Задолбанец (СИ) - Юрий Ра

Мысли в голове крутятся, а ноги шагают. Когда ты не выслеживаешь дракона, а идешь с ним на назначенную встречу, можно переть танком и не таиться. А кого стесняться? Дичь распугает? Неактуально! Опасный зверь на пути? Не смеши мои тапки, самый опасный зверь — огнедышащий дракон, все прочие хищники временно стали вегетарианцами и срочно превратились в зайчиков-побегайчиков. Они или смылись, или прикидываются элементами ландшафта.

Воевода шёл чуть впереди привычно неслышно по меркам упакованного в броню воина, он, как и Денис тоже не стал усиливаться в плане оружия, шёл опоясанный мечом без щита, копья и лука. В отличие от задолбанца его ножны не задели ни за один куст или ствол.

А потом Ратмир остановился и показал направление рукой, мол в той стороне ждет героя Змей, увлекательный диалог на языке драконов и славная смерть. И Денис отправился дальше в гордом одиночестве. Сказать, что он не боялся, было бы неверно, но сильного страха не ощущал. Объяснением тому могло стать ощущение какой-то несерьёзности существования. Право слово, ну какая магия, какие трёхголовые Змеи? Вы еще про Царевну-Лягушку вспомните или Кащея Бессмертного! Умирать не хотелось, но в смерть не верилось. Примерно также не хочется умирать в игре во время прохождения какой-то забойной миссии. Умер⁈ Да блин, всё по-новой начинать!

Вот с таким мыслями он и вышел на поляну или это опушка? Денис не очень разбирался в тонкостях лесонасаждений, главное было в другом — свободный от деревьев и кустов участок находился перед входом в пещеру. Пещера находилась под холмом с раздвоенной вершиной, похожей на женские груди. А прямо между двух этих самых титек холме сидела трёхголовая Змеюка.

— Вижу, пришёл. Смелый человечек.

— Так, а чего мне бояться, коли ты пообещала мне зла не чинить? — Денис по привычке напряг мыслеречь.

— Не ори, я рядом, хорошо слышу тебя.

О как, оказывается, мысленно тоже можно орать, а можно говорить тихо. Век живи — век учись.

— Так нормально?

— Еще потише.

— А так? — попаданец попробовал мыслить еще «тише»

— В самый раз.

— Тогда позволь представиться, Денис, в последнее время прозываемый Задолбанским. С кем имею честь вести беседу?

— Дурачок, что ли? Со мной. Но про честь мне понравилось, вежество тебе знакомо. — Последняя фраза ввела героя в непонятки. Не вся, а начало.

— Уважаемая, вероятно я неточно сформулировал свой посыл. А хотел я узнать, как тебя звать-величать, — ввернул сказочный оборот Денис, — имя и прозвание твоё дозволь узнать.

— Имя? Вон оно что… Вас человечков так много развелось, что вы придумали себе особые прозвания, чтоб понимать, о ком речь идёт. Нет, у нас у Змеев не так. Я есть я, если я мыслю про какого-то иного Змея, то всяк меня понимает, о ком я мысль веду. В том другом мире, откуда ты сюда попал не то было?

— Не то. У нас Змеи были социализированы.

— Чего?

— Включены в мировое сообщество разумных. Самый известный из Змеев имел имя Змей Горыныч. Кстати, он тоже был трёхголовый.

— Да врёшь поди! А нет, не врёшь. Трёхголовый самец. — в мыслеречи проявилась некая задумчивость и отголоски иных мыслей или даже эмоций. Чем дальше Денис общался, тем лучше он владел этим инструментом. — Так что, у вас там с ним мыслеречью человеки разговаривали? Всем в твоём мире доступна речь Змеев?

— Не всем, мало кому. — Денис напрягся и вспомнил слово «змееуст». Оно относилось не то к персонажу из «Гарри Поттера», не то из «Властелина колец» — У нас чаще Змеи и драконы разговаривают обычным голосом. И огнем плюются тоже.

— Дивный твой мир, точнее, диковинный!

— А уж ваш мне насколько кажется странным, уважаемая.

— Ладно, с этим всё понятно, ты вправду чужак здесь. Теперь говори, зачем пришёл ты и твои человеки.

— Яйцо у тебя выпросить.

— ЧТО⁉ — Драконица вскинулась, повела крыльями, а по поляне прошёл ветер. — И ты так спокойно это говоришь, словно не боишься смерти?

— А как мне по-другому говорить? Врать или юлить? Не хочу. Два разумных завсегда могут договориться о чём-то или не договориться. Но поговорить откровенно всегда полезней, чем молча ползать вокруг да около.

— И ты думал, что я просто так тебе отдам своё яйцо?

— А какая тебе с него польза? Если не ошибаюсь, если я вправе говорить такие интимные подробности, то ты свою кладку не оплодотворяешь. — Денис шёл по совсем тонкому льду. — А значит, из яйца никто не вылупится, так?

— Всё так. Но это моё! И не вам решать, что и зачем мне нужно. Ишь ты, как сказал: несотворенный плод! С кем мне его сотворять, когда я вылупилась о трёх головах?

И только теперь Денис начал подмечать детальки, если таким словом можно называть две головы, выросшие из массивного туловища на длинных гибких шеях, здоровенные кожаные крылья, то сложенные на спине, то раскрывающиеся, когда их хозяйка волновалась. Самым непонятным и любопытным для него был вопрос о том, всеми ли головами Змеюка думает, могут ли другие головы говорить, как в мультике, спорят ли они промеж собой? Тема настолько занятная, что Змея что-то такое расслышала.

— Человечек Денис, ты весь прямо сгораешь от желания что-то спросить, я слышу. Спрашивай уже.

— Да ну, боюсь тебя обидеть.

— Вот же существо забавное! Умереть не боится, а обидеть меня страшно. — Видимо, Змеюка не осознавала тождества между своей обидой и смертью человека. — Говори, что волнует. Сам сказал, что лучше прямо мыслить, чем ползать кругами.

— Вопрос у меня такой: ты всеми своими головами думаешь разом или каждая сама по себе? Тебя трое или одной себя ощущаешь?

— Странный вопрос, как меня может быть трое? — Прыжок, и Змея уже у подножья холма, только земля под ногами Дениса чуть вздрогнула, и глаза запорошило пылью. — Я сама одна, а как думаю? Думаю, и всё.

— И смотришь всеми шестью глазами?

— Ну да. — В мыслях драконицы сквозило недоумение. — А как еще можно?

— Тогда ты точно не урод, а вершина эволюции. У всех прочих ваших драконов по два глаза, а у тебя шесть. И пламя небось можешь извергать всеми пастями разом или по очереди.

— То верно. А вершина эволюции, это как?

— В моём мире учёные мужи выяснили, что виды и породы живых организмов не статичны во времени, а развиваются. Какой-то вид подвержен вырождению, иные развиваются в правильном направлении, становятся сильнее, умнее.

— Это понятно, по-всякому бывает.

— Так вот, — Денис включил режим лектора, — постепенное улучшение вида, повышение его характеристик, силы, ума, называется эволюцией. Видимо, ты эволюционировала и обрела новые полезные свойства. Ты вершина развития своего вида.

Женщинам не врут, их хвалят, ими искренне восхищаются, если хотят жить. Ну или когда хотят жить комфортно. Такой правде дамочки всех видов верят охотно, они даже начинают подозревать в мужчинах наличие здравого смысла, его зачатков. Вот и Змея начала рассматривать себя под другим углом, точнее, сразу под несколькими углами. Выгибалась, привставала на задние лапы, расправляла крылья. Ей явно пришлась по вкусу версия про вершину эволюции.

— Так чего ты хочешь?

— Я чего хочу? — Растерялась Змеюка, её еще никто не спрашивал о её желаниях.

— Из того, что мы с моим отрядом можем для тебя сделать полезного, что нам организовать?

— Неожиданно. Логово меня устраивает, охотиться я могу сама. Разве что найти тех человечков, что мне разор и обиду нанесли, усыпив меня и выкрав яйцо из гнезда. Боюсь, что сама я этого не сумею, не определю настоящего виновника. А жечь всех встречных подряд неправильно. Мир создан не затем, чтоб истреблять жизнь потехи ради или в гневе.