Пурпурная Лилия, или Проведи меня сквозь Тьму (СИ) - Шаенская Анна

Дамир замедлил шаг. Теперь мы едва ползли, словно влюблённые улитки. Зато в обнимку.

— Мы позже вернёмся к этому разговору, — вздохнул Дамир. — А насчёт Лейка…

— Я не собираюсь искать встречи и обещаю не оставаться с ним наедине добровольно, — заверила. — И впредь не буду использовать эмпатическое чутье, чтобы вновь не попасться на его обманку.

— С этим я могу помочь, у меня есть подходящий подарок. И я хочу кое-что показать тебе…

— Тот самый сюрприз? — оживилась, радуясь возможности сменить тему.

— Одна из его составляющих, — загадочно усмехнулся Дамир и… накрыл мои глаза ладонью.

— Что ты…

— Не подглядывай, мы почти пришли.

— Но…

— Так будет интересней, — он осторожно подталкивал меня и направлял.

Я попыталась призвать магию и просканировать местность, но вокруг не было ни души. Только впереди плясала странная энергия. Мощная, искрящаяся, целительная…

— Озеро? — догадалась.

— Нет.

— Жаль, — вздохнула, намеренно провоцируя его, — я бы искупалась… с тобой.

Ответом стало тихое рычание.

Между нами вновь повисла тишина, но невероятно уютная и немного будоражащая.

Далеко идти и впрямь не пришлось, и едва Дамир остановился, снимая горячую ладонь с моих глаз, я увидела… море. Только не настоящее, а цветочное.

Целое море пурпурных лилий, светящихся в темноте будто зачарованные кристаллы…

ГЛАВА 1.5

Я никогда прежде не видела таких цветов. Невероятно изящные, с бархатными лепестками, усеянными серебряными каплями магии. Они покачивались на ветру, источая восхитительный и нежный аромат. Сладкий, с едва уловимыми медовыми нотками, он кружил голову и пьянил с каждым вдохом.

— Это Сумеречная принцесса, сердце Килграха и единственные цветы, которые вырастают из осколков эрхи, — пояснил Дамир, — скоро бутоны кристаллизуются и уже никогда не завянут. Я хотел преподнести тебе их утром…

— Хорошо, что показал сейчас! — восторженно прошептала.

Сама не заметила, как понизила голос. Казалось, что громкие слова могут разрушить очарование момента. Слишком сказочным казалось всё вокруг.

— Откуда в штабе такая красота?!

— Я попросил у медведицы осколки эрхи, когда мы уходили, и посадил цветы на закате, ускорив рост магией.

— Ты… — я развернулась, упершись ладонями в грудь Дамира и подняла голову, всматриваясь в его лицо.

Дракон безмятежно улыбался.

— Эти цветы способны трансформировать любую магию в целительную, — продолжил словно невзначай, — разумеется, серьёзные раны они не залечат, но если поставить в комнате такой букет, будешь быстрее восстанавливаться после трени…

Договорить ему я не позволила. Приподнялась на цыпочках и крепко поцеловала в губы. Зажмурилась от удовольствия, наслаждаясь ароматом и жаром его тела.

На спину скользнули сильные ладони, неспешно лаская и заставляя млеть от удовольствия.

Какая роскошная ночь… Любимый дракон рядом. Немного обнажённый и распалённый моей близостью.

Голова шла кругом от того, как сильно и ярко он реагировал на меня, и от мысли, что этот потрясающий мужчина принадлежит лишь мне одной.

Но едва я легонько царапнула его коготками по шее, прижимаясь сильнее и углубляя поцелуй, Дамир с рычанием отстранился. В его глазах плясали алые искры и на коже выступила чешуя.

Ой…

— Цветы… они красивые такие… — неловко прошептала.

— Рад, что тебе нравится, — хрипло отозвался.

— Очень… да… кхм…

Я нехотя отстранилась, отступила на шаг и вновь перевела взгляд на поле. А прохладный ночной ветер, дразня скользнул по коже, напоминая, как уютно и горячо было в объятиях Дамира.

— Так много лилий… — растерянно протянула. — Ты сказал, что утром бутоны превратятся в кристаллы…

— Если захочешь, можешь забрать все и отдать семье или оставить часть в штабе. Все эти цветы принадлежат тебе.

— Соберу несколько букетов, — улыбнулась, — хочу подарить маме и сестре. А ещё поставлю их в своей комнате в доме и общежитии. Спасибо за такой волшебный подарок…

— Это не все сюрпризы.

Дамир призвал небольшую шкатулку из чёрного дерева. Мне было интересно, что внутри, но и ещё кое-что не давало покоя.

— Лилия… Так меня называла только семья, никто не знал об этом прозвище, — призналась.

Отец сравнивал нас с цветами. Маму — с её любимыми пионами, сестру с незабудками, а меня… с лилиями. Только с рыжими, а не пурпурными. Но учитывая цвет моей магии и факультета, подарок Дамира вышел невероятно символичным.

— Как ты узнал?

— Я не знал, — усмехнулся Дамир, — просто ты напомнила мне эти прекрасные цветы, — он с нежностью коснулся моих волос, перебирая растрепавшиеся пряди, — пока я не могу надеть на твою руку обручальный браслет, поэтому хочу подарить тебе амулет своей матери, — добавил, магией открывая шкатулку.

На пурпурном бархате лежал золотой медальон, украшенный россыпью аметистов и гравировкой в виде распустившейся лилии.

ГЛАВА 1.6

Едва коснулась его, украшение охватило сияние и цветок стал пурпурным, реагируя на мою магию!

— Мама была аметистовой драконицей, поэтому камни — символ её рода, — пояснил Дамир, — и она обожала белые лилии. Я сделал этот амулет, когда мне было семнадцать…

— Ты… сам?! — опешила, подхватив медальон за цепочку и с интересом рассматривая.

Теперь видела, что украшение достаточно простое, но в этом была своя прелесть. Мне нравилась его лаконичность. К тому же главная ценность заключалась не в камнях. От кулона фонило Силой. Очень древней и мощной.

— Сколько же талантов ты скрываешь? — улыбнулась, покачав медальон словно маятник.

— Достаточно, чтобы удивлять тебя каждый день и целую вечность, — Дамир развеял шкатулку и коснулся моих волос, мягко убирая их с плеч и словно невзначай задевая чувствительную кожу шеи. — В этот медальон я вплел Симфонию защиты. Как только наденешь его, окружающие перестанут чувствовать исходящую от него магию.

— Поможешь? — я развернулась и склонила голову на бок, жалея, что на мне военная форма, а не платье.

Хотелось подразнить его, повести плечиком, чтобы тонкие бретели соскользнули, обнажая больше кожи.

От этих мыслей стало жарко и я поспешила поставила щиты, чтобы не задеть Дамира своими желаниями. Впрочем… ему хватало и своих.

— Моя Пурпурная Лилия, — произнёс он, опуская медальон мне на грудь. Играючи проводя им по коже. Дразня контрастом от прикосновений холодного металла и горячих пальцев. — Драгоценная моя… — прошептал он, защелкивания замочек и касаясь губами шеи, оттягивая ворот рубашки и заставляя ещё больше склонить голову, подставляясь под обжигающие поцелуи.

Хотелось развернуться в кольце сильных рук, вновь поцеловать его в ответ, но медальон вдруг вспыхнул пурпурным заревом и вокруг нас заплясали золотые светлячки!

От них неуловимо фонило той самой энергией Тёмного Бога, что я слышала в Килграхе. И не от Дамира, а… от воспоминаний Роксаны!

Казалось, ещё немного и над поляной разольётся чарующая песнь скрипки. Надрывная, пронзительная, проникающая в душу с каждым движением смычка…

— Кажется, придумала как отблагодарить тебя за волшебный подарок, — я обернулась к Дамиру, поднимаясь на цыпочки и касаясь пальцами его лица.

— И как же? — прошептал он, перехватывая мои пальцы и целуя.

— Секрет, — рассмеялась, — узнаешь, когда всё подготовлю.

Я неплохо играла на скрипке. До мамы, и уж тем более до Роксаны мне было далеко. Но ведь в Третьей симфонии главное не мастерство, а чувства.

Я хотела сыграть для Дамира, стать его истинным светом и спасением. Но для начала нужно немного попрактиковаться. Заодно посоветоваться с мамой, она наверняка не раз играла эту музыку для отца.

К слову, об отце… Только сейчас вспомнила, что у нас не так много времени.

— Я преподнесу тебе подарок, когда вернёмся в столицу, — добавила, бегло целуя Дамира в губы и отстраняясь прежде, чем меня вновь поймали в объятия.