— Я обязана отчитываться? — завелась я.
Какое ему дело, куда я еду? А вдруг он на дядюшку иди монахинь работает? Может, стражи тут все продажные, мало ли, что он нас до целителя довез. И сюда еще увязался… Да и страж ли он вообще? Почему не в участок повел?
— А вы кстати, мне документы так и не показали, чтобы вопросы задавать и интересоваться, куда мы едем. Может вы и не страж вовсе. Я, наверное, завтра сама в участок зайду и все узнаю, — сказала с угрозой.
— Катрин, кто там? — раздалось из глубины дома.
— Уже никого, дедушка! — крикнула я и буквально вытолкала мужчину за дверь.
Интерлюдия. В замке герцога Отиса Болкан
— Прости, дорогой, я наверное не так поняла, — немолодая, но красивая и ухоженная женщина немного натянуто улыбалась статному седовласому мужчине. — Дан никак не мог жениться. Он не поступил бы так с нами!
— Тем не менее это так. Ошибки нет, Даниель прошел полный обряд с некоей Катрин Сван.
Женщина поднесла тонкие пальцы к вискам и на миг прикрыла глаза.
— Нет-нет, это совершенно невозможно, — повторила она. — Я не знаю такого имени. Боюсь, она никак не может быть аристократкой.
— Возможно, что в этом есть свои плюсы, дорогая, — мужчина, казалось, нисколько не был огорчен таким раскладом в отличие от своей жены и даже втихаря чему-то радовался.
— Боги, здесь не может быть плюсов, любимый! Как Дан появится с ней в свете? Как представит королю? Что будут во дворце думать о нем и обо всех нас? — женщина смотрела на мужа, и в глазах ее плескался ужас.
— Милая, а тебя не смущает то, что наш сын не представил ни невесту, ни тем более молодую жену своим родителям? — мягко заметил герцог Болкан, видя, что супругу несет не в ту сторону.
Женщина замерла на миг и упрямо тряхнула головой.
— Нет, — сказала она, — это какая-то ошибка! Где Дан сейчас? Надо спросить его, зачем он так жестоко шутит над нами.
— Спросить Даниеля немного затруднительно, он составе рейда отправился в Шамират.
— Что?! — встревожилась герцогиня. — Но он не мог, его Величество подписал закон, что аристократы не могут покидать пределов Нибилунии…
— Если они холосты, — закончил герцог Болкан. — Но наш сын женат. И я уверен, что одно вытекает из другого.
— Отис, ты хочешь сказать… — Женщина вновь тонкими пальцами тронула виски, будто собирала разбегающиеся мысли. — Подожди, ты полагаешь, что он сделал это специально? Назло нам? Вопреки указу?
Герцог промолчал, давая жене самой решить, как отнестись к ситуации.
Герцогиня Болкан немного посидела с закрытыми глазами, затем распахнула их, вскинула голову и поджала губы.
— Дорогой, вели сыну сразу по приезду представить нам жену. А я позабочусь о том, чтобы его Величество тоже захотел познакомиться с нею. Более детально обсудим вечером, я не позволю дурить голову ни себе, ни девушке. Тем более ты говоришь, что был полный обряд? Что же, Дан сам себя загнал в эту ловушку. Как ты говоришь, ее зовут — Катрин Сван? Что еще ты выяснил про нашу невестку? — герцогиня открыла блокнот и приготовилась записывать ответы мужа.
Глава 21. Новый дом
Лавка господина Соттерм находилась в небольшом доме, каким-то чудом умостившимся между двумя солидными особнякам, которые стояли, важно выпятив фасады, и словно состязались друг с другом вычурностью отделки.
Вероятно, их построили тут недавно, потому что дедушка Янис даже не сразу признал свою лавку, хотя извозчик утверждал, что адрес верный. Поэтому нам с Томасом и Ниной пришлось выйти из повозки и подождать, пока старик убедиться, что мы прибыли в нужное место. Произошло это не сразу, дедушка и так плохо видел, а мы еще и приехали, когда совсем стемнело и что-то рассмотреть можно было только в свете газовых фонарей, освещавших дома соседей. Но, наконец, натужно заскрипел замок, и старая дверь нехотя пустила нас внутрь.
Осторожно вошли, заперли дверь, и я задышала свободнее. Казалось, что каким бы неприветливым не выглядел дом в сумерках, но все же он гораздо безопаснее любого другого места. И дело даже не в том, что я опасалась искать ночлег в незнакомом городе с детьми и почти немощным стариком на руках.
Не давала покоя мысль, что господин Ник Эплуш встретился нам неспроста. Чем дольше я об этом думала, тем больше приходила к выводу, что не так должен был вести себя настоящий страж. Почему не привел в участок, почему не взял показания, почему не составил протокол? Я не знала, что и как должно происходить в этом мире, но если вспомнить, как Савелий Яковлевич общался с полицией в моем мире, то глобальных отличий быть не должно.
Я поделилась сомнениями с Янисом, и тогда старик велел взять самое необходимое и собираться в путь немедленно. Сам он оставил распоряжения господину Марлоху, покупателю дома, вручил мне мешочек с наличными монетами, и мы, собрав пожитки, выдвинулись в путь в тот же вечер. Мой рюкзак не был единственным, куда можно было сложить намного больше, чем в обычную сумку. Саквояжи и сундуки с расширением пространства здесь знали, и у семейства Соттерм они имелись, поэтому мы смогли взять немало.
— Обоснуемся, обживаемся, а потом заберем все остальное. Там на первое время должно вещей хватить, Корона следила за домом, — убеждал дедушка Янис, видя, что я переживаю, что мы не можем забрать те же книги.
Почти сутки ушли на дорогу, и и вот мы на месте.
— Нужен свет, — тихо пробормотал старик, шарясь в карманах своего старого потертого сюртука.
Достал свечи и небольшой артефакт, с помощью которого мы разжигали огонь. Общими усилиями организовали скудное освещение и двинулись по витой лестнице наверх искать жилые комнаты.
“Все как ты хотела, Катюш, все, как хотела”, — повторяла я себе, помогая старику подняться по довольно крутым ступеням.
Он говорил, что при лавке есть каморка, где он готов поселиться, должен быть черный вход и помещение типа кухни при нем, но, подумав, я решила, что сегодня мы не будем ничего этого искать, а все устроимся наверху.
Внизу сквозь заколоченные окна попадало немного света от соседних домов, и в этих тонких полосках зачехленные витрины казались стражами, что выжидающе рассматривают тебя. И судя по тому, как дети разом прижались ко мне, такое ощущение было не только у меня. Еще внизу было пыльно, довольно холодно и воздух отдавал затхлостью. Искать и топить печь на ночь глядя совсем не хотелось, дорога всех порядком утомила. А одеяла так и так пришлось бы искать наверху, так что знакомство с первым этажом решено было отложить.
Наверху оказалось гораздо уютнее — крошечный холл у лестницы с увядшим цветком в кадке, три небольших спаленки и туалет с ванной комнатой. По мне так большего для счастья и не надо.
Мы наскоро протерли полы, в одной из комнат поужинали тем, что купили до этого в трактире, а в двух других нашли и расстелили матрасы и одеяла. Белье и полотенца мы прихватили из дома, так что устроились спать со всем возможным удобством — мы с Ниной, а Томас с дедом. Осваивать остальные помещения и в первую очередь лавку решено было с утра.
Засыпая, я думала о книгах.
Они на Киуроне были двух видов — магические и немагические.
Первые в большей степени поначалу были скорее не книгами, а дневниками того, кто записывал туда свои знания и наблюдения. Так маги и ведьмы собирали заклинания и пытались систематизировать их. Мысленно я называла такие книги “дневники-гримуары”.
Это я поняла из объяснений старика, которыми он усиленно снабжал меня, пока мы ехали. Сейчас эти книги стали семейными реликвиями и передаются из поколение в поколение. Они имеют свои характеры, чаще всего склочные, и к ним лишний раз стараются не подходить, потому что в условиях дефицита магической энергии такая книжечка вполне способна подзакусить своим владельцем. Из лучших побуждений, разумеется, чтобы вложенные в нее знания сохранялись и передавались дальше. Создавались такие книги с помощью магии и активировались тоже с ее помощью. Часто они были зашифрованы и непонятны никому, кроме своих владельцев.
