Мужья для бесчестной леди (СИ) - Морес Мила

Возбуждённый муж провёл по моим ягодицам, окунулся во влажную дырочку, несколько раз подёргал внутри пальцем. Я расслабилась и настроилась на нежное погружение, но вместо этого услышала шлепок, и только после звука кожу обожгло.

- Непослушная мисс Дайлиш, - бормочет Тиалт.

- М-м-м… Она всё-таки тебя заводит, - посмеиваюсь и снова получаю шлепок.

- Эта попка, эти сисечки – всё меня заводит. Но характер у тебя, конечно, лучше. А после наказаний станет совсем шелковым. Да, киса? – снова шлепок по ягодице, и я вскрикиваю.

- Полегче, - грубо осаждает Ризар.

- Тебе больно, Лесси? – обеспокоенно спрашивает Тиалт.

- Продолжай, пожалуйста.

Снова шлепок, но на этот раз чуть мягче. Пальцы бредут по всем моим отверстиям. Слегка проникают, дразнят и строят новый маршрут. Добираются до сосков, и в этот же момент член трётся об мои распахнутые створки.

Соски млеют между ласковыми и напористыми пальцами, вагина жаждет проникновения, и я помахиваю попкой, пытаясь насадиться на член.

- Нетерпеливая, - хрипло бормочет Ризар, и я только сейчас понимаю, что он уже не купается, лежит рядом на кушетке, наблюдает, что делает Тиалт, и плавно водит по члену.

Младший, наконец, покончил с истязанием нас обоих. Грубо вставил сзади. Теперь вместо шлепков ладонью, он шлёпает меня своими бёдрами. Член спешно разогревает внутри смазку, мельтешит, не оставляя попытки вскрикнуть. Проникновения слишком резкие и быстрые, и я просто рычу. Хочется постучать руками обо что-то, но они плотно привязаны, и я дёргаюсь, словно пытаюсь вырваться.

- Больно? – Тиалт приостановился. – Отвязать?

- Нет, - хриплю, - продолжай, пожалуйста…

Муж разгоняется, звонко стонет и заглушает мои невнятные то ли мольбы, то ли проклятия. Мне хочется, чтобы этот дикий секс длился как можно дольше, но оргазм не задерживается. Подкатывает к низу живота, стреляет вниз, и я начинаю дёргаться. Внутри всё сжимается, подрагивает. Вагина пытается задержать внутри член Тиалта, чтобы он обязательно излился в меня. Но мой страстный юнец-муж со стоном-терзанием выскальзывает и кончает на мою поясницу.

- Чёрт возьми… Да ты хорош, студент, - возбуждённо отзывается Ризар. – Лесси, ты в порядке? – склоняется ко мне, заглядывает в опущенное лицо.

- Да…

- Чудесно.

Пристраивается сзади и вставляет рывком. Я вяло подёргиваюсь на привязанных руках, а Ризар раскачивает меня, неустанно вколачиваясь в разгорячённое лоно.

Шлепок по ягодице добавляет остроты, и я снова неистово кончаю. Кричу и стремлюсь извиваться, как змея, но не получается. Ризар цепко фиксирует, продолжает вставлять напористыми рывками.

Мне достаточно удовольствия, но моё тело продолжают пошло использовать. И это странным образом мне нравится. Под первобытной дикостью и звериной страстью ничего не прячется. Сейчас мы такие, какими всегда были внутри. Похоть пробралась наружу, оголив нас и показав настоящими. Мы без комплексов и без рамок. Мы свободны от правил и чужого мнения. Мы идеально сочетаемы. А значит, я на своём месте.

Глава 25

Глава 25

- Точно всё в порядке, Лесси? Мы не перегнули в купальне?

Тиалт обеспокоен весь вечер. Чувствует себя виноватым и обещает, что больше в наказания играть мы не будем, а я уговариваю его изредка такое повторять. Мне понравилось даже связывание. Возникли, правда, вопросы, где мой младший муж такому научился, но он заверил, что это была чистая импровизация.

- Всё было прекрасно, - заверяю обоих мужей.

Они тискают меня на диване в гостиной. Мы облюбовали это место. Теперь часто проводим здесь вечера. Вот и сейчас совмещаем приятное с полезным. Нежимся и накидываем варианты, что делать с амулетом.

- Здесь было написано, что для завершения ритуала амулет нужно уничтожить, - говорит Тиалт, – но что подразумевается под завершением, не уточняется. А что, если Элесия тоже не хочет возвращаться, поэтому приходит к тебе во сне? Может, она хочет уничтожить амулет, чтобы остаться там?

- Хм… Интересная мысль. Мы с такой стороны не думали.

- Да ну, - отмахиваюсь. – Чтобы она захотела остаться в мире, где нет магии, в моём уродском теле. Зачем? Здесь всё идеально, а там…

Тяжело вздыхаю, поднимаюсь с дивана и бесцельно брожу по гостиной. Насиделась я уже. Хочется движения. К тому же так легче думается.

Беру в руки синюю книгу, снова листаю, хотя я уже, кажется, знаю её наизусть. Ничего нового, никаких ответов.

- Что-то упало, - Тиалт поднял листок, передал мне не глядя.

Разворачиваю, без интереса читаю. Язык непонятный. Смесь латыни и арабского. Попробуй прочти эти завитушки.

- Стоп, - бегу глазами по строкам, достаю из кармана колокольчик. – Здесь одинаковые символы. - Mori et renascentis… - читаю непонятные строки.

- Нет, Лесси! – Тиалт подскочил ко мне, обхватил двумя руками. – Не читай это! Не читай!

- А что это? – спрашиваю и не слышу собственного голоса, как и не слышу ответа.

Я ныряю в вязкое нечто, и оно засасывает меня, крутит в водовороте, стирает бушующие эмоции. С болью, как от неожиданного удара, приходит осознание, что начался обратный обмен.

Слишком просто… Всё слишком просто… Я лишь прочитала написанный Элесией текст. Это не может быть возвратным билетом.

С криком выныриваю в жизнь и обнаруживаю себя стоящей перед аудиторией студентов. Все смотрят на меня чуть ошарашено, по нахмуренным выражениям понимаю, что я реально кричала. Студенты делают вид, что ничего особенного не произошло, хотя и перешёптываются между собой.

- Простите, - схожу с трибуны и едва не падаю, потому что тело отказывается меня слушаться.

Присаживаюсь на ступеньку, вытягиваю ноги в алых колготах.

«Что за странный наряд?» - думаю невпопад.

- С вами всё в порядке? – староста группы подходит, подаёт мне необычную пластиковую бутылку. – Это вода. Вызвать помощь?

- Нет, - выдавливаю хрип. – Посидите остаток пары спокойно, а потом расходитесь, - говорю и прикрываю голову руками.

- Пять минут осталось. Может, мы пойдём? Вам точно не нужна помощь?

- Идите.

Когда в аудитории Олеся Пенькова остаётся одна, она горько рыдает. А я, тихо присутствуя в её теле, убиваюсь от отчаянья и бессилия.

- Чёртова надпись… Чёртов амулет…

Сейчас немного посижу, поплачу, усну, как всегда, бывает после эмоционального потрясения, а потом проснусь в своей постели между двумя мужчинами. Они нежно обнимут меня, зацелуют и наговорят комплиментов. А потом мой младший муж как бы невзначай погладит меня по попке и спросит:

- Не хочешь расслабиться перед парами? У нас же общая лекция. Если я сейчас не кончу, просижу всю пару со стояком.

- Давай по-быстрому, - подставляю попку, лёжа на боку, и мой прекрасный муж усердно доводит нас до оргазма. А после него подходит суровый ректор и искушает непристойным предложением:

- Зайдёшь ко мне после пар? Отымею тебя на ректорском столе.

Раскрываю глаза, но ничего не меняется. Рядом со мной нет сексапильных мужчин. Окружающая обстановка кажется театром, в который я забрела случайно. И эти ноги в красных колготках… Чудно. Но ещё больше удивляют туфли. В них сочетаются пятисантиметровая платформа и пятнадцатисантиметровый каблук.

Пытаюсь в них встать на ноги и понимаю, что я только что едва не упала как раз из-за этих туфель, а не от шрамов, которые всегда затрудняли мои движения.

С пятой попытки поднимаюсь, качаюсь, и мир пошатывается вместе со мной. Тело вспоминает, что я умею ходить в этих чудовищных туфлях, и я иду, хватаю сумку, закидываю на плечо.

В коридоре академии теряюсь от звуков, экранов и вспышек. Слишком много бело-синих деталей. Они рассеивают внимание, и я верчу головой в стороны.

- Платформа тридцать пять, - звучит милый голосок, но я точно знаю, что он принадлежит не девушке, а роботу. – Лэра Олли-Эс, желаете спуститься? Ваш эхскар ожидает у входа.

Вхожу в стеклянный лифт, и он стремительно падает, но летит не по прямой, а виляет в воздухе, расходится в другими стеклянными шарами, в которых стоят жутко странные люди. Только они стоят ровно, а я прижимаюсь к стенкам.