Восхождение Плотника. Том 5 (СИ) - Панарин Антон

Велимудр осмотрел меня с ног до головы, а после удовлетворённо кивнул.

— Проверку ты прошел, — коротко ответил старик. — Когда разум тонет в потоке живы, он обнажает свою суть. Всё что ты прячешь за повседневной суетой, выплёскивается наружу. Если бы твоё сердце утонуло во тьме, то лешак проломил бы тебе голову.

— Шикарно. — выдохнул я дёрнув рукой, но не смог пошевелиться. — И что дальше?

Я покосился на лешего занёсшего булаву сплетённую из корней над головой. Громадина стояла неподвижно, ожидая приказа своего создателя.

— А дальше… — Велимудр махнул рукой и корни прижавшие меня к дубу потянулись обратно к лешаку, даруя мне свободу.

— Спасибо. — Рыкнул я потирая передавленные запястья которые уже начинали синеть. — Теперь я воин света или как вы это называете?

— Света? Хе-хе! Увы нет. Ты отринул тьму, но и свет тоже отверг. — Рассмеялся Велимудр и я моментально напрягся отпрыгнув подальше от него.

Ведь кто знает что ему на ум придёт?

— Успокойся. Ты выбрал нейтралитет. Такой же выбор сделал и я в своё время.

— И что это значит? — Нахмурился я.

— Это значит что судьба у тебя не завидная. Тебе суждено поддерживать баланс в этом мире, не позволяя ему скатиться во тьму.

— Погоди. В каком смысле? Ты же только что сказал что я должен придерживаться нейтралитета, но потом говоришь что должен бороться с тьмой? Не кажется ли тебе что тут есть какое-то противоречие?

Велимудр расхохотался, и его раскатистый смех разнёсся по поляне. Отсмеявшись он произнёс:

— Зло само найдёт путь в людские сердца. Жадность и зависть прорастают в человеке без всякой помощи. А вот добро… Добро весьма хрупкая материя. Его нужно взращивать, поддерживать и создавать. Вот в чём твоя задача. Не воевать со злом напрямую, а строить то, ради чего люди захотят жить. Показать далёкий горизонт к которому они захотят стремиться. И тогда баланс сохранится, потому что свет не даст тьме поглотить этот мир.

Я откинул голову назад и уставился в серое зимнее небо, по которому ползли тяжёлые снежные тучи. Строить, а не ломать, забавно, ведь я и в прошлой жизни занимался тем же самым, строил дома и реставрировал старые усадьбы, возвращая им жизнь. А здесь построил деревню и мастерскую, собрал вокруг себя людей и дал им работу с крышей над головой. Выходит я инстинктивно делал то, что предначертано?

— Отлично. Свою задачу я понял, а вот насчёт тебя старый остался вопросик. Если ты тоже выбрал нейтралитет, то что ты привнёс в жизнь людей? Какие идеалы в них взрастил? Какой горизонт показал?

Велимудр тяжело вздохнул и потупил взгляд. Выражение его лица резко изменилось, он будто постарел на тысячу лет. Весёлость исчезла, уступив место тоске.

— А я Ярый провалился по всем фронтам. Думал что посаженные мной рощи помогут человечеству, но в конечном итоге, я лишь раззадорил тьму…

Вот это откровение. По крайней мере он честен с собой. Я подошел ближе и положил ему руку на плечо.

— Не печалься. Прорвёмся. — Улыбнулся я и подмигнул Велимудру.

— Матушка земля всё равно найдёт способ как выправить баланс. Через нас с тобой или через кого-то ещё. Даже я на её фоне лишь новорождённое дитя.

В правом верхнем углу мелькнуло новое сообщение:

Произведена синхронизация со священной рощей.

Скорость поглощения живы: + 1250 единиц в минуту.

— Охренеть… — присвистнул я понимая насколько сильно вырос мой энергетический потенциал после того как леший чуть не размозжил мне череп.

Сейчас в моё тело вливался чудовищный поток живы. При этом он не задерживался в теле. Я стал чем-то вроде проводника, через которого течёт энергия которой я могу пользоваться при необходимости. А если такой необходимости нет, то священная роща распыляет эту энергию на всю округу, исцеляя растительность, животных и людей.

— Теперь я сам своего рода священный дубок. — Улыбнулся я.

— Скорее дубоголовый ученик, который превзошел свою учительницу. Но меня пока не переплюнул. — Усмехнулся Велимудр.

— Кстати о учительнице. Пелагея говорила что я упёрся в стену и для того чтобы перейти на новый уровень…

Велимудр поднял ладонь и я осёкся на полуслове.

— Нет никаких уровней, — снисходительно ответил старик. — Все эти уровни лишь конструкция твоего разума. Вы с Пелагеей привыкли мыслить ступенями, построенными на иерархиях. Но жива не знает ступеней, ей плевать на условности которые вы сами же и придумали. Забудь об уровнях. Расти так же, как это делает дерево.

— Опять какая-то философская чушь. — Скептически произнёс я. — У дерева есть чёткий механизм роста. Корни тянут воду, камбий наращивает древесину, фотосинтез даёт энергию. Каждый процесс можно измерить, описать и повторить.

Велимудр усмехнулся и зашагал прочь с поляны, жестом приглашая следовать за ним. Я отряхнул тулуп и двинулся следом.

— Дереву не нужно думать о росте чтобы расти, — бросил старик через плечо, перешагивая через поваленный ствол. — Оно не планирует куда пустить корень и на сколько сантиметров нарастить кору за сезон. Оно просто живёт и тянется к солнцу, а рост происходит сам по себе. Вот и ты найдёшь способ стать лучше, если перестанешь считать единицы, уровни и гоняться за силой которой уже обладаешь. Её нужно лишь раскрыть.

Мы вышли из рощи и углубились в ельник. Снег здесь лежал плотнее, и ноги проваливались по щиколотку.

— Ненавижу философов. Вместо чётких ответов вечно несут какую-то расплывчатую чушь.

— В отличии от тебя дерево не жалуется. Ему ветку сломали, оно вырастило новую. Его молнией обожгло, оно затянуло рану корой. Не потому что умное, а потому что другого выхода нет. Вот и у тебя другого выхода нет, Ярый. Живи, строй, защищай, а жива сама подскажет куда направить свои силы.

Я промолчал, потому что говорить было не о чем. С этой простой задачкой не справился Велимудр проживший тысячи лет, но он хочет чтобы справился я, пенсионер? Звучит слишком амбициозно. Впрочем, с подобными задачами я справлялся всю прошлую жизнь. Когда нужно из дерьма и палок починить древние строения, попутно поняв как их вообще строили.

Мы шагали по зимнему лесу обратно в Яриловку, и утренний свет пробивался через ветви, расчерчивая снег золотистыми полосами. Где-то впереди, за ельником и бором, дымила трубами моя деревня, и двести с лишним человек начинали обычный рабочий день.

Раньше я просто защищал их, а сейчас… После того как почувствовал биение их сердец. После этого я стал относиться к ним как к родственникам или собственным детям. Не знаю. Что-то неуловимо изменилось. Чувство единения со всем сущим отступило, но оставило после себя теплоту в моей душе. И что-то мне подсказывает что она останется со мной навечно.

Велимудр шёл впереди, постукивая посохом по утоптанному снегу, и напевал себе под нос что-то протяжное на том же незнакомом языке. Мелодия была простой и повторяющейся, и через пару минут я поймал себя на том что шагаю ей в такт.

Расти как дерево. Не думать о росте, а просто жить и делать своё дело. На стройке Степаныч говорил похожее, когда я переживал из-за сроков сдачи объекта: «Ванька, не дёргайся. Клади кирпич за кирпичом, и стена вырастет сама. А будешь суетиться, кривую стену сложишь и придётся ломать.». Эх, выходит в погоне за силой, я этой самой силы и не смогу достигнуть? Чёртова эзотерическая хрень. Всё вроде просто, но одновременно невероятно сложно.

Спустя час из-за поворота показалась Яриловка, я сощурился и замедлил шаг, потому что у южных ворот стояла лошадь. Не деревенская кобыла из тех что тянут подводы с дровами, а крупный, вороной конь. Пар из его ноздрей вырывался мощными струями, а рядом стоял высокий прямой всадник в чёрном дорожном плаще поверх кольчуги, звенья которой поблёскивали в просветах ткани.

Гость надвинул капюшон весьма низко, так что издали лица не разглядеть. Зато по выправке было ясно что к нам заглянул человек служивый. Я прибавил ходу и через минуту остановился в пяти шагах от всадника. Тот повернул голову в мою сторону, но капюшон не откинул. Из-под ткани виднелся массивный подбородок с аккуратно подстриженной тёмной бородкой.