В ловушке времени (СИ) - Ахминеева Нина

— Без проблем, — лаконично ответил Краснов.

Предстоящая беседа с бароном пугала. Но выбора, увы, нет. С мрачной решимостью я поднялась. Алена тотчас вцепилась мне в руку. Краснов с легкостью подхватил наши сумки.

— Прошу за мной, — обронил он и направился к стоящему на обочине представительскому седану.

Крепко держа меня за локоть, Алена торопливо пошла за мужчиной. Пока тот укладывал наши вещи в багажник автомобиля, мы вдвоем разместились на заднем сиденье. Алена довольно заулыбалась:

— Какой же он красавчик. А может, это судьба? Ведь не просто же так мы опять встретились, — выдохнула она мечтательно.

Даже не знаю, что ответить.

Промолчав, я отвернулась к окошку. Краснов устроился за рулем. Двигатель солидно загудел, машина тронулась с места. За стеклом промелькнули «коллеги». Нагруженные сумками юноши и девушки предусмотрительно шли по обочине.

Им топать вверх по серпантину минимум два часа. Потом короткий отдых и работа. Хорошо хоть в этот раз ребятам не придется мокнуть под дождем.

Рвано вздохнув, я прижалась затылком к мягкому подголовнику.

— Константин Александрович, а вы верите в судьбу? — вдруг огорошила вопросом Алена.

— А вы? — уклонился от ответа барон.

— Прежде сомневалась, но, увидев вас сегодня, поверила, — не сказала, а скорее промурлыкала девушка.

Видимо, напрочь позабыв про припухший нос, она уселась так, чтобы быть поближе к водительскому месту. Не понимая, что на Алену нашло, я удивленно нахмурилась.

— Константин Александрович, к чему скрывать? Наша с вами первая встреча в торговом центре, — эта болтушка намеренно запнулась, — откровенно не удалась. Мне было так стыдно и неловко, что я не желала вас больше видеть. Никогда-никогда! А сейчас все иначе. Вы возникли словно из ниоткуда и как истинный рыцарь протянули руку помощи. Теперь мне бежать от вас совсем-совсем не хочется, — она на секунду замолчала и проворковала: — Чем же это еще может быть, как не судьбой?

— Договоренностью с Лизой, — безжалостно обрывая полет девичьей фантазии, возразил Краснов.

— Что? — опешив, переспросила Алена. — Какой еще «договоренностью»?

— Обычной, по телефону. Я звонил Елизавете Олеговне, когда вы ехали в автобусе. Услышал о пожаре, попросил её не геройствовать и дождаться моего приезда.

В салоне повисла напряженная тишина.

— Почему ты сразу не сказала, что вы знакомы?! — внезапно с негодованием воскликнула Алена, всем телом поворачиваясь ко мне.

— «Сразу» — это когда? — уточнила я, слегка подавшись назад от такого натиска.

Алена зло прищурилась, процедила:

— Почему ты прикопалась именно ко мне? Да, когда я вмазалась в столб, то пожелала твоему ненаглядному Константину Александровичу сдохнуть! От всей души пожелала! И что с того?! Он же жив-здоров, цветет и пахнет! Чего тебе от меня надо?! Поглумиться решила? Думаешь, раз графиня, то тебе все дозволено? Да что б ты…

— Молчать! — рявкнул Краснов, не позволяя девушке сформировать проклятье.

Та захлопнула рот, испуганно округлила глаза. Затормозив у обочины, барон обернулся, пристально посмотрел на Алену.

— Дайте мне вашу руку, — он не просил — приказывал.

Глядя на барона, как кролик на удава, девушка выполнила распоряжение. А через удар сердца завалилась мне на колени и мирно засопела.

— Снотворное, — пояснил Краснов, продемонстрировав мне мини-капсулу с тонкой, как волос, иглой.

— Всегда его с собой носите? — я поудобнее устроила на коленях отяжелевшую Алену.

— Нет. Взял в аптечке на всякий случай, — бесстрастно ответил Краснов.

«На всякий случай»? И какой же? Для экстренной перезагрузки временной петли?

— Медикаментозный сон сродни потере сознания?

— В теории — да.

— Понятно, — я убрала с лица Алены прядь волос, чтобы та не тревожила поврежденный нос девушки. — Сколько она проспит?

— Эта доза вырубает на сутки. Но она очнется раньше, сразу после перезагрузки петли.

О как. Значит, вместе со мной в автобусе.

Краснов сел прямо. Двигатель вновь сыто заурчал, машина поехала вперед. Барон не издавал ни звука, казалось, его интересует исключительно управление машиной. Разумеется, это было не так. Вне сомнений, он размышлял. О чем именно — нет нужды строить предположения. Даже я догадалась о своей причастности к его убийству.

Почему же он молчит? Почему?!

Муки совести с каждой секундой усиливались. Нервы звенели, как натянутые струны. Накрутив себя до предела, поняла, что больше не выдержу.

Разговор предстоял тяжелый. Не придумав ничего лучше для начала, я негромко сказала:

— Сегодня во время эвакуации из автобуса впервые пассажиры запаниковали. Один из юношей случайно заехал Алене по носу. Злясь, она пожелала, чтобы его одолела почесуха. Парень начал чесаться. Я поинтересовалась у Алены, есть ли у нее родинки на щиколотках. Ответила положительно. Ну а о том, что она вам пожелала в торговом центре, вы и сами слышали.

— Когда я пил сок, вы мне тоже что-то пожелали? — не отводя взора от дороги, поинтересовался Краснов.

— Да. Если дословно, то фраза звучала так: «Что б ты им подавился, гад».

— А после? Вы же что-то еще пожелали мне после этих слов? — все так же спокойно уточнил Краснов. — Скажите мне, это важно.

Зачем ему?

Поковырявшись в памяти, я припомнила все, что наговорила, и мысленно застонала. В здравом уме такое крайне сложно повторить вслух!

— «Не смей помирать, сволочь. Мы с тобой еще не договорились», — жар стыда опалил щеки.

Скрипнув зубами, я гордо приподняла подбородок и отчеканила:

— Константин Александрович, я заверяла вас, что непричастна к вашей смерти. Однако вы были правы, обвиняя меня. Все указывает на то, что Алена наслала смертельное проклятье, а я его активировала. Но как такое возможно, до сих пор не пойму.

— Желая смерти, проклятийница вкладывает в свои слова определенный энергетический импульс. Безусловно, этого недостаточно для физического устранения человека. Однако проклятье не распыляется, а прикрепляется к сознанию условной жертвы. И в неактивном состоянии оно может просуществовать сколь угодно долго, никак не проявляя себя, — Краснов переключил скорость, замедлив движение. — Крайне редко, но все же случаются казусы. Одаренная женщина в порыве гнева вполне способна пожелать носителю проклятья умереть каким-то конкретным способом.

— Как я вам подавиться, — прошептала я с горечью.

Барон либо не услышал, либо просто сделал вид. Все так же глядя в лобовое стекло, он продолжил:

— При этом одаренная должна подкрепить свои слова силой. Это делается неосознанно, однако энергия требуется дать ровно столько же, сколько уже вложено в проклятье. Лишь при таких условиях оно активизируется и убивает. Шанс, что все условия совпадут, — один к ста.

Вот и все. Пазл сложился. Я действительно убила Краснова. Зря надеялась, что это не так.

В горле запершило. Изо всех сил сдерживаясь, чтобы не расплакаться, я сипло призналась:

— Мне очень жаль. Поверьте, на самом деле я не желала вашей смерти. Просто… Так вышло.

— Ничуть не сомневаюсь. В противном случае я скончался бы на месте. И артефакт бы не помог.

Как это?

Сбитая с толку, я хлопала ресницами, пытаясь разобраться. Увы, не получалось.

— Поясните?

— Устройство возврата в прошлое создавалось для конкретного человека, — мягко напомнил Краснов. — Лишить его жизни проклятьем в принципе невозможно. Поэтому в созданном мною артефакте таких настроек нет. Парадокс, но вы меня не только убили, но и умудрились вернуть к жизни. При этом, по всей видимости, зацепили на себя часть защиты от временной петли.

— И что теперь? — мой вопрос, возможно, прозвучал непонятно, но относился ко всей ситуации сразу.

Краснов поймал мой взгляд в зеркале заднего вида:

— Погодный артефакт я отключил. Системный сбой был не случайным. Надо выяснять, кто внес корректировки в работу устройства. Пока не увижу символы на вашем теле, о том, чтобы выбраться из ловушки времени и наказать злодея, можно разве что мечтать.