— Я думаю, — осторожно сказала я. — Он преследует какие-то свои цели, поэтому тянет время.
Я, конечно, мало что понимала в допросах, но мне показалось, что Аластор специально нагнетает обстановку, чтобы в итоге выудить из служанки максимум информации.
Делает так, чтобы она сильнее стала нервничать. Только пока что из всех присутствующих нервничал только голубоглазый блондин рядом со мной.
— Марта, — продолжил инквизитор. — Я думаю, ты в курсе последних новостей и знаешь, что Фрею Грейфилд обвиняют в убийстве.
Служанка неуверенно кивнула, показывая, что осведомлена о происходящем.
— Я хочу задать тебе пару вопросов о твоей хозяйке, — мягким голосом спросил Аластор. — Расскажи мне, как ты попала на работу в дом генерала Грейфилда?
— Господин женился на моей хозяйке, — стараясь делать безразличный вид, ответила служанка. — Так и попала.
— То есть до этого ты работала служанкой в доме покойного господина Корбина? — задал очевидный вопрос Аластор.
Женщина кивнула.
— Как долго? — уточнил Дракмор.
Служанка колебалась. Что-то не давало ей ответить на этот вопрос, будто, если она скажет, то кого-то рассекретит. Хотя я уже начала догадываться, откуда у этой истории растут ноги, потому что особо теплых чувств внутри себя в отношении этой служанки я не находила, а это могло значить только одно.
— Когда лорд Корбин женился на леди Риджине, так она и меня с собой привезла, — спустя несколько минут сомнений, ответила Марта.
Дракмор, казалось, ждал именно этого ответа. Вообще, складывалось ощущение, что он уже давно знает ответы на все вопросы, а этот допрос нужен для галочки.
— Леди Риджина… — протянул он задумчиво. — Расскажи ка мне, какие отношения были у твоей госпожи с леди Фреей?
Марта пожала плечами.
— Обычные, — ее взгляд взволнованно забегал. — Как у любой мачехи с падчерицей.
— И никаких конфликтов? — настаивал Аластор. — Никаких обид?
— Ну, как без обид-то? — наигранно всплеснула руками служанка. — Были, конечно. Молодая госпожа не хотела принимать, что леди Риджина стала хозяйкой в ее доме. По первости даже козни разные строила.
Женщина сделала вид, что сильно расстроена этим фактом, но тут уже напряглась я. Эти воспоминания Фреи были мне не доступны, но я кожей чувствовала, что она нагло врет.
— И как на них реагировала Риджина? — задал следующий вопрос инквизитор.
— Ну, неприятно ей было, конечно, — сочувственно покачав головой, призналась служанка. — Пару раз я даже видела, как госпожа украдкой плачет. Но в целом, она же понимала, что Фрея ей слишком мала, чтобы понять все и обижаться на нее нет смысла. Леди Риджина — очень мудрая госпожа.
Аластор понимающе покивал головой.
— А со сводными сестрами какие отношения были у леди Фреи? — на этом вопросе женщина чуть больше занервничала.
— Да, нормальные отношения, — пожала плечами она. — Как у всех сводных. Особой любви никто ни к кому не испытывал. Но и открытых драк тоже не было. Хотя леди Фрея пробовала пару раз вцепиться в волосы сестрам.
— Вот ведь гадина какая! — не выдержала я, чуть подавшись вперед. — И ведь не стыдно ей так гнусно врать⁈
— Что, прямо так, в волосы? — удивленно спросил Аластор, а служанка подтверждающе закивала. — А еще какие-нибудь странности в поведении леди Фреи ты замечала?
— Она очень любила лорда Грейфилда, — пустилась в рассказ Марта, будто ждала именно этого вопроса. — Так всегда расстраивалась, когда он уезжал на войну. Могла ночами сидеть у окна, ждать его. Не хотела принимать, что он женился на ней только из-за просьбы ее покойного отца и никаких чувств к ней у него нет.
Служанка сделала удрученный вид, опустив голову. А я почувствовала, как Дариан напрягся рядом со мной. Он готов был взорваться в любой момент.
— Он ведь даже в их первую брачную ночь дома не ночевал, — почти шепотом решила продолжить женщина. — А она ждала, когда же он придет. Ну, а когда лорд привез с собой любовницу, тут леди Фрея совсем плохая стала. Кричала, ругалась, даже драку с господином учинила. Еле успокоили.
— Марта, — голос Дракмора внезапно стал ледяным, — какое успокоительное ты давала леди Фреи?
Лицо служанки побелело как полотно. Она задрожала всем телом.
— Я… обычный чай с ромашкой, — пролепетала она, стараясь не смотреть на Дракмора.
— Обычный чай с ромашкой не приводит к летальному исходу, — неожиданно повернул ход допроса инквизитор.
— К чему? — не поняла служанка и нахмурилась, но я заметила страх в ее глазах. — Так леди Фрея ведь жива.
— Вот ты себя и выдала! — радостно воскликнула я.
— Значит, чай все-таки был не обычный? — вопросительно вскинув правую бровь, спросил Аластор. — В твоих интересах во всем признаться честно. Что ты подмешивала в чай?
И тут Марта зарыдала, закрывая лицо руками. Я, конечно, больше ставила на то, что это была умелая игра на публику с намерением разжалобить, но выглядело уж слишком натурально.
— Я не хотела! — крикнула она сквозь слезы. — Меня заставили!
— Кто⁈ — раскрыв наше укрытие, рявкнул Дариан у нее над ухом, заставив даже меня вздрогнуть.
— Кто заставил тебя отравить леди Фрею? — повторил Дракмор, его голос был полон опасности.
Марта продолжала рыдать, не в силах произнести ни слова.
— Имя! — не выдержал Дариан, разъяренно впечатав кулак в стол и оставив там вмятину. — Живо!
— Это… это была Элоиза, — прошептала Марта, словно вырывая слова из горла.
— Элоиза? — переспросил Дракмор, нахмурившись. — Элоиза Корбин? Старшая дочь леди Риджины?
Марта кивнула, продолжая рыдать.
— Да, господин. Она заплатила мне. Сказала, что леди Фрея ей мешает…
Дариан, словно его ударили током, вылетел из комнаты. В глазах служанки я увидела смесь страха и… ехидства. Словно она добилась своего.
Глава 38
Фрея
Пытаться догнать Дариана или отговорить его от сиюжесекундной расправы я даже не пыталась, поэтому когда допрос закончился, попросила Аластора, чтобы он отвез меня в школу.
За всеми этими неурядицами я совсем забыла о том, что где-то там сидит Элариан и ждет, когда же я вернусь.
Мне нужно было с ним увидеться, узнать, как его здоровье и вообще хотя бы немного отвлечься от происходящего.
Я нашла его в библиотеке, где он, уткнувшись в книгу, что-то старательно конспектировал. Увидев меня, он просиял.
— Мама! — радостно крикнул он, подскочил со стула и побежал ко мне. — Ты вернулась! Я переживал за тебя…
Где-то внутри я почувствовала иголочку вины за то, что заставила этого ребенка переживать тогда, когда ему нужно было восстанавливать свое здоровье.
— Тебе не нужно переживать за меня, — тепло улыбнувшись, ответила я, обнимая парня в ответ. — Я — взрослая и сама могу о себе позаботиться (ну, почти). Лучше расскажи, чем ты занимался все это время.
— Ну-у-у, — уклончиво протянул маленький дракон. — За исключением того, что я выслушивал бесконечные ворчания бабушки Яги о том, что пока тебя не было, все было спокойно, я еще пил разные примерзкие зелья, активно тренировался в полетах, пока она не видит и сейчас вот изучаю азы артефакторики, потому что профессор Эвергрин на последнем занятии сказал, что у меня хороший потенциал.
— Ты большой молодец! — искренне восхитилась я Эларианом. — Ты можешь гордиться собой!
— А ты? — мальчик серьезно взглянул мне в глаза. — Ты будешь мной гордиться?
Столько было жажды похвалы и надежды в этом вопросе. Я ведь совсем забыла, что этот не по годам взрослый юноша, рос без материнского тепла и как никто другой нуждался в нем.
— Я горжусь тобой вне зависимости от того, сделал ты что-то или нет, — приобняв Элика за плечи и поцеловав в макушку, честно призналась я. — Просто потому что ты есть.
Безусловная поддержка и принятие — самая дорогая валюта, которой только могут обладать люди. И не каждому она доступна. В моем детстве ее не было. Мне всегда нужно было заслуживать похвалу и быть такой, какой от меня ждут.
