Рецепт настоящей любви - Браун Джеки

При взгляде на нее, серые глаза слегка округлились, а потом мужественный рот смягчила улыбка.

– Вообще-то меня зовут Финн. Финн Уэстбрук. – Он снял промокшую до нитки куртку и повесил ее на вешалку слева от Лары. – Хорошо добрались?

– Да. Благодарю вас, – ответила Лара и поинтересовалась, хотя ответ казался очевидным. – Долго пришлось ждать другого такси?

– Я не стал ждать на том месте. И пробежал три квартала, прежде чем смог поймать такси у площади Колумба.

Капелька воды скользнула по его виску, и Лара с трудом удержалась от соблазна смахнуть ее. Вместо этого она вытащила из сумочки стопку бумажных носовых платков и протянула ему.

– Спасибо.

– Это самая малость, которую я могу сделать. Я и представить себе не могла, что мы едем в одно и то же место, иначе могли бы добраться на одном такси.

Он выдернул пару платочков, отдал Ларе упаковку и промокнул висок, после чего потер салфетками шевелюру. После этой манипуляции его короткие волосы стали выглядеть неряшливо, но в то же время мило.

– Так вы – повар, – заметил он.

– Совершенно верно. А вы?

– Один из лучших, – обворожительно улыбнулся он, смягчив дерзкую похвальбу.

– Не сомневаюсь, что каждый из присутствующих здесь может сказать о себе то же самое, – сухо отозвалась Лара.

Улыбнувшись еще шире, он скомкал бумажные платки и, небрежно прицелившись, бросил их в стоявшую в углу корзину для бумаг. Сырой комочек попал точно в цель.

– Выходит, мы с вами – противники, – сказал Финн.

А ведь верно… Вот для чего ему понадобился поцелуй на удачу! Лара одернула себя, осознав, что слишком увлеклась созерцанием Финна.

– Выходит, да.

Его взгляд задержался на ее губах.

– Какая жалость!

Не успела Лара придумать ответ, как из ближайшего кабинета вышел мужчина. Ему было под сорок, он носил костюм и очки, а на лбу виднелись залысины. Но по-настоящему старше и строже он стал казаться после того, как хлопнул в ладоши, привлекая внимание собравшихся.

Лара узнала его – он присутствовал на отборочном этапе, который она выиграла пару недель назад. Его звали Тристан Уэмбли, и на телеканале он был кем-то вроде продюсера. Она не помнила его должность, но Тристан ясно дал понять, что в случае возникновения вопросов Ларе стоит первым делом связываться с ним.

– Приветствую всех вас в студии «Сильван», родном доме кабельного кулинарного телеканала и его популярнейшей программы «Дуэль шеф-поваров», которая в этом сезоне, как вам известно, сотрудничает с прославленным рестораном «Честерфилд»! Примите поздравления по случаю того, что вы дошли до этого этапа конкурса. То, что вы стоите здесь сейчас, – свидетельство вашего поварского таланта. Ста восьмидесяти двум другим претендентам не удалось пройти отборочный тур. Сегодня вы познакомитесь с кулинарной студией. Завтрашний день и пятницу мы посвятим записи рекламных роликов для телепередачи и нашего сайта. Съемки первого раунда соревнования начинаются в понедельник утром. Вы должны приехать в студию не позднее семи утра. Планируйте провести здесь по меньшей мере десять часов.

– Десять часов! – потрясенно выдохнул кто-то.

– Возможно, около двенадцати, – невозмутимо уточнил Тристан.

Даже при том, что телеканал будет еженедельно выдавать в эфир по передаче, поварам придется состязаться три дня в неделю на протяжении почти месяца. И тут Лара в полной мере осознала, на какое длительное и непростое мероприятие подписалась.

Сменив оживленный тон на зловещий, Тристан добавил:

– Осмотритесь здесь хорошенько, шефы, потому что ровно через неделю один из вас уже покинет шоу.

Интересно, кто же это будет? Лара и мысли не допускала о том, что уйдет так рано. Она пробежала глазами по соперникам. Когда она добралась до Финна, он хмыкнул и, наклонившись, прошептал:

– Не смотрите на меня. Я не собираюсь никуда уходить. Я здесь – до конца.

При других обстоятельствах Лара, возможно, с одобрением отреагировала бы на самоуверенные речи ослепительного красавца, но сейчас…

Дрожь пробежала по ее спине.

– Боже, надеюсь, нет.

Брови Финна взлетели вверх, а в его тоне засквозили дерзкие нотки.

– Что ж, по крайней мере, честно.

Тристан снова хлопнул в ладоши:

– Итак, шефы, если вы готовы следовать за мной, можем приступать.

Финн зашагал рядом с Ларой.

– Наверное, теперь вы жалеете о том поцелуе на удачу, – небрежно бросил он.

– Видимо, как и вы жалеете о том, что уступили мне такси, – ответила Лара так тихо, что Финну пришлось наклониться, чтобы расслышать. Она могла поклясться, что почувствовала пыл, исходящий от его горячей влажной кожи.

– Вы выиграли поездку в такси. – Он расправил широкие плечи и снова скользнул взглядом по ее губам. – В остальном же я не уступлю. А это было… приятно. Хотя и вызвало некоторую неловкость.

– Не понимаю, что вы имеете в виду, – невинно похлопала глазками Лара.

Он расплылся в улыбке:

– А по-моему, все вы понимаете. И кстати, хочу заранее попросить у вас прощения.

– За что?

– За то, что превзойду вас.

И на его лице расцвела зловещая усмешка, достойная самого отъявленного пирата.

– А вы – наглец, – вылетело у Лары, но без тени раздражения. Она и сама невольно улыбнулась.

Шедший впереди Тристан деловито заговорил:

– Каждому из вас в произвольном порядке выделят рабочее место. Все места идентичны и оснащены одинаковыми материалами. Сегодня у вас будет один час – ни больше ни меньше – чтобы освоиться на месте и устроить там все на свое усмотрение. Если чего-то не хватает или устройства функционируют неисправно, вы должны известить об этом сегодня, до того, как уйдете отсюда. С момента начала съемок в понедельник мы ничего не будем менять, – твердо постановил он, обведя собравшихся суровым взглядом. – Вам придется обходиться тем, что есть.

Группа поваров остановилась у входа в студию. Над дверями висела красная лампа в металлическом корпусе. Совсем скоро она должна была загореться, возвестив о начале съемок.

Как фуд-стилист, Лара провела изрядно времени под ярким светом и прицелом камер. Значит, была хорошо натренирована и даже обладала некоторым преимуществом над конкурентами. Она считала так ровно до тех пор, пока Тристан не открыл дверь в студию.

Ослепительный верхний свет заливал кухонную утварь и покрытые нержавеющей сталью поверхности рабочих мест.

– Ни фига себе! – вскричал кто-то от переизбытка чувств.

До Лары донеслось еще несколько охов-ахов, одни из которых были произнесены в благоговейном страхе, другие – с дурным предчувствием.

– По телевизору все выглядит иначе, – заметил Финн.

А ведь верно: на экране все казалось меньше, почти по-домашнему. Будто это была настоящая ресторанная кухня, а не внушительных размеров съемочная площадка, усеянная кабелями, камерами и прочим оборудованием.

Вдоль двух стен тянулись духовые шкафы и кухонные островки. Третью стену занимали кухонный шкаф, винный стеллаж с впечатляющим ассортиментом напитков, двухдверный холодильник, мороженица, камера шоковой заморозки, анти-гриль и другая «навороченная» техника.

Все это было расставлено так, чтобы и соперники, и телеоператоры свободно перемещались в пространстве. И, разумеется, в понедельник здесь ждали ведущего Гарретта Сент-Джона, который начнет метаться по площадке, комментируя работу конкурсантов и приставая к ним со спонтанными интервью.

При одной только мысли об этом желчь подступила к горлу Лары. В школе риторика давалась ей с трудом, она слишком сильно чмокала губами и слишком много «нукала». А еще очень быстро говорила и не умела удерживать зрительный контакт с аудиторией.

– Тем, кто страдает боязнью публичных выступлений, я предлагаю взять себя в руки, – сказал Тристан. – На следующей неделе здесь появятся несколько десятков людей. Многие из них будут стоять за объективами камер, фиксируя не только то, что вы делаете, но и то, что отражается на ваших лицах. Каждая улыбка, каждая гримаса, каждая крохотная капля пота на вашем лбу будет записана.