Часовой: воин Ордена (СИ) - Шторм Максим

Весь вид огромного командира Часовых выражал разочарование. Но он не мог не признать правоту Рогволда.

— Хорошо, идём дальше. Дойдем до так насторожившего тебя места, а там посмотрим.

Я всю дорогу молчал. Не проронил ни слова и теперь. А затем меж моих лопаток словно вспыхнул костёр. Я чуть не вскрикнул от неожиданности. Родовой символ. Началось!

Глава 16

Уж не знаю, каким образом и благодаря каким внутренним ресурсам и силам, но Рогволд оказался на удивление прозорлив. Наш колдун практически слово в слово обрисовал то, что мы увидели сами, своими глазами, спустя некоторое время.

Туннель продолжал тянуться бесконечной, почти идеально прямой линией. Все те же каменистые, сменившие уплотнённую землю, словно пробуренные стены, тот же запах болота. Оказавшись на определённой глубине под землей, ниже он не опускался, а вёл всё дальше, в чёрную пустоту. И наконец впереди забрезжил робкий, серый свет, едва-едва разгоняя угнездившийся перед нами мрак.

Мы невольно замедлили шаг. Я всё поражался, с какой грацией, очень тихо двигался исполинский командир Часовых. Кречет словно парил над землёй, не касаясь её подошвами сапог.

Туннель не расширился. Он просто резко заканчивался. Таким же огромным круглым жерлом, выведя нас в огромную по площади, но не очень высокую пещеру. Я ожидал увидеть выходящие сюда остальные туннели. Но видимо, они так и не пересекались на всём пути следования. Что самое любопытное, туннель продолжался на противоположном конце пещеры, уходя далее под толстым многотонным слоем земли и камня.

Мы замерли на выходе из каменной кишки, поражённо уставившись на то, что нам открылось. Здесь, в этой пещере, почему-то было намного светлее, чем должно быть под землёй, словно откуда-то сверху через трещины в поверхности сюда проникал дневной свет. Но это было невозможно. Значит, источник освещения был сокрыт в чём-то другом. И только присмотревшись, я понял, что приглушенным сероватым маревом, имитирующим хмурый летний день, мерцал покрывающий потолок и стены пещеры флуоресцентный мох. Скорее всего эта пещера была естественного происхождения. Просто так удобно оказавшись на пути искусственно прорубленного гигантского туннеля.

Но не сколько пещера, оказавшаяся перед нами, нас поразила. Пещера и пещера. Мы во все глаза уставились на то, что находилось в её центре.

Сама пещера была рванной, яйцевидной формы, с покатыми стенами и смыкающимся над головой потолком. А вот пол был ровным, очищенным от лишних сколов и камней. Можно сказать, вылизанный до состояния ровной гладкой площадки. И почти всю его поверхность покрывал очень странный, удивительный рисунок. Лично мне своими завитушками, загогулинами, ломаными линиями он напоминал гротескный лабиринт, в котором не было ни входа ни выхода. Если бы мы находились выше, картина открылась бы более полная. Возможно, мы бы увидели некое оконченное сформированное изображение, с определённым смыслом. Что это? Колдовской знак, магические руны, рисунок сумасшедшего?

Самое жуткое заключалось в том, что все линии, все изгибы и повороты этой непонятной напольной писанины были выложены костями. Мой Родовой Знак последние минуты ел меня просто поедом, а сейчас отчего-то затих, будто устрашившись увиденного мною. Сотни, тысячи костей составляли эту богомерзкую мазню. Маленькие и большие, от берцовых до позвонков и фаланг, через определённые участки перемежающиеся оскаленными черепами. И все эти тысячи костей и сотни черепов определённо были человеческими. Натёртыми, словно отполированными, без единого клочка плоти или волос. Жуткая, повергающая в ужас, отвратительная картина. Сколько же людей было убито, чтобы создать эту огромную костяную панораму?

Рогволд стянул капюшон с лысой головы и приложил ладони к вискам, не снимая перчаток. Он крепко зажмурил глаза и застыл. Мы с Кречетом потрясенно продолжали смотреть перед собой. Да сдохни я на месте, если это не чудовищная пентаграмма для вызова каких-то демонических сил! Но какое отношение оно может иметь к копаемому на выходе из туннелей огромному котловану? Как они могут быть связаны — эта пещера с жутким рисунком из человеческих костей, туннели и огромная яма?

Я с надеждой посмотрел на убравшего руки от головы чародея. Возможно, Рогволд сможет что-нибудь прояснить.

— Во имя всех старых богов нашего мира, да простит меня Единый, — помертвевшим голосом прошептал Кречет, — что это такое?

— Это заклинание, — глухо ответил колдун, кусая губы. — Страшное и невероятно мощное. Пропитанное тьмой и наполненное силой принесённых в жертвы людей. Сотворённое из костей умерших, оно имеет невероятную силу. Способно в таком состоянии находится хоть столетие и ничуть не утратить своей изначальной мощи. Оно не теряет энергию, не распадается. Оно сработает, как самые точные часы, именно тогда, когда будет необходимо.

— Ты хочешь сказать, что, возможно, этот рисунок тут уже давно?

Рогволд кивнул и тихо сказал:

— Кости явно не свежие. И я с трудом чую боль и ужас, последствия жуткой смерти тех, кого убили для этой цели. Кажется, мы стали свидетелями того, о чём и не догадывались. Нечисть уже давно и упорно что-то готовит. Кто знает, если бы мы пошли другим тоннелем, то на чтобы наткнулись?

Я, поёжившись, спросил, стараясь, чтобы мой голос не разнёсся по пещере:

— А вы можете сказать, что именно это за магия? Для чего этот лабиринт?

— Лабиринт? — хмыкнул Рогволд, как будто под новым углом посмотрев на кошмарный костяной рисунок. — Что-то есть, любопытно… Не применив магию, я не могу сказать, на что нацелено эта заклинание. А если я применю, то об этом узнает вся окрестная нечисть, способная чуять всплески магической силы. Нам очень мало известно о тёмной волшбе Ведьм и их присных. Очень сложно судить о том, в чём плохо разбираешься. Но одно я могу сказать точно — это не портал и не руны для призыва демонических сил. Это именно что спящее и ждущее своего часа заклинание. Очень сильное, могучее и полное колоссальной энергии.

Кречет медленно водил головой из стороны в строну, пытаясь охватить весь огромный костяной рисунок разом. Пещера так же пропахла сыростью и болотом, но и здесь пол был сухим. Мерцание светящегося мха не позволяло рассмотреть, что было в продолжающимся за кошмарным рисунком туннеле. Но я подозревал, что то же самое, что и в том, из которого мы вышли — голые пробуренные стены. И теперь вставал вопрос — что делать дальше. Рогволд прав, вряд ли мы увидим в продолжении бесконечного туннеля что-то ещё. А если он действительно тянется до самого Ярограда…

— Кто же прорыл все эти туннели, — задумчиво, ни к кому не обращаясь, пробормотал капитан. — Я вспоминаю некоторые из старых карт… И тот вояж, когда Яроград был виден без подзорной трубы. Мы тогда подошли очень близко, настолько, насколько было возможно. Это был наш самый глубокий воздушный разведывательный рейд в глубь оскверненных земель. И если я не ошибаюсь, где-то неподалеку от того места, где мы сейчас находимся, должны быть старые заброшенные штольни. Огромный карьер в земле.

— Хочешь сказать, что все туннели ведут к нему, и у каждого на пути есть пещера с подобным этому спящим заклинанием? — скептически изогнул бровь колдун, вновь накидывая на голову капюшон.

Кречет, словно приняв какое-то внутреннее решение, мрачно сверкнул глазами:

— Используй магию, Рогволд. Проверь этот дерьмовый, как там сказал Бестужев, лабиринт всеми возможными способами. Но ты должен мне сказать, что это за заклинание и для чего оно тут.

Опешивший чародей неверяще посмотрел на командира.

— Ушам своим не верю. Ты хоть понимаешь, о чем просишь, Ярослав? Да стоит мне только направить на этот рисунок магическое око, как…

— Я не прошу, Рогволд, — угрюмо покачал головой Кречет. — Я приказываю. Я хочу знать, что мы видим. Всю ответственность беру на себя.

— И за наши жизни? — вскинулся колдун. Он едва слышно прошипел: — Капитан, ты же понимаешь, что нам всем грозит?..