Я видела, как в его глазах идет борьба. Он стратег. Он видит выгоду. Но также он гордый одиночка, который не привык никому доверять.
— Почему я? — вдруг тихо спросил он, и в его голосе проскользнула непривычная уязвимость. — Вокруг тебя сотни рыцарей, герои в золотых доспехах… Почему ты пришла к «чудовищу»?
Я замялась. Не могла сказать: «Потому что я читала про тебя 150 глав и плакала над каждой твоей «прописанной» неудачей».
— Потому что вы — единственный, кто не лжет, — ответила я, глядя ему прямо в душу. — Лу Фэн клянется в любви и верности ко всем, а сам точит нож. Вы же… вы обещаете смерть, но, если даете слово — держите его. В этом мире фальшивого света я выбираю вашу честную Тьму.
Ли Чжань долго молчал. Тишина в переулке стала почти осязаемой. А затем он медленно снял перчатку с правой руки. Его кожа была горячей, почти обжигающей. Он протянул мне ладонь.
— Магический контракт, Вэй Мэйлин. На крови. Если ты солгала мне хоть в одном слове — твоей жизнью распоряжаться буду я. Как захочу.
— Она и так принадлежит вам с того момента, как я открыла глаза в этом мире, — шепнула я, смело протягивая свою руку.
Когда наши ладони соприкоснулись, вспышка черно-фиолетового пламени охватила нас. Боль и блаженство слились воедино. Проклятие ледяных вен внутри меня довольно заурчало, поглощая его энергию, а я почувствовала, как Искажение Ци в его теле наконец-то усмиряется.
— Договорились, — его голос стал тише, опаснее и… ближе. — Но помни, принцесса. Из этой сделки нет выхода. Теперь ты — моя.
Я лишь улыбнулась. Если бы он знал, что именно об этом я и мечтала, когда судорожно ставила лайки под его фан-артами!
ГЛАВА 3. ПЕЧАТЬ ОТРАЖЕННОГО РАВНОВЕСИЯ И ИСКУССТВО СЕМЕЙНЫХ МАНИПУЛЯЦИЙ, ЧАСТЬ 1
МЭЙЛИН (Ю РА)
Магическая метка на моем запястье пульсировала, отдаваясь в сердце ровными, глубокими толчками. Чернильно-фиолетовый узор, напоминающий переплетенные шипы розы и языки пламени, медленно впитывался под бледную кожу. С каждым ударом сердца я чувствовала, как невероятный, обжигающий жар перетекает из ладони Ли Чжаня в мои промерзшие вены.
Впервые с того момента, как я открыла глаза в этом мире, мне не было холодно. «Проклятие ледяных вен», которое годами медленно убивало Вэй Мэйлин, отступило, словно напуганный зверь, забившись в самые дальние уголки меридианов.
Я опустила взгляд на наши сцепленные руки. Его пальцы, длинные, с идеальными аристократическими фалангами, но покрытые жесткими мозолями от рукояти меча, полностью скрывали мою ладонь. От него пахло озоном, пролитой кровью и горьким ночным холодом, но для меня в этот момент он был самым безопасным местом во всех Девяти Провинциях.
— Ты только что продала свою душу дьяволу, маленькая принцесса, — хриплый, вибрирующий голос Ли Чжаня разрезал густую тишину переулка. Он не отпускал мою руку, внимательно, почти хищно изучая лицо. — Контракт на крови — это не дворцовые интриги. Его нельзя разорвать. Если ты попытаешься меня предать или обмануть, Печать Отраженного Равновесия выжжет твою сущность изнутри.
— А если предадите вы, Ваше Высочество? — я вскинула голову, смело встречаясь с его тяжелым, штормовым взглядом. Мое сердце фанатки танцевало румбу, но внешне я оставалась абсолютно спокойной.
Ли Чжань на мгновение замер. На его губах промелькнула тень усмешки — горькой и острой, как лезвие отравленного кинжала.
— Меня уже предавали все, кому я когда-либо доверял. Моя кровь, мои вассалы, даже Небеса, — его голос стал тише, но от этой тишины мороз пробегал по коже. — Я знаю цену верности лучше, чем кто-либо. Моё слово тверже любой стали, принцесса. Но помни: я не благородный герой из твоих девичьих грез. Я не приду спасать тебя, если ты сама прыгнешь в пропасть.
«О, ты даже не представляешь, насколько ты лучше любых картонных героев», — мысленно усмехнулась я, но вслух произнесла совершенно другое:
— Прыгать в пропасть — это прерогатива Лу Фэна и его слепой свиты. У нас на эти глупости нет времени. Через три дня ваш старый наставник, генерал Му, тайно встретится с послами Лу Фэна в чайном домике «Старая Ива» на южной окраине столицы. У него на руках письмо со списком имен всех офицеров вашей тени, которые до сих пор верны павшей Империи. Если этот список попадет к «Светлому герою», последних преданных вам людей вырежут за неделю.
Хватка на моем запястье стала стальной, почти болезненной. Пространство вокруг нас снова потемнело от мгновенного всплеска его ауры.
— Му? — Ли Чжань произнес это имя так, словно выплюнул яд. — Он клялся моему отцу в верности на крови. Откуда ты…
— Оттуда же, откуда знаю, что на вашей спине, прямо под левой лопаткой, шрам от клинка вашего двоюродного брата, — я мягко, но уверенно приложила свободную руку к его груди. Под плотным шелком бешено билось сердце. — Я знаю всё, господин Ли Чжань. И я здесь, чтобы они не смогли забрать у вас остатки того, что принадлежит вам по праву. Считайте эту информацию моим свадебным даром. А теперь нам нужно уходить. Моя иллюзия во дворце продержится еще пару часов, но, если матушка решит проверить меня лично, начнется паника.
— Ты предлагаешь мне идти в Императорский дворец? — он недоверчиво выгнул бровь, и на мгновение сквозь маску хладнокровного убийцы проглянул настоящий, живой человек, сбитый с толку. — В логово Императора Вэя? Ты понимаешь, что, если меня обнаружат, твоего отца хватит удар, а моих людей начнут убивать прямо сегодня?
— Именно поэтому вы пойдете туда не как изгнанный Темный принц, — я хитро прищурилась. В моих ладонях начал скапливаться мягкий, мерцающий серебристый свет. — Познакомьтесь с моим новым личным телохранителем. Молчаливым, угрюмым и абсолютно неприметным.
Я взмахнула руками, окутывая высокую фигуру Ли Чжаня густой магической дымкой. Моя Ци, подпитанная его жаром, работала безупречно. Через мгновение Тьма была надежно скрыта. Вместо рокового красавца передо мной стоял суровый, шрамированный наемник средних лет с серыми волосами, грубым подбородком и абсолютно заурядным лицом. Только глаза — если присмотреться очень-очень внимательно — всё еще хранили ту самую опасную, бездонную фиолетовую глубину.
Ли Чжань поднял руки, разглядывая шрамы на пальцах, которых там секунду назад не было, затем провел по чужому, загрубевшему лицу.
— Поразительно. Я не чувствую веса заклинания. Она... как вторая кожа. Даже лучшие мастера Света не способны на такое плетение.
— Это магия семьи Вэй, доведенная до совершенства безупречным вкусом, — буркнула я, чувствуя, как перед глазами начинают летать черные мушки. Откат от использования магии в истощенном теле давал о себе знать. — Идемте, «мастер Чэн». И постарайтесь не смотреть на дворцовую стражу так, будто прикидываете, с какой стороны им лучше перерезать горло. Это вызывает подозрения.
ГЛАВА 3. ПЕЧАТЬ ОТРАЖЕННОГО РАВНОВЕСИЯ И ИСКУССТВО СЕМЕЙНЫХ МАНИПУЛЯЦИЙ, ЧАСТЬ 2
МЭЙЛИН (Ю РА)
Путь до дворца «Лилового лотоса» прошел как в тумане. Я держалась на одном упрямстве и постоянном потоке горячей Ци, который Ли Чжань незаметно передавал мне, поддерживая за локоть. Как только тяжелые дубовые двери моих покоев закрылись за нами, отрезая нас от любопытных взглядов стражи, я щелкнула пальцами, развеивая иллюзию спящего двойника на кровати, и без сил рухнула на мягкий ковер.
— Больше… никогда… не буду так геройствовать, — выдохнула я, утыкаясь лбом в прохладный шелк подушки, сброшенной на пол.
Мороз тут же начал скручивать внутренности. Иллюзия, наложенная на Ли Чжаня, требовала постоянной подпитки, и мое тело сдавало позиции.
Я не услышала шагов. Ли Чжань двигался бесшумно, как настоящая тень. Он опустился на одно колено рядом со мной и, не спрашивая разрешения, подхватил меня на руки, словно я ничего не весила.
— Твое проклятие пожирает тебя каждый раз, когда ты используешь иллюзии, — его голос звучал недовольно, но руки, опускающие меня на кровать, были поразительно осторожными. — Глупая, слабая девчонка.
