На следующем участке на каждый острый кол был надет перевернутый вверх дном глиняный горшок или кувшин с отбитым горлышком. Они торчали, как безмолвные стражники, глухие и пустые. В их округлых боках застыл зимний свет. Местные веровали, что в эти глиняные ловушки может забиться болезнь или блудный дух, сбившийся с пути. И дух этот не успокоился, томится, тоскует, и беспокоит живых. Будет о чем написать в книге.
Обереги висели на самих дверях. На кованом гвозде под резным наличником качался пучок, похожий на диковинный амулет: высохшие головки чеснока и лука были сплетены с ветками темно-зеленого, почти черного можжевельника. Ниже, на скобе, был пристроен маленький веник из рябиновых прутьев, связанный красной ниткой. Он был похож на ритуальный предмет, предназначенный для выметания из углов человеческой жизни всякой нежити и дурного глаза.
Воздух здесь пах уже не просто дымом, а чем-то горьковатым – полынью и сырой древесиной. Каждый дом приготовился к встрече Зла.
Какого? Откуда? Чем жители так напуганы? Анна сделала передышку, оглянулась. Удирать бы отсюда по добру – по здорову… Но автобус будет только завтра.
Она приехала в глухую деревню, где до сих пор верят, что зло можно поймать в горшок, вымести веником и остановить пустым взглядом конского черепа. И самый главный вопрос, от которого стало ещё холоднее: а что, если эти верования – не просто суеверие, если жители соблюдают старые ритуалы?
После километрового маршрута, Аня перебралась с чемоданом через снежный гребень, образовавшийся после работы трактора, который ковшом разгребал снег с дороги на обочину. Теперь нужно было преодолеть снежные завалы до крайнего дома с коньком в виде головы коня на крыше. В Костромской области, на стыке славянских, балтских и финно-угорских традиций, сложилась уникальная система охранительной магии, и конёк или как его еще называли, охлупень выполнял роль главного стража дома, – попросту отгонял зло. Только не на всех домах такие коньки были установлены. По пути Анна увидела лишь конек с изваянием головы утки.
Штакетник перед музеем утопал в снегу. От колодца в левую сторону, к соседскому жилому дому уходил свежий след от валенок. А направо к музею, вновь предстояло преодолеть заснеженную территорию. Анна пошла, – на крыльце дома лежал не тронутый слой снега сантиметров двадцать. Вывеска гласила, что это Краеведческий музей села Кужган. На дверях висел тяжелый амбарный замок.
Аня шагнула в сторону и взгромоздила свой чемодан на сугроб под окном с резными наличниками, чтобы не оставлять его на пути. Чемодан съехал обратно к ее ногам.
Ну вот! Вот она впервые улыбнулась, вернулась к двери, обитой по-старинному, – войлоком, чтоб теплее было внутри, а сверху клеёнкой, и гвоздями ромбиком. Дверь сохраняла обрывки бумаги и следы клея от объявлений. Листки могли оказаться в снегу.
Поработав ногами по поверхности снежного покрова, она извлекла одну из бумажек из снега. Объявление, написанное от руки, гласило, что похороны смотрительницы музея, Инги Ивановны Кнуш состоятся такого-то числа декабря месяца, а прощание пройдет в музее.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
