Где моя башня, барон?! Том 6 (СИ) - Харченко Сергей

Я выслушал его до конца, затем хищно улыбнулся, окинул довольные рожи ещё пятерых уголовников.

— Есть у меня одна версия… — радостно ответил я.

Кабинет главы СОХ, за пять минут до этого

Гвоздев вновь закрылся, чтобы перекусить. В желудке урчало. Он был пустой с обеда. А тут уже стемнело.

Он бы рад домой отправиться, но столько бумаг навалилось, что ещё на пару часов точно хватит. А откладывать в долгий ящик он не привык.

Только он щёлкнул контейнером, доставая охренительно пахнущий домашний гамбургер, как в углу сгустилась тень.

— Что за нах… — пробормотал он, забывая про еду.

Только он встал из-за стола, как из тени выпрыгнул зелёный уродец. Гвоздев аж отшатнулся с непривычки. Затем приготовился врубить покров, и кинул взгляд в сторону ящика в шкафу, где у него хранились трофейные ножи.

Но зелёная тварь заговорила:

— Я верный друг Авдеева, рассказывал он про меня.

Володька в камере, его подставили конкретно.

Но я убийцу обезвредил. Эта мошонка от коня

Лежит здесь, в коридоре, тельцем неприметным, — прогнусавил… Гоб. Да, так, кажется, Владимир его называл.

Гвоздев быстро оценил ситуацию. Выскочил в коридор, замечая неподвижное тело, накрытое мешковиной. Он перевернул его, и на него выпучился неизвестный мужик со шрамом на лбу.

— Я всё… всё скажу! Да! Да-да! Это я убил Громову, — зарыдал он. — Только уберите от меня эту зелёную тварь!

Гвоздев обернулся в сторону открытой двери в кабинет. Из неё высунулся Гоб и принялся постукивать кинжалами, злобно хихикая.

— Ты признаешься во всём в полицейском участке, — процедил Гвоздев. — Или я отдаю тебя ему.

Он поднял киллера за шкварник и заметил несколько порезов на шее. Гоб провёл с ним предварительную беседу.

— Вот этим ножом я убил. Вот… Вот этим, — вытащил киллер оружие из кармана.

— Ублюдок! А ну, поехали! — зарычал Никитич.

Гоб напоследок подсказал в каком участке заперли Владимира. Гвоздев, оказавшись на плацу, потащил за собой убийцу в сторону гаража.

Роман, его водитель, уже заканчивал смену. Уже успел помыть служебную машину, просушил резиновые коврики и закидывал их в салон. Но он уже заметил их, насторожился, замерев с одним из ковриков и открывая рот от удивления.

— Рома, не тормози! Срочно гоним в участок! Надо этого урода доставить! Быстрей! Чего встал⁈ — рявкнул Никитич, тем самым заставив шевелиться своего подчинённого.

— Да, Егор Никитич, я мигом… А кто это? — оббежал машину Роман и покосился на израненного убийцу.

— Не задавай лишних вопросов! — зарычал Гвоздев. — Иначе поставлю на следующую тренировку, к охотникам.

— Понял, — коротко кивнул Роман и завёл автомобиль, правда, только со второго раза. — Всё понял. Едем.

— А ну, пшёл! — Гвоздев пихнул на заднее сиденье ублюдка, устроился рядом, продолжая держать его за шиворот.

Его так трясло от гнева, что он кое-как сдерживался, чтобы кулаком не размозжить черепушку этого паразита.

— Кто тебя нанял, — процедил Никитич, сверкнув на него единственным глазом. И это сверкание было совсем недобрым знаком.

— Хазаров. Он заплатил аванс, — пробормотал убийца, он выкинул из кармана смятые купюры. — Вот.

— Убери это гавно, — выдавил Гвоздев. — Иначе запихну в твою пасть и заставлю сожрать.

— Да, понял, — коротко ответил киллер, пихая бумажки обратно в карман.

Они добрались до участка за десять минут. Гвоздев вытащил за шиворот трясущегося убийцу, протащил его по асфальту, затем перед крыльцом поднял его рывком и заскочил в участок, минуя дежурку.

— Эй, ты куда, старик⁈ Что происходит⁈ — закричал ему вслед дежурный.

Но Гвоздев тащил убийцу в кабинет следователя. Возможно, кого-то он ещё застанет на работе.

Одна из дверей поддалась, и Никитич рванул её на себя.

— Что вы хотели? — замер на полпути к столу опешивший следак, державший в руках папку с документами.

— Ну-ка, спой птычка, не стыдись, — дёрнул убийцу за шиворот Никитич, и тот аж захрипел. — Выкладывай, придурок!

Я расположился на стуле с высокой спинкой, закинул ноги на стол и тянул крепкий чай. Как его назвал один из этих сидельцев — чифир.

— Ну как вам ответ на загадку? — обратился я к шестерым уголовникам.

Они все стояли в полуприседе, выставив руки вперёд. Каждый из них изображал стул, как мог и уже трясся от напряжения. Ну а рожа у каждого в кровоподтёках и синяках. Немного пришлось их воспитать. Научить манерам, так сказать.

— Ваше Величество, я больш-ш не могу-у, — протянул тот блатной, который и загадал мне загадку.

А насчёт «Ваше Величество» — это я им сказал, чтобы меня так величали.

— Стой и думай над своим поведением. Ты стул, и не можешь разговаривать, — сделал я ещё глоток чифира, а затем услышал, как загремел замок в камерной двери.

— Авдеев! На выход! — гаркнул показавшийся на пороге надзиратель, и я поднялся из-за стола.

— Ох ты ж ё, — выдавил полицейский, уставившись на шестерых подопытных. — Что здесь происходит?

— Они решили гимнастикой заняться, — улыбнулся я, направляясь к выходу. — Укрепляют нижнюю чакру, так сказать, — затем я махнул всем рукой, — Благодарю всех за гостеприимство. Отбой!

Все повалились на пол, вздыхая от облегчения.

В коридоре меня встретил Гвоздев.

— Никитич! Рад тебя видеть! Значит, у моего помощника всё получилось! — воскликнул я, пожимая ему руку.

— Да, с тебя обвинения сняты. Убийца найден, — ухмыльнулся Гвоздев. — Пойдём в машину.

— Рано в машину. Для начала нужно расписаться в паре документов, — сообщил полицейский. — А уж потом я вас отпущу.

— И здесь эти чёртовы бумажки, — проворчал Гвоздев. — Только побыстрей. Мы очень спешим.

— Все спешат. У меня вон тоже день рабочий закончен. А вы мне работы прибавили, — пожаловался полицай.

Мы зашли в кабинет, где сидел сгорбившийся убийца, прикованный к специальному поручню. Он лишь мельком взглянул в мою сторону. А мне стоило больших сил, чтобы не кинуться в его сторону и не разорвать на части. Но ему и так досталось, судя по затравленному, испуганному взгляду. Вон, сидит, трясётся, вытирает кровь, выступающую из мелких ран на лице. Что с ним Гоб делал, оставалось только догадываться.

'Отправил его в пасть Зилота

Астрального мозго-проглота.

Затем закинул в клетку к слизням

И он уже прощался с жизнью' — довольно подметил зеленомордый.

А затем гоблин добавил, что это были лишь иллюзии. Он просто погрузил его в тень, а остальное создать было делом техники. Хотя гоблин не выдержал и в процессе — для правдоподобности, конечно — слеганца потыкал убийцу кинжалами. И почти истощился, тратясь на иллюзии. Но это того стоило.

Мы расписались так, где надо, затем с Гвоздевым вышли из участка. На улице я заметил и чёрную «Победу». Жига тоже успел подъехать. Завидев меня, он радостно вскрикнул, махнув рукой.

— Мне нужно с тобой поговорить, Владимир, — пристально взглянул на меня Никитич.

— Давай в моей машине прокатимся, отпускай своего водителя, — предложил я.

— Ну а что, давай, — ухмыльнулся Гвоздев. — Я на таких давно не ездил.

Когда мы устроились на заднем сиденьи, Гвоздев тяжело вздохнул:

— Опять ты нашёл себе приключение на одно место. Ты ведь уже понял, что Хазаров это не все твои авторитеты, которых ты завалил в своё время. Этот подонок расчётлив.

— Да я знаю, Никитич, дожмём ублюдка, — улыбнулся я.

— Ты опять меня не слушаешь, — рявкнул Гвоздев. — Он настолько хитрожопый, что сейчас как угорь на сковородке извивается, чтоб тебе отомстить. И сразу скажу — я не всесилен. Вот против него точно. Заварил кашу — вот сам и выкручивайся.

— Но ты ж мне помог, верно? — прищурился я.

— Верно. Потому что не мог не помочь, — Гвоздев кинул напряжённый взгляд в сторону Жиги, крутящего баранку и напевающего под нос песню, играющую из колонок.