он свою магию чёрную применил! Песок мне в глаза, а потом ловушку активировал! Умышленное причинение вреда! Я требую его задержать!

Я почувствовал, как сжимается желудок. Но тут к ним подошёл Макс. Он выглядел уставшим, но собранным.

— Заткнись, Артём, — голос Макса прозвучал устало, но весомо. — Всё было с точностью до наоборот. Инспектор, я как лидер группы и свидетель готов дать письменные показания. Артём, его сообщник Глеб и ещё трое их приятелей с самого начала вели себя подозрительно. В процессе прохождения Разлома Глеб умышленно столкнул Николая, — он кивнул на меня, — в ловушку, рассчитывая принести его в жертву для прохода. Это могут подтвердить все, кто там был в тот момент. Позже, при сражении с боссом, эта группа бездействовала, рассчитывая дождаться нашего ослабления, чтобы присвоить добычу. Артём же, когда его план рухнул, попытался атаковать Николая, угрожая ему физической расправой. Николай применил защитный навык, после чего Артём запаниковал и сам угодил в ловушку. Это несчастный случай, спровоцированный его же агрессивными действиями.

Артём попытался что-то возразить, но инспектор ГИ, немолодой мужчина с внимательными глазами, поднял руку.

— Показания лидера группы и других участников у нас уже есть. Ваши обвинения, гражданин Кулич, мы зафиксировали. Дальше уже будут решать более компетентные люди.

Моё внимание привлекли слова что-то пишущего полицейского, который опрашивал нас с Саней.

— Так и запишем: конфликт внутри группы, в результате неосторожности один из участников, оказался в ловушке, но смог самостоятельно эвакуироваться, — бормотал он. — Претензий к другим участникам не имеете?

Я посмотрел на Глеба, которого уже загружали в скорую. Тот встретился со мной взглядом, и в его глазах на секунду вспыхнула чистая, незамутнённая ненависть. Потом перевёл взгляд на Артёма, которому медики помогали забраться в другую машину.

— Имею, — твёрдо сказал я. — Это была не «неосторожность». Он толкнул меня умышленно. Я считаю это покушением на убийство. И у него были сообщники, — я кивнул в сторону Артёма. — Вдобавок, как Вам уже было сказано, они планировали дождаться, пока гильдейцы с монстрами перебьют друг друга, а потом забрать добычу. А это уже преступное бездействие, да ещё и совершённое группой лиц по предварительному сговору!

Полицейский тяжело вздохнул.

— Гражданин Кириенко и гражданин Кулич находятся в тяжёлом состоянии и будут доставлены в больницу. С ваших слов составлен протокол. Если будут вопросы — мы вас вызовем. На счёт преступного сговора и всего остального — сомневаюсь, что это получится доказать. Нас вообще сильно ограничили со всем, что касается произошедшего в Разломах. Это ваши внутренние разборки. Думаю, на этом мы можем закончить. Но, на всякий случай, я попрошу вас не покидать город.

Представители Гильдии, тем временем, что-то печатали в своих планшетах. Стоило полицейскому удалиться, как мужчина заговорил:

— Ваш вклад в закрытие Разлома зафиксирован. Максим Петров, лидер группы, уже предоставил предварительный отчёт. Награду в системных кредитах и очки репутации в Гильдии вы получите автоматически. По поводу доли с добычи из Разлома — Максим или представитель их клана свяжется с вами завтра, когда всё подсчитают. Они забрали все ключевые трофеи с босса для оценки.

— А что именно? — не удержался я. — И какого ещё клана? Разве у них не гильдия?

— Копьё и щит Стража Песков. Артефакты Е-ранга, насколько я помню, — гильдеец чуть скривил губы, словно говоря о чём-то незначительном. — Ничего сверхъестественного, но для вашего уровня вполне неплохо. На счёт кланов — было принято решение, что Гильдия будет одна — Гильдия Игроков. Общая для всех, с обязательной регистрацией. Но Игроки в праве формировать свои, скажем так, сообщества, которые решили назвать «кланы». По сути, у них сменилось в названии только одно слово. Всё остальное остаётся так же.

— Нас вроде всего несколько дней не было, а столько изменений произошло, — присвистнул Саня. — А у кланов есть какие-то плюшки, ну, преимущества? И какие условия создания клана?

— Вся информация находится на нашем сайте, — ответил ему представитель ГИ. — Наша работа на этом закончена. А вот вам необходимо ещё пройти обязательный осмотр у медиков.

Парочка гильдейцев ушла, даже не попрощавшись. Нам же не оставалось ничего другого, как последовать их совету.

Осмотр был быстрым. Фельдшер, девушка с синяками под глазами, обработала мне ссадины и вколола какой-то антибиотик широкого спектра «на всякий случай, вдруг в том месте была какая-нибудь неизвестная зараза».

— Всё, свободен, — сказала она после укола. — Вам рекомендован отдых и наблюдение за самочувствием в течение 48 часов.

Лена, закончив свою консультацию, подошла к нам, еле волоча ноги.

— Всё, я больше никого лечить не могу. Хочу спать, умираю. И пожрать бы чего-нибудь не помешало.

— Как грубо, — не удержался я от подкола. — Ты же девушка!

— Отстань, — отмахнулась она. — Я именно что «жрать» хочу, а не «есть».

— Поддерживаю, — закивал Саня. — Тогда, по домам, получается?

Мы уже собрались было уходить, когда к нам подошёл Макс. Он выглядел потрёпанным, но довольным.

— Ребят, спасибо. Особенно тебе, Коля. Без твоих подсказок жертв было бы больше. И про Глеба с его шайкой — я в отчёте всё подробно изложил. Им, скорее всего, сильно понизят рейтинг. Слышали уже про него?

— В двух словах, — кивнул я. — Но пока толком не разобрались, что к чему. Завтра будем читать. Сейчас сил нет.

— Понимаю-понимаю. Сам еле двигаюсь.

— А что с этими дальше будет? — спросила Лена, кивая в сторону уезжающих скорых.

— Глеб руку потерял по самое плечо. Артём без стопы останется. Даже с системным лечением они теперь инвалиды. Такие в Разломы уже вряд ли попадут. Только если в самые слабые. Но кому они нужны? Жаль-жаль, что босс их всех не перебил. У меня у самого руки чесались с ними разобраться. Но закон есть закон. Мы не палачи.

Мы помолчали. В воздухе повисла тяжёлая тишина. Как по мне, Макс сейчас пытался оправдаться за своё бездействие. Вроде бы и не мог он ничего сделать, но вину чувствовал. А ещё, после всего произошедшего, мы начали осознавать, что наш мир изменился, и в нём постепенно начинают действовать новые, жестокие, но в чём-то справедливые законы.