После теории в расписании сразу стояла практика. Такое бывает нечасто, но сегодня магистр Зенчи приболел, и его предмет заменили боевой магией, тем более что совместно она должна была быть с третьекурсниками. Обычно нас ставили с пятикурсниками на практических занятиях, но преподаватель счёл, что и третьего курса будет достаточно. И вскоре я поняла почему. Обычно на данном предмете «угрозу» нам создают пятикурсники, а мы строем щиты и отбиваемся. Сегодняшнее занятие проходило иначе: мы просто учились строить щиты по схемам, которые часом ранее составили в аудитории, а ребята со старшего курса следили за правильностью построения и, если где-то что-то шло не так, сразу указывали на это. Было очень интересно, третьекурсники сами создавали те же щиты, что и мы, и наглядно демонстрировали отличие наших от своих.
– Молодец, у тебя хорошо получается, – похвалила меня девушка Сания, она тоже была водницей и составляла мне пару на уроке.
– Спасибо, – я всегда искренне радовалась своим успехам, даже если они были небольшими. Как сегодня. Я же не слепая, видела, каким должен быть щит, и что выходило у меня, но для первой попытки это был отменный результат. Для того, чтобы создать полноценный щит, нужно тренироваться несколько дней, а где-то недель и даже месяцев. Последние к нам не относились, это были уже усовершенствованные щиты и применялись исключительно на факультете боевой магии, где преобладали огневики. Нас же курировали артефакторы, у которых в расписании также значилась лишь основа боевой магии.
– Молодцы адепты, сегодня вы все хорошо поработали, – сказал в конце занятия магистр Стенли Боа, а это многое значит, данный преподаватель крайне скуп на похвалу. От него куда чаще можно услышать, что ты никчёмен и вообще непонятно каким чудом попал в академию, и он даёт гарантию, что вылетишь раньше, чем перейдёшь на второй курс. Сначала это расстраивало и пугало, но потом ребята со старших курсов нам сказали, что у него просто такая манера общения, и говорить он будет подобным образом на протяжении всего обучения, каждый раз отодвигая курс «вылета». Когда ты на первом, тебе говорят, что не видать тебе как своих ушей второго. Когда на втором – третьего, на третьем – четвёртого и так далее, а на последнем – выпуска. Но тем не менее практически все благополучно переходят с курса на курс и заканчивают «Криквэл», пусть и не на тот камень, на который хотелось бы, тем не менее отчислений из академии бывает крайне мало.
После занятия на свежем воздухе не хотелось идти в душную аудиторию, сегодня жара стояла сильная как никогда. Хоть в Лаонерии и вечное лето, температура всё же в течение всего времени разнится: то она в районе плюс тридцати градусов (это опять навскидку, по моим ощущениям, здесь её измеряли в лаустах, и официально сегодня – восемь лауса), то опускалась до двадцати ( пять лаусов) и снова поднималась, только ещё выше, около тридцати трёх-четырёх (десять лаосув).
Сидеть за партой было жарко, и я с нескрываемой завистью смотрела на воздушников, в чью природу входило подчинение ветра. Они просто сплели какое-то заклинание, и теперь ветерок вокруг них гулял небольшими воронками, создавая подобие мини-вентилятора (у кого-то и не мини, а такого откровенно большого, отчего дуло на соседние парты), а мы, все остальные, сидели и обмахивались бумажками, как в старые добрые, земные времена. Всё это мне напомнило поездку в маршрутке, когда сидишь и машешь на себя только что купленной газеткой, которую даже никогда не прочтёшь, потому что изначально взял в киоске на остановке, дабы помахаться.
Санкальер, небось, себе там уйму таких воронок насоздавал и сидит, нежится… Воздушник, блин, опять ему фартануло… Почему, вообще, мне пришёл в голову белобрысый придурок? Наверное, потому что он воздушник! Точно, именно по этой причине. А ещё, потому что вечером мне придётся идти к нему в библиотеку, хотя очень не хочется. И очень – это «очень» слабо сказано. Будь моя воля, я бы ни за что не пошла, но, увы, нет никого из знакомых, у кого можно было бы попросить книгу по углублённой бытовой, а значит, придётся тащиться.
Что я и сделала после пары по исцеляющим рунам, как раз успею забежать, забрать по-быстрому книгу и прийти на ужин. Хотя сомневаюсь, что после общения с блондином мне кусок в горло полезет. Он наверняка что-нибудь выкинет, и это что-то, определённо, будет мне неприятно. Вот взять хотя бы вчера, парень ведь знал, что я на первом курсе целительства, уж кто- кто, а он «склерозом», в отличие от магистра Карде, точно не страдает. И тем не менее отправил меня в ту жуткую комнату, а потом в открытую потешался!
– Добрый вечер, адептка Смольянова, – поздоровался библиотекарь, которого, как и предполагалось, окружало несколько воздушных воронок, создавая приятную атмосферу в библиотеке. По залу он тоже соизволил запустить торнадо, причём довольно умело, они лавировали меж рядов и посетителей библиотеки, в частности читального зала, но при этом даже не колыхали листы книг. Стоит отдать ему должное, библиотекарь и впрямь хороший воздушник.
– Не встреть я тебя сейчас, он бы таким и был, – буркнула я в ответ.
– Фу, такой грубиянкой быть. – Щелчок пальцами, и одна из воздушных воронок подхватила меня, протащив по воздуху аккурат к его носу. Это что ещё такое? Я что, вещь какая-то? Захотел – взял, захотел – положил?
– А ну пусти меня! – возмутилась я, пытаясь противостоять потоку воздуха, но тщетно.
– А я тебя и не держу, – голливудская улыбка нарисовалась на его лице и тут же вмиг исчезла, потому что я быстро сделала пассы руками, хоть в подвешенном состоянии это было проблематично, создала небольшую тучку над его головой, с которой грозился вот-вот пойти дождь.
– Я не шучу! – настроена была и впрямь серьёзно, и, если он немедленно не опустит меня на пол в прямом смысле этого слова, ибо мои ноги болтались на расстоянии полуметра от земли, я оболью его водой с головы до ног.
– Ой, да пожалуйста. – Миг, и я валяюсь на полу. Ну не гад же он? Я так быстро потеряла концентрацию, что моя тучка растворилась в воздухе, словно её и не было, а вот удерживающее меня торнадо продолжало спокойненько крутиться неподалёку. Даже капли на его белобрысую башку не упало!
– Совсем придурок? – Я лежала на полу и потирала ушибленное колено.
– Ладно, немного перегнул. – Библиотекарь подошёл ко мне и протянул руку, чтобы помочь подняться.
– Сама справлюсь, – и, игнорируя ладонь, я поднялась. – Книгу давай.
– М-м-м… А что мне за это будет? – Санкальер вновь оказался непозволительно близко. Интимно близко! Настолько, словно собирался меня поцеловать в шею!
– Ничего, ты библиотекарь, и выдавать книги адептам – твоя прямая обязанность. – Ну почему я не дракон? Сейчас испепелила бы его на месте, только горстка пепла и осталась бы, больше никто не доставал бы.
– А, может, я не хочу просто так отдавать тебе книгу? – блондин произнёс это в самое ухо, очень тихо и очень волнующе, отчего бабочки в животе напомнили о своём существовании. С чего они там, вообще, закопошились? Да ещё и на него? А-а-а-а….!
– Я могу пожаловаться на тебя в ректорат. – Вообще стучать на кого-то никогда не было моим правилом, но вот относительно библиотекаря всё иначе.
– А потом пойдёшь слёзно умолять, чтобы меня вернули? – Санкальер наконец-то сделал пару шагов в сторону и встал, скрестив руки на груди. – Сообщи заранее, когда это произойдёт, куплю билет в первый ряд. – На миг мне показалось, что его глаза вспыхнули золотом, а потом вновь вернулись к привычному, зелёному цвету. Чего только не привидится в психованном состоянии. Всё, пора заканчивать этот балаган, пока реально не потребуется помощь целителя, а то чувствую, ещё пара таких встреч, и мои нервы уйдут на заслуженный отдых.
– Да пошёл ты! – рявкнула я и пошла прочь сама. Больно нужна мне была твоя книга, и так справлюсь. И какой надо быть идиоткой, чтобы думать, что он и впрямь мне её отдаст? Как я себе это представляла?
«Привет, Ирина, вот твоя книга по углублённой бытовой, пользуйся на здоровье».
