Так я снова встал за штурвал, ребята подняли паруса, и мы поплыли дальше. Но вдруг я почувствовал на своем плече руку, это была Хлоя.
— Что-то странное творится, — сказала она.
— Не понимаю! О чем ты!
— Навигатор показывает, что мы на месте. Хотя вчера, вставая на якорь я была уверена что нам плыть еще полдня минимум — возмутилась она.
— Может, спутник ушел, и навигатор сбился? — предположил я.
— Нет, Малис, такого произойти не могло, так как спутник не один, там целая сеть из них.
Я быстро сообразил, что к чему, и громко крикнул: — Спустить паруса! Сбросить якорь.
Остановив корабль, и поверив гаджету Хлои, я сказал:
— Это здесь! Спускаем батискаф на воду.
Ребята принялись цеплять канаты от корабельных ручных лебедок к аппарату, приподняли его, толкнули за борт и медленно опустили на воду.
— Кто-то один остается на корабле! От батискафа пустим канат, и, в случае чего, тот, кто останется поднимет аппарат из воды. Так кто остается?
— Я останусь! — сказал Марк. — Да и от воды меня что-то мутит, лесной я житель, а не водяной.
— Хорошо! В случае чего ты знаешь, что делать!
Марк остался на борту корабля, а остальные по веревочным лестницам начали спускаться в открытый люк батискафа, и через три минуты мы были уже внутри. Оглядываясь по сторонам круглого аппарата, все находились в недоумении, а вдруг он неисправен, и мы тут все погибнем? Флорин, не растерявшись подбежал к панели управления, и стал яростно изучать глубинный аппарат на предмет управления и маневрирования на нем, все остальные только стояли и смотрели на него. А после двадцати минут тишины, он выдал:
— Готовы?
— Если ты разобрался, то да, мы готовы! — ответил ему я.
— Стойте! А как же тени? Как же проход? — вспомнила слова из загадки Алина.
— Она права! — посетовал я, и добавил: — Давайте подождём.
Мы снова вылезли из батискафа наблюдать за нашей тенью, время было уже десять часов утра, и тень даже и не думала уходить. Тогда я предложил: — Флорин! Ты тогда оставайся, и изучи каждый миллиметр этой капсулы, а мы поднимемся на борт корабля, и как только настанет нужное время, мы спустимся к тебе.
— Я понял, Князь! Будет сделано!
Поднявшись на борт парусника, мы начали готовить и проверять дайверское оборудование на целостность и надежность. На наше счастье, все оказалось довольно качественным, и мы доставили акваланги на батискаф. И ровно в двенадцать Влад закричал:
— Смотрите! Тени! Их нет!
— Все бегом к Флорину! — скомандовал я, и все, снова по веревочным лестницам, будто хорошо обученный спецназ, ринулись в аппарат для погружения.
Когда последним спустился я, сразу же спросил у юнца: Всё? Ты обучился? Сейчас нужно погружаться!
— Да, сэр! — и словно в американских фильмах, с энтузиазмом в горящих от идеи глазах, отрапортовал Флорин.
А я вам говорил, наш парень не промах, совсем не промах. Молодец, быстро обучается, и может справиться с разного рода техникой. Ну, да ладно, «Цзяолун» начал медленно спускаться в сторону океанского дна, а на большом мониторе отображалась глубина. На данный момент цифры сменялись сотнями, погружение было довольно быстрым. Триста, четыреста, семьсот, и так далее, а через десять минут мы были уже на глубине пяти километров. На мониторе отображалась не только глубина, в батискаф еще был встроен санар нового поколения, и он то и дело выдавал звуковые сигналы, а на экране множество новых точек.
— Что это? — заметила ведьма, глядя на одну из этих точек, приближающихся к батискафу.
Точка двигалась хаотично, но всегда в нашем направлении.
— Флорин, что это может быть? — спросил его я.
— Кит, касатка, акула! Все что угодно, океанское дно все еще не полностью изучено, и неизвестно, с кем или с чем мы можем столкнуться.
— Глубина уже десять тысяч метров! — поставил перед фактом Флорин.
— Снижай скорость, остался километр, осторожно надо, а то рухнем на дно.
Флорин начал останавливать аппарат, вдруг мы почувствовали глухой удар по обшивке глубоководного аппарата.
— Что это? Ребята, что происходит? Мы уже на дне? — паниковала Алина.
Но атаки продолжались, и с периодичностью одного удара в три минуты, нас толкало по океанскому дну нечто.
— Флорин! Здесь есть какое-нибудь оружие? — обратился я к рулевому.
— Насколько я знаю, нет. Тут только механические клешни, которыми подхватывают что-либо.
А удары все продолжались и продолжались, но спустя час все затихло, но начались другие процессы, скрежет дна давил на уши всех участников погружения, и было такое ощущение, что земля разверзлась, открывая портал в одно из самых темных мест во всей вселенной, в ад.
Да это действительно было жутко, но вскоре мы поняли, что эти процессы всего-навсего движение тектонических плит, и то, что под нами открывается проход, туда, где спрятан аметист, тот самый, за которым вела нас загадка оборотня. Нас туда затянула какая-то неведомая сила. Мы спустились еще на четыре километр, и вот достигли самого дна. Движение прекратилось, и все затихло, и только сейчас до меня дошло:
— Интересно! А сколько этот проход будет оставаться открытым?
— Этого в загадке не было, уж извини, Малис. Но нам надо найти камень как можно быстрее, — перебил отче.
— Флорин, здесь есть наружные камеры?
— К сожалению, нет!
— А как мы тогда найдем то, что ищем?
— Я думаю, это не составит труда, посмотрите на монитор, — сказал юнец.
Все оглянулись на чёрно-белый экран, а на экране было следующее. Давление воды не соответствовало глубине пятнадцати километров, а было оно, как будто мы только что погрузились, и составляло всего пятьдесят килопаскалей, как на глубине пяти метров.
Я решил не рисковать командой, и, надевая акваланг со словами «Я пойду один», — вышел через камеру промежуточного шлюза, которая предназначена для выравнивания давления, чтобы вода не хлынула в батискаф, и я уже находился в океане в одном только акваланге.
Глава 11
Глава 11
Уайда Галли!
Только я отплыл от батискафа, как метрах в двадцати увидел очертания старинного корабля, я бы даже сказал больше, старинного пиратского корабля. В надежде что камень где-то на этом судне, я, перебирая ластами на ногах, прибавил скорости, и уже держал направление к нему. Видимо, он затонул очень давно, подумал я, увидев, что весь его корпус был затянут илом и морской тиной.
