Где моя башня, барон?! Том 5 (СИ) - Харченко Сергей

Это мне не нравится, всё больше и больше. Возникает угроза того, что кто-то на последних уровнях нападёт, убирая тем самым с дороги конкурентов. Но это потом. Следующие два этажа можно не переживать. Иным невыгодно убивать тех, кто помогает в бою. Хотя есть вероятность, что кто-то попросту выйдет из-под контроля, окончательно обращаясь в монстра. Поэтому я буду следить за этим стадом.

— Владимир! Смотри, куда этот идиот пошёл! — услышал я крик Буяна.

Наёмник лежал на спине, примороженный к полу, и показывал в сторону голограммы. А к ней уже тянул свою культяпку Юсупов-мать его-младший! И взгляд его так мерцал от счастья, будто сейчас он сразу станет богом.

Я кинулся вперёд, но княжич выставил руку. И передо мной возникла ледяная стена.

— Не делай этого, Виталя! Не смей! Это яд! — закричал я.

— Это для тебя яд, Владимир. Я справлюсь, — оскалился Юсупов. — Не лезь в мои дела!

— Ты изменишься, придурок! Как же ты не поймёшь⁈ — я ударил Пожирателем в стену. Меч прорубил лёд, но в то же время застрял в нём.

— Возможно, мне это и нужно, — хохотнул княжич, и я заметил очень нездоровый блеск в его глазах. Точно так же блестели зрачки у главного дирижёра.

Глава 8

Молниеносные мысли пронеслись в моей голове, словно стадо раздраконенных бизонов.

Я, Буян и Юсупов были ближе всех к главному дирижёру. Стало быть он попытался передать часть своей сущности кому-то из нас, или переселиться полностью.

Я невосприимчив к менталке. Буян вон, уже что-то принял, судя по трясучке, увеличенным зрачкам и заляпанной чем-то зелёным рубашке.

Сумоист стоял дальше, и, судя по всему, ему хоть бы хны. Значит, под удар попали только мы трое. И в мозг Юсупова всё-таки влезла эта тварь. Надо спасать его, пока не поздно.

Я кинулся к магу, расталкивая возмущающихся. Вот задел одного из иных, и услышал шипение в ответ. Ну прекрасно, скоро вы все трансформируетесь настолько, что отличить от монстров будет трудно. Идиоты!

Раз уже непроизвольно реагируют как нелюди, значит, самое весёлое впереди. Башня не пощадит никого из любителей халявной силы. Теперь я убедился в этом.

— Назад! — рявкнул я, дёрнув Юсупова за шиворот и оттаскивая от голограммы.

Затем я подсёк зарычавшего княжича. Причём рычал он конкретно, будто и не человек вовсе.

Буян подскочил ко мне. Он сразу понял, что надо помочь. Только не понимал, как это сделать.

— Дай то же зелье, что принял недавно, — протянул я руку. — Быстрее!

— Оно одно осталось, — замялся наёмник. — Ещё впереди…

— Потеряем княжича, а он может ещё помочь, — выпалил я последний довод, к которому Буян может прислушаться.

И наёмник прислушался. Протянул мне пузырёк с зелёной мутноватой жидкостью. Внутри что-то плавало ещё, вроде чёрных семян. Но когда каждая секунда на счету, не до изучений и вопросов.

— Пей, засранец! — зарычал я, пытаясь разжать его челюсти.

Радужка глаз княжича то светилась жёлтым маревом, то наоборот принимала естественный, серо-голубой цвет. Он боролся. Явно боролся за свою жизнь. Ну а мы ему поможем.

— Ты сдуре-ел⁈ — покраснел княжич, открывая рот. — Да я тебя… аглрл-л!..

Я влил всё, что было в стекляшке в его пасть. И заметил, что из уха княжича потянулась струйка жёлтой энергии. Она впиталась в каменную кладку на полу, бесследно исчезая.

Юсупов дёрнулся, отпихнул меня, вскочил на ноги. Принялся затравленно оглядываться.

— Ещё скажи, что ты снова нихрена не помнишь, — оскалился я.

— Не помню, — опустил взгляд княжич, в тот же миг успокоившись. Затем он ссутулился, виновато потупил взгляд. — Когда сформировал ступени… А потом всё будто в жёлтом тумане. И вроде мне было хорошо. Будто скоро произошло бы нечто важное.

Что случилось бы, если б он коснулся голограммы и принял силу некросимфоника? Армия вновь ожила бы и накинулась на нас с новыми силами? Возможно. А может быть сам Юсупов превратился бы в монстра. Оставалось лишь гадать. Что я делать совсем не привык.

— Скажи спасибо теперь ему, — показал я на подошедшего Буяна. — Он спас твою шкуру.

— Сп-пасибо, — выдавил растерянно княжич, затем подумал и протянул руку.

Теперь настала очередь Буяна делать паузу. Он подумал и нехотя пожал её. Было видно, что он терпеть не мог Юсупова. И на то явно были веские причины. По крайней мере он уже показал себя, как размазня.

Я оглядел поле боя. Ещё двадцать тел, раскромсанных мечами, истыканных копьями и кинжалами. Досталось и одному магу, который попался под удар чьего-то меча. Он был разрублен, от плеча до пояса. И не помогли ему ни его барьеры, ни сумка, из которой выпали раздавленные чужими сапогами склянки. Насчёт барьеров — я чувствовал их следы. Сродни лёгкой дымке после костра, только дымка эта ещё и поблёскивала.

Да уж, удары зачарованного оружия были очень мощными и беспощадными. И нас стало шестьдесят, из которых тридцать иных. Вообще прекрасно. Скоро будет ещё веселей. Начнётся драчка между группировками?

Впереди вновь появилась дверь. Теперь уже на этаж четвёртый. И она была оранжевой. Мы прошли внутрь и оказались окружены каменными людьми. Иначе и не скажешь.

Если бы не равномерный хоть и блеклый свет, исходящий от мшистых гирлянд на потолке, ни черта бы не увидели.

А тут каменные истуканы, вырезанные из камня. На полголовы выше меня. Суровые бородатые лица. Все как один с щитами, копьями и в остроконечных шлемах. И что удивительно на их телах были вырезаны циферблаты часов. Это настолько не вязалось с воинами, настолько выглядело абсурдным, что я даже хмыкнул, а княжич вновь принялся галдеть, закидывая пустыми вопросами.

'В оранжевой комнате часовщики

Ждут вас, чтоб выпустить быстро кишки' — гласила ожидающая нас надпись в воздухе.

— В общем так… — начал я, когда рядом со мной очутились Буян и всё ещё приходящий в себя Юсупов-младший.

И вновь башня не дала времени на передышку. Часы на ближайшем истукане ожили. Стрелки на них закрутились.

— Что это за херня? — на этот раз Юсупов не стал подходить вплотную, но остановился в метре от каменного воина.

В толпе загалдели. Значит и у них происходит тоже самое. Внезапно часы остановились и тихо зазвенели, словно крохотные будильники.

— Ну-ка, назад, Сиятельство, твою мать нехай! — оттащил Буян княжича в сторону.

Воин сдвинулся с места, становясь пластичным, ускорился.

— Тик-так… Тик-так! Время вышло! — загремел он, а затем эхом повторили и остальные. Забавно, но и глаза воина ожили, но начали вращаться.

Из рук выскочили когти и уже кого-то нанизали, судя по крикам боли. Послышались звуки боя — заклинания, способности иных, крики, шум, гам.

Вычислить слабое место часовщиков было несложно. Срубаешь башку и существо рассыпается. Так мы с Буяном на пару расхреначили истуканов пятьдесят не меньше. Хотя и Юсупов включился в битву.

В стороне молотил своим огненным мечом сумоист, а трое выживших телохранителей умело ставили барьеры, защищая своего хозяина.

Иные справлялись получше не принявших дары башни. Из них никто не пострадал. А вот очередные восемь наёмников отправились на тот свет.

Что ж, обычных двенадцать, включая нас и тридцать иных. И эти засранцы уже враждебно посматривали в нашу сторону. Ну пусть только сунутся, я им устрою кровавую баню. Щупальца их и когти эти сраные — которые они, кстати, всей дружной компанией сейчас приобретают у зависшей голограммы — в задницы им запихаю и ещё танцевать вприсядку заставлю. Да и Гоб уже измаялся. Но я его оставлю на крайний случай. Пусть экономит силы.

На пятом этаже, в красной комнате, на нас напали пять кровавых ведьм. Старые карги с искажёнными лицами, в красных изодранных платьях с рунами.

Обладает магией крови. В руках — артефакт вроде раструба, выбрасывающий кровь. Они затуманивали рассудок некой пыльцой, а затем плескались лучами из ладоней, которые заставляли закипать кровь. Но Гоб тут очень сильно помог. Я не понимал, что показывает компас. То вправо крутился, то влево. В итоге Гобби, прыгая по теням, нашёл два фолианта, скрытых в углах.