Хакер в другом мире: Революция (СИ) - Север Евгений

Архитектор перевёл взгляд на растение, расположенное метрах в десяти от него и продолжил:

— Отец не особо любил, когда к нему лезли с расспросами или помощью, потому я часто сидел на подоконнике с котом что заходил к нам из соседнего цветочного бутика, и читал книги. Более всего мне нравилось делать это в дождь, когда капли барабанят по стеклу, тебе никуда не надо и у вас собой одна небольшая кастрюля еды, переданная матерью. Прекрасные мгновения, оставшиеся лишь во снах.

Немец потёр запястье правой руки и прикрыл веки, слегка наклонив голову вперёд. Могло показаться, что человек уснул в вертикальном положении.

— А потом пришли они, — снова зазвучал голос создателя сорма. — Люди одной крупной компании по производству всего, что связано с деревом. Корпорация расширялась и планомерно выживала своих конкурентов с рынка, в том числе и небольшие бизнесы. Я помню тот день как сейчас. Представительные мужчины в дорогих костюмах пришли к отцу, а тот в рабочей одежде, весь в древесной пыли и опилках, вышел встретить их, полагая, что пожаловали новые клиенты. Как же он ошибался. Они долго о чём-то беседовали и после этого разговора отец ещё несколько дней ходил хмурый. Начались какие-то странные, приглушённые разговоры с матерью по вечерам, когда я ложился спать. Когда родители ведут себя не так как обычно, дети всегда это чувствуют. И я знал, что готовится нечто очень нехорошее. Через некоторое время, на наш бизнес стали давить. Через городскую администрацию, налоговую, управление строительства. Посыпались штрафы буквально ни за что. Одновременно дорожники перекопали улицу, где находился наш магазин, с двух сторон, перекрыв людям доступ в здание.

Шухов слушал рассказ архитектора молча, не перебивая и не уточняя. Слишком уж знакомые слова произносил немец.

— Постепенно денег становилось всё меньше. Отец пытался устроиться на работу, однако что он умел кроме своего ремесла? Ничего. В прекраснейшей из стран не было места для таких как он. Тех, кто проиграл в борьбе за место под солнцем. Удивительно, насколько легко оказывается — сломать человека. Особенно для корпоративной машины. Не найдя выхода из ситуации, отец начал пить. Единственным источником дохода в семье осталась работа матери за копейки бухгалтером. Она не могла тянуть на себе двоих. Понимая это, однажды ночью отец не вернулся домой. Его нашли только через несколько недель. Рыбаки выловили посиневшее тело из реки. Бросая землю на крышку его гроба, я всё не мог понять: Как так получилось? Что мы сделали не так?

Человек в чёрном замолчал, что-то обдумывая. Взгляд его при этом замер в одной точке.

— Сильнейшие заберут всё у тех, кто слабее. Не так ли, маленький взломщик? — спросил архитектор. — Ты ведь знаешь это?

Вопрос не требовал ответа, посему Артём просто слушал дальше.

— Мать работала днём и ночью, платя аренду квартиры и пытаясь прокормить меня. Не зная что делать после всего произошедшего, я с головой погрузился в учёбу. И через некоторое время — стал лучшим во всём. После школы бесплатно поступил в престижный институт на перспективную специальность. Лучшим я был и там. После университета довелось поработать на разных должностях, начиная от разработчика программных средств и заканчивая начальником отдела. И вот однажды, меня пригласили в качестве главного специалиста в закрытый госпроект. Разрабатывать глобальную систему контроля населения, для силовых структур. Задумка была грандиозной и бюджеты там исчислялись сотнями миллионов долларов. На создание ядра ушло пять лет. Теперь, благодаря моей архитектуре распределённых вычислений, всю страну покрывает незримая сеть. Самодостаточный и способный на переобучение алгоритм. Неплохо, а?

Лицо немца подёрнулось в лёгкой улыбке.

— Столько власти. И всё это будет принадлежать кучке чиновников из правительства и их цепным собакам в погонах? Как-то обидно. Потому, после завершения проекта я оставил для себя запасной ход. С наивысшими привилегиями, естественно. Все эти годы я подавлял и сдерживал свою ненависть. Старался не давать ей выхода наружу. Но эта сила… страшная… тёмная… она способна разорвать человека изнутри. Я жаждал мести. Я хотел её. Только не знал как. Как сломить такое социальное устройство общества? Однажды я увидел, как из-за кризиса восьмого года, трейдеры, банкиры и бизнесмены по старой традиции, выходили из окон небоскрёбов. Тут-то у меня пазл и сложился.

Архитектор снова засунул руки в карманы и слегка повращал затёкшей шеей.

— Рыночную систему отношений может уничтожить только масштабное бедствие. Финансовый кризис — подходит под это описание. У меня было множество планов, как провернуть подобный трюк, однако все они требовали невероятного количества средств… и холодного разума. Начал я решил со второго пункта. С помощью системы слежения мной были найдены все причастные к уничтожению бизнеса моего отца. Удивительно: все они жили, жрали, пили и наслаждались красивой жизнью. В то время как отец давно лежал в могиле. Разве это справедливо?

Хакер снова ничего не ответил, являясь молчаливым слушателем разворачивающейся перед ним истории.

— Это несправедливо, — констатировал главный разработчик. — Как много лет назад они пришли в мой дом с бумажками, разрушившими мою жизнь, так и Я пришёл к каждому из них с оружием в руках. И вот это было справедливо. Я убил их всех. Вместе с семьями. На этой поганой планете только месть может что-то исправить.

Человек глубоко вдохнул и медленно выдохнув, продолжил:

— Я как-то читал, что между героями и злодеями нет особой разницы. Суди сам. И тем и другим причиняют страшную боль. И те и другие ищут способ от этой боли избавиться. Вся суть в том, что первые говорят: да, мне причинили страдания, и теперь я сделаю всё — чтобы больше никто и никогда не испытал того же, что и я. Но есть и другие. Те, кто отвечает: да, мне причинили страдания, и теперь я сделаю всё — чтобы воздать этому миру по заслугам, я причиню ему столько боли, сколько смогу пока буду жив.

Архитектор посмотрел в глаза стоящего перед ним Шухова:

— Мы с тобой похожи именно потому, что оба выбрали второй вариант.

Наступила тишина. Немец явно закончил свою длинную тираду и сейчас уступал место оппоненту.

— Может быть, — задумчиво произнёс хакер. — Но важно не то, чем мы с тобой похожи, а то — чем мы отличаемся. Можно быть каким угодно чудовищем, отборнейшим ублюдком — но не опускаться ниже определённого человеческого уровня. Для чего ты убивал всех тех предпринимателей? Они каким-то образом причастны к банкротству твоего отца? Или уже просто ради развлечения? Как они помогут тебе создать кризис на рынке, или чё ты там хотел?

— Ах да, — развёл руками немец, — извини. Забыл объяснить. После того как я отомстил за отца, мною была создана целая сеть военизированных группировок по всей стране, благо доступ к базам с нужными кадрами у меня сохранился. Они стали моими руками и ногами, приносящими лёгкие деньги. Я не умею грабить банки как вы, хакеры, но мне это и не нужно. В данный момент я активно выкупаю заводы, крупные фирмы и пытаюсь войти в управляющий состав различных фондов. Как только критическая масса финансов и средств производства будет сосредоточена в моих руках, я начну массированный удар по экономике с её последующим развалом. Это будет грандиозно.

— Тебе больше подходит ник «Мориарти», — съязвил Артём. — Что-то ты промахнулся с выбором.

— Возможно, — усмехнулся немец. — Но поверь, тень — именно то что нужно.

— Такой талант растрачивается зря, — цокнул языком Шухов, вытаскивая пистолет из кармана. — Пусть твои мотивы мне и ясны, но я не могу и дальше смотреть, как ты убиваешь невиновных людей просто так.

— В каком месте они невиновны? — скривил лицо Шэдоу. — Их бы воля — сожрали друг друга и не подавились.

— Ошибаешься, — сказал хакер, проверяя затвор. — Ты устраняешь таких же — как твой отец. Просто работяг, которые радеют за своё дело. Раз такой смелый, чё ж ты не замахнулся на транснациональные корпорации?