Коллекционер проклятий (СИ) - Клеванский Никита

Где я потом еще найду такой источник информации об осколках силы? Нужно ловить момент, пока она в хорошем настроении.

— Можешь показать мне свой осколок? — в лоб спросил я, запив еду во рту большим глотком киселя.

— Как же я тебе его покажу, если он внутри меня?

— Их глотать нужно? — удивился я.

— Нет, конечно. Он всасывается внутрь. При прикосновении. И растворяется так, что уже не вынуть.

Фух. Ну ладно. А то с Автора станется. Я все же надеялся найти один-другой свой осколок, и жрать мне их категорически не хотелось. И ладно маленький. А если он с кулак будет? Я же не питон все-таки!

— То есть с твоей смертью сила исчезнет? — уточнил я, макая кусок сыра в баночку с медом. М-м-м, вкуснотища!

— С моей смертью осколок снова проявится. И его возьмет моя внучка. Так же, как он достался мне от моей бабки, а ей от ее. Или что? Хочешь занять ее место? — Веяна хитро прищурилась.

— Нет-нет-нет! — замахал руками я. Лечение — это, конечно, здорово, но мне для полного счастья не хватало только до конца своих дней фурункулы на задницах выводить. — Боже упаси. Просто интересуюсь.

— Ну и правильно. Не мужское это дело. А внучку я с самого рождения в лекари готовлю. Она даже колдует уже немного. Значит с осколком быстро освоится.

— Это обязательно? Такая подготовка.

— Нет, конечно. Стоит поглотить осколок, и знания сами собой появляются в голове. Правда постепенно. И на их усвоение нужно время. А так все пройдет куда быстрее. Нельзя оставлять деревню надолго без лекаря.

Удобно, удобно. Вопросов нет. Мне еще сильнее захотелось обзавестись собственной силой. Чем-нибудь убойным. Огненным шаром, например. Для начала. Банально, конечно, но зато как эффективно! Вжух, и все враги сгорают в пламени. А если надо, можно и костер запалить, и чайку вскипятить по-быстрому — сплошная польза.

— А где изначально вы свой осколок взяли? Не с самой же Мириэль.

— Мираэль. — поправила меня Веяна. — Эльфийкой она была. — «Тут и эльфы водятся? Вот бы увидеть вживую! Если еще не вымерли». — И, естественно, никто из моих предков с ней не встречался.

— А как тогда?

— Много лет назад моя пра-пра-пра вылечила заезжего торговца от одной срамной болезни. А тот на радостях расплатился не деньгами, а осколком. С тех пор так он у нас в роду и остался.

— Торговец?

— Осколок. Торговец дальше поехал. Но его волки задрали.

— Не повезло бедолаге.

— Сам дурак. — неожиданно спокойно пожала плечами Веяна. — Кто же с проклятием привлечения животных по лесам шарахается?

Действительно. Я бы с таким из города вообще не выходил. А лучше из дома. Не то кошаки как набросятся, как замурлычат до смерти, так потом только на вискас до конца дней и работать.

А вот информация о том, что осколки можно покупать, меня обрадовала. У меня, правда, из имущества только драная пижама, которую еще нужно как-то отобрать у Евы, но сам факт вселял надежду.

— Ладно, все. Пойду я. — целительница снова направилась к двери. — И так задержалась у тебя. Еще раз спасибо. Будут вопросы — заглядывай.

— Всенепременно. А мне в кровати долго еще лежать? Какой режим пастельного режима? Мыться можно? Какие лекарства принимать? Уколы нужны? А то не люблю я их.

Веяна посмотрела на меня, как на умалишенного.

— Ты полностью здоров. — сказала она, как-то по-особенному сверкнув глазами. — Разве что магически истощен. Пей иван-чай с чем-нибудь сладким. Кровать тут не поможет. К тому же, если будешь долго изображать из себя больного, пропустишь праздник. День Семи Героев. Он уже скоро.

— В мою честь, что ли?

— Не обольщайся. Но ты можешь принять участие. Все. Пока.

Веяна ушла, а я наконец смог без стеснения вынырнуть из-под одеяла. Всего ничего в этом мире, а я уже второй раз остался без трусов. Причем в прямом смысле. Так невольно задумаешься об ориентации Автора. Что если его возбуждают голые мужчины, и мне до конца книги предстоит время от времени сверкать перед всеми пятой точкой? Чур меня, чур!

Стоп. А кто сказал, что Автор одного со мной пола? Вдруг, это вообще женщина? Не все же им любовные романы писать, бывает и в другие жанры заглядывают. Порой даже весьма успешно. Тогда мое обещание надрать Автору зад становится несколько двусмысленным…

Но, в любом случае, подобного издевательства над своей персоной я так не оставлю! Возмездие настигнет моего мучителя вне зависимости от формы гениталий, возраста, расы и кулинарных предпочтений. Я так сказал!

Уперев руки в бока, я тщательно осмотрелся в марленовской комнате. Всюду лежали различные дары, которые натаскали мне местные жители в благодарность за спасение родных и близких. Да и их самих тоже. Если бы та клякса обрела подвижную форму и выбралась из храма… То черт его знает, что бы произошло. Но ничем хорошим это бы точно не кончилось.

Я уже слышал истории о беженцах, вынужденных оставлять деревни и искать новый дом из-за подобных случаев. Вроде одна такая группа как раз прибыла в Тихую Лощину незадолго до моего появления здесь. Да и родители Лизы погибли точно таким же образом.

Стоило мне вспомнить про девчонку-изобретательницу, как дверь в комнату распахнулась и внутрь ворвался ушастый вихрь, врезавшийся в меня и заключивший в объятия. Хорошо хоть я перед этим успел нацепить трусы.

— Спасибо, Ден! — принялась тараторить малявка, уткнувшись лицом мне где-то между пупком и грудью. Ее крысиные усики при этом щекотали незащищенную кожу. — Ты не представляешь, что для меня сделал! Это же изобретение самого Варфоломея! А я его не только починила, но и улучшила! Улучшила работу древнего мага-изобретателя! Оно теперь прямо из деревни работает! Чайник меня так благодарил, так благодарил! И я тебе тоже так благодарна! Это лучший подарок в моей жизни!

— А я думал, я тебе жизнь спас. — ошарашенный ее напором, произнес я.

— Ну и это тоже. Но Варфоломей! Говорят, он был последним героем, погибшим в войне с демонами. Летал по всему миру, боролся с «проклятиями» и…

— А ну-ка стой! — перебил ее я. — Тебя ничего не смущает?

— Немного смущает. Как его изобретение проработало так долго? Наверное, это из-за того, что «проклятие» пыталось его поглотить и поддерживало в нем…

— Я не об этом! Я тут вообще-то голый!

— Да? — Лиза немного отстранилась. — Ну технически ты одет. Хоть и не целиком. Но вообще я взрослая и…

— Знаю я какая ты взрослая. — я кое-как отцепил ее от себя и принялся выталкивать за дверь. — Тебе вовсе не двадцать один. И даже не двадцать.

— Какая разница? Я сразу поняла, что ты из тех, кто придирается к этим глупым цифрам. На меня все детство свысока смотрели, хотя я умнее большинства. Крысолюды быстрее взрослеют. И по законам Элариона я совершеннолетняя. Если хочешь — спроси у Розенштрауса. Он подтвердит.

— А мне плевать. У меня свои взгляды на жизнь, и отступать от них я не намерен! Что бы тут ни напридумывал Автор!

Я все же выставил Лизу из комнаты и, заперев дверь на щеколду, окончательно оделся. Среди игрушек, посуды, цветов, сушеных фруктов и прочих мелочей — благодарные жители тащили мне все, что считали ценным — нашлась и одежда. Добротные прочные штаны я подпоясал кожаным ремнем с пряжкой в виде головы сома; светлую льняную рубаху, пахнущую ромашками, нацепил навыпуск; не удержавшись, прикрепил к ремню ножны с охотничьим ножом. Вещь удобная и крайне полезная. И хлеб порезать, и в зубах поковыряться, и какому-нибудь агрессивному проклятию щупальце откромсать. Хотя я надеялся, что до последнего дело больше не дойдет.

Нашлись и ботинки.

Но особенно меня все-таки порадовали носки. Простые человеческие носки с узором в виде елочки. Не портянки, не онучи, а обычные потники, столь приятно облегающие ногу и не требующие КМС по спортивному одеванию для того, чтобы просто выйти на улицу. Не знаю кто именно их принес, но я готов был лично его расцеловать вне зависимости от пола. Пусть Автор тоже порадуется.