Истинное проклятье для дракона (СИ) - Герр Ольга

— Подашь мне полотно? Хочу вытереться.

От звука моего голоса драконьер вздрогнул и отмер. Ура, он живой! Даже поднял полотенце и протянул мне, но я не могла позволить, чтобы все закончилось настолько банально. Завернуться в кусок ткани и уйти? Ну уж нет! Зря я, что ли, расхаживала голой.

Так что я оступилась. Абсолютно случайно. А что, камни скользкие. Но упала я не на них, а прямиком в мужские объятия. К счастью, реакция у Смерча что надо, он меня поддержал, не дав свалиться и разбить нос.

А что мне было делать, кричать: «Возьми меня!»? Я и так уже всячески дала понять, что не против. Не знаю, что нужно этому непрошибаемому драконьеру! Еще немного — и все будет выглядеть так, словно я применяю насилие.

На Смерче не было рубашки, и прикосновение к его разгоряченной коже отозвалось сладким спазмом внизу моего живота. Он тоже не остался равнодушным. Я ощутила это по короткому, судорожному вздоху. Ему будто не хватало воздуха. Крылья его носа подрагивали, от лица отхлынула кровь. Я надеялась, она устремилась туда, куда мне надо.

Я не стала извиняться за свою неуклюжесть. По-моему, нам обоим очевидно, что случайность не была случайной. А если кто-то этого не понял, то он явно тугодум.

Я запрокинула голову, чтобы заглянуть Смерчу в лицо. Надеюсь, мне не придется его целовать. Должен же он хоть что-то сделать сам!

И он сделал. Рвано вздохнул с каким-то болезненным отчаянием, словно сдаваясь на милость победителя, протянул руку и коснулся моего лица. Провел по щеке, очертил скулу.

Затем место пальцев заняли губы. Осторожный поцелуй. Движение языка. Влажное и порочное. К первой присоединилась вторая рука, но ниже. Коснулась невесомо живота и опустилась. Я порывисто выдохнула, когда мужские пальцы скользнули между моих ног. Тело стало невероятно чувствительным, кожу аж покалывало от напряжения.

Оторвавшись от губ, Смерч проложил дорожку из поцелуев по моей щеке. При этом он не переставал высекать искры из моего тела. Каждое движение его пальцев доставляло нереальное удовольствие. Я едва сдерживала… нет, даже не стон. Крик! Он хрипом клокотал в горле. Еще немного — и сорвусь. Но не раньше, чем пальцы Смерча закончат свой танец на самой чувствительной точке моего тела.

А затем возле уха раздался шепот:

— Это ты рыскала в моем рюкзаке?

Мне было так хорошо, что я даже не вникла в суть вопроса, а просто кивнула. Я бы рассказала Смерчу все, что он пожелал узнать. Только, умоляю, пусть не останавливается.

В следующий миг я все-таки вскрикнула, и эхо пещеры подхватило мой голос. Но кричала я не от наслаждения, а от горького разочарования. Смерч убрал руку! Затем он сделал шаг назад, а на мои плечи лег обрывок ткани.

От обиды и досады на глазах выступили слезы, и я часто заморгала. Великие скалы, что на него нашло? Хорошо же было. Мне уж точно.

— Что ты делаешь? — спросила я и удивилась, насколько хрипло прозвучал мой голос.

— Даю тебе полотно, как ты и просила, — пожал он плечами.

Такой спокойный, равнодушный… даже не верится. Как это у него получается? Он же хочет меня, я знаю. Должен хотеть! Еще пару дней назад точно хотел…

— Но мы… я думала… — я не могла подобрать слов, чтобы выразить всю бездну своего разочарования.

Нельзя же так, в самом деле! Сначала пообещать, а потом не дать. Низ живота ныл, требуя продолжения и разрядки. В конце концов, это жестоко.

— Теперь я достаточно хорош для тебя, магисса? — горько усмехнулся Смерч.

Он понял. Догадался обо всем, как и я недавно. Поэтому остановился?

— Не хочу, чтобы мной пользовались словно вещью, — заявил он. — Кто я для тебя, ключик, открывающий дверь к твоей магии? Поищи другой.

— К моему замку подходишь только ты! — в отчаянии призналась я.

— Это вряд ли. Есть еще Маркус.

Когда он произнес это имя, я вздрогнула. Скрывать правду не имело смысла, и я сказала:

— Он хочет моей смерти.

— Тогда ты обратилась за помощью не к тому. Моей смерти Маркус хочет еще сильнее.

— Но вместе мы могли бы…

— Нет никаких «мы», — резко перебил Смерч. Или правильнее сказать, Дрэйк. — Я выполнил свою часть сделки — отвел тебя к Небу. На этом все, наши пути расходятся.

Подхватив намокшую от пара одежду, Смерч пошел к выходу. Я не могла позволить ему уйти вот так и крикнула вслед:

— От этого зависит жизнь моих родных! Помоги мне их спасти!

— Я давал тебе шанс, — ответил он, не оборачиваясь.

Шанс⁈ Тот поцелуй над обрывом был моим шансом? Высокие скалы, как я должна была догадаться, что это он? Или это было для него важно — чтобы я отдалась драконьеру Смерчу, сама, по желанию, а не берегла себя для Дрэйка Глостера? Смерч хотел доказательств, что мне нужен он, а не инициация.

Неужели он не понимает, что я не могу рисковать? Никакие чувства не оправдают потерю магии. Хотя сегодня именно Смерч заставил меня в этом усомниться.

Нельзя было сдаваться, и я попыталась достучаться до драконьера, пока он не ушел:

— Маркус сбросил меня с башни моего собственного Замка в нашу брачную ночь!

Смерч споткнулся на ровном месте, но не остановился. Разве что немного замедлился. Я сочла это хорошим знаком. Он меня слушает, надо продолжать.

— Все так, Дрэйк, — я впервые назвала его настоящим именем. — Твой брат хочет избавиться от меня и отобрать все, что мне принадлежит. Поэтому я сбежала и искала тебя.

Смерч все-таки остановился, но не обернулся.

— Сомневаюсь, — произнес он. — Маркус, конечно, не подарок, но в нашей семье всего одно чудовище. Я.

— Мои родные еле спаслись, — гнула я свое. — Они прячутся на Дне. Я — их последняя надежда на выживание. Мне необходимо распечатать магию, вернуться и спасти их!

— Почему я должен верить тебе на слово? — Смерч резко повернулся ко мне. — Может, это ты пыталась убить Маркуса? Но не вышло. И магия тебе нужна, чтобы окончательно его уничтожить.

Я вздрогнула. Такого поворота разговора точно не ожидала. Но Смерча можно понять. Маркус — его брат, а я ему никто. Впрочем, у меня есть веский аргумент в свою защиту.

— Подумай вот о чем, — сказала я, — какая магисса откажется распечатывать магию и сбежит от мужа?

Смерч прикрыл глаза и тряхнул головой, словно отрицая собственные мысли. Мои слова дали ему повод для неприятных раздумий. Его плечи опустились под весом моих аргументов.

В конце концов, он, открыв веки, нехотя произнес:

— Я должен подумать, — а после развернулся и ушел.

Невыносимый! Сколько он будет думать? У меня нет времени на его сомнения! Порой мне кажется, что мужчины нарочно не спешат распечатывать женский дар, чтобы наш род вовсе исчез. И тогда мир будет принадлежать только им.

Как он вообще мог так со мной поступить? Собственно, так же, как и я с ним…

Глава 21

Путь вниз

Меньше всего Смерч ожидал встретить у источника магиссу. Обнаженную! Он бы не так удивился, будь там дракон. А тот факт, что девушка ждала именно его, вовсе не укладывался в голове.

Передумала, вот так резко? Поняла, кого потеряла? Верилось с трудом… Ему бы сосредоточиться на этой мысли, обдумать ее, как следует. Но Вихрь встала из воды, абсолютно нагая, и мыслительный процесс прервался.

Хороша! И знает об этом. Вот такая, какая есть. С распущенными волосами, влажными ресницами и каплями воды на коже. Надо бы отвернуться, соблюсти приличия, но на нее нереально не смотреть. Это какой-то особый вид мазохизма. Накрывает волной, пронзительно и остро, и кажется, что тонешь, потому что не вздохнуть. Только сердце молотом стучит в виски.

Высокая грудь, тонкая талия и ноги такие длинные, что это почти преступление. Невозможно не фантазировать, как они обхватывают его бедра. Картинка так и стоит перед глазами, сколько ее не гони.

Магисса подошла ближе. Каждый ее шаг — испытание для выдержки Смерча. Где ее столько взять? Она закончилась еще в тот момент, когда Вихрь поднялась из воды. Вообще непонятно, на чем Смерч еще держится.