Часовой: воин Ордена (СИ) - Шторм Максим

Глава 14

Потея и суетясь, как рабочие пчёлы, сотни серокожих безволосых тварей сноровисто рыли в твёрдой каменистой почве огромных размеров яму неизвестного назначения. Их работу строго контролировали аж три надсмотрщика — хагеры. Котлован выходил почти правильной круглой формы. Поощряемые ударами кнутов существа споро долбили землю, выбрасывая её на поверхность. Здесь никто ни с кем не церемонился.

Оставалось только гадать каковы должны быть окончательные размеры копаемой ямы? На какой глубине рабочие-монстры остановятся? И самое главное — зачем? Для чего всё это нужно? Такое скопление нечисти близ имперских границ… Явно же неспроста. С другой стороны, кто бы не руководил этими работами, он должен был понимать, что такое крупное скопление тварей в одном месте не останется незамеченным. Впрочем, властвовавшим на этих землях чудовищам вероятно было наплевать на всё, что мы о них подумаем. Уверен, если бы они были более терпимы к солнечному свету, работы кипели бы здесь и днём.

— И давно эта свистопляска с игрой в карьерный забой продолжается? — негромко спросил сержант.

— Первые слухи о внезапной миграции низшей нечисти в эти районы поступили ещё с неделю назад, — ответил капитан. — Сначала, грешным делом, подумали, что ублюдки готовят крупный прорыв через границу. Потом вообще стало доходить разное… Но теперь ты и сам видишь, чем они занимаются! Странно и непонятно. Да и хрен бы с ними, пусть себе роют что хотят. Но вся беда в том, что это очень близко. Всего в одном дне полёта от Лютограда. В двухсот милях от самой границы. Рядом, чертовски рядом.

— Эх, сбросить бы сейчас туда парочку алхимических энергобомб, — мечтательно протянул Корнедуб и с затаённой надеждой уточнил: — Они же не очень тяжёлые, верно? Только не говори, что на «Икаре» не завалялось хотя бы одной.

— Может и завалялась, — уклончиво ответил Кречет. — Но такого калибра, чтобы гарантировано ухайдокать всех и сразу без исключения, наш рейдер не поднимет. А рисковать впустую… К тому же нам много важнее понять, чем они занимаются. И не дать при этом себя обнаружить. Сдаётся мне, что нездоровое дерьмо там внизу происходит… Разве только вон наш великий наблюдатель сейчас выдаст нам полный расклад. Смотри глаза не протри, Бестужев. Что ты там так залип? Увидел что-то ещё? Новые действующие лица, тьфу ты, морды?

Я, всё не отрываясь от окуляра, ответил:

— Никак нет, господин капитан. Лица, то бишь, морды, всё те же… Три хагера и целое племя серокожих мерзких обезьян.

Сержант удивлённо бросил:

— Смотри-ка, капитан, а наш малец хагеров опознал! А так называемые тобой обезьяны — это шатуны. Как бойцы так себе, но физически выносливые. У нечисти кем-то навроде грубой рабочей силы. Хотя, если нужно, они и с голыми руками в бой попрут. А гуртом и батьку бить можно! Ты, главное, запомни, неопасных тварей просто не существует.

Я ничего не сказал. Продолжал смотреть. Так, что ещё я мог упустить? Чему могли не придать должного значения такие опытнейшие Часовые, как подначивающие меня ветераны? Я перевёл смотровую линзу на ближайший холм. Попытался рассмотреть, что может скрываться в недрах туннелей. Тёмные жерла, похожие на бездонные гигантские пушки. Их было три штуки. Прорытые прямо в покатых стенах выходящих на стройку холмов. Я прикинул рост стоящих над одним из них хагеров и понял, что в любой из этих туннелей может спокойно въехать локомотив. Кто их прорыл? Для чего? Не ведут ли эти туннели куда дальше, вглубь земли, в самое сердце ведьминых угодий? И кто может выйти этими огромными туннелями сюда, к выкапываемой ямище? Насколько я понял, рабочую нечисть гнали по поверхности. Кто-то, скорее всего маги или какие разведчики, заметили их передвижение и увеличивающееся количество. Значит, они шли не этими огромными подземными ходами. Значит, туннели предназначены для кого-то иного. И не связаны ли они с той громадной ямой, что сейчас роют лысые шатуны?

Почему-то в моей голове нарисовалась нелепая картина. Громадный котлован вырыт, он полностью готов. Этакая гигантская чаша-углубление в земле. Словно ложе высохшего озера. И тут из этих туннелей начинает литься неудержимыми потоками вода, заполняя низину и заливая вырытый котлован до краёв. Да ну, бред какой-то! Для чего бы нечисти сооружать неподалёку от границы искусственный водоём?

А может я изначально в корне неверно рассуждаю… И назначение этого котлована совершенно иное? Если это не будущий бассейн, то что? Стартовая площадка для взлёта шаттла, место гигантского жертвоприношения, Звёздные врата⁈ Тут я мысленно хмыкнул. Стоп. Что я сказал? Врата, жертва? Но для чего котлован? Мои сжимающие рукоятки ладони внезапно вспотели. Так-так-так, поспешил я собрать воедино судорожно бросившиеся в рассыпную мысли. Если только на секунду предположить, что это хрень не просто яма, а часть какого будущего сооружения… Возможно ли, что мы наблюдаем действительно за строительством огромного жертвенника, призванного залиться не водой, а… Допустим, кровью? Да ладно, кровью? Где её твари возьмут в таких количествах? И что это им даст? Возможность призвать из иных планов бытия какую-то совершенно невероятную тварь? И так близко от наших рубежей. А что я вообще знаю о принципах действий Проколов, так называемых Ведьминых пятен? Да и знает ли кто вообще?

Я убрал голову от окуляра и несколько раз крепко зажмурил глаза, привыкая к уютному желтоватому свету подзорной площадки, который давали прикрученные к потолку светильники. На меня чуть насмешливо уставились две пары глаз. Кречет милостиво взмахнул огромной лапищей.

— Не дрейфь, никто тебя здесь на сутки не запрёт. Не того ты ещё полёта птица. Дежурить подле линзы останется опытный Часовой, который не проспит, если вдруг что-то там внизу изменится. А перед рассветом мы всё равно уйдём в облака.

Проморгавшись, я невозмутимо произнёс:

— Я считаю, что сюда должен спуститься Рогволд и собственными глазами увидеть то, что видели мы.

Сержант издал смешок, а Кречет внезапно спросил:

— Ты считаешь, что здесь чем-то поможет колдун? Считает он, видите ли!

Я упрямо сжал зубы.

— Считаю, господин капитан. Пусть Рогволд посмотрит.

Огромный как скала командир Часовых приблизился ко мне, заслоняя половину кубрика, и тихо спросил:

— Ты что-то увидел? Не темни, рядовой. Тебя спрашивает твой капитан. Что ещё взбрело в твою сопливую дурную башку? И прежде чем рассмешить нас с сержантом, подумай хорошенько.

Я устало вздохнул, будто человек, которому до смерти надоело воевать с недоверием и подозрительностью со стороны окружающих к себе.

— Увидел я-то же, что и вы. Но думаю об увиденном наверняка иначе.

— Я знаю тебя всего ничего, но мне уже хочется иной раз оторвать тебе ноги! — Кречет возмущенно посмотрел на сержанта. — Нет, ты его слышал? Чёртов выскочка!.. — на этих словах он даже на меня замахнулся, недовольно при этом зыркнув, но затем всё же опустил ладонь.

Заботливо посматривающий на меня Корнедуб развёл руками:

— Так что делать-то? Оформить ему дежурство с Миклошем? Тот вроде парень внимательный и глазастый.

— Вызови сюда Рогволда, — едва не плюнул на чистую палубу капитан Тринадцатой стражи. — И пусть пошевеливается.

Едва сдерживая рвущуюся наружу улыбку, я внутренне возликовал. Опять заставил капитана с должным вниманием отнестись к моим словам. Надеюсь, дело вовсе не в том, что он чересчур сильно уважал моего погибшего отца. Да нет, не таков человек Ярослав Кречет, чтобы поддаваться эмоциям. И если я сейчас не смогу обосновать свои предположения, то чую, что и впрямь сидеть мне в этой горнице без окон и дверей всю оставшуюся часть нашего разведрейда…

Вскоре в наблюдательную рубку явился Рогволд, донельзя недовольный, что его оторвали от его непосредственных обязанностей. Он негромко ворчал под нос, когда капитан велел ему глянуть в перископ. Против ожидания лысый чародей залип у окуляра на довольно долгое время. Повернув к нам изумлённое лицо, он растерянно бросил: