Где моя башня, барон?! Том 7 (СИ) - Харченко Сергей

Теперь я понял, почему Островский сказал, что надо откупорить жемчужину. И даже воочию рассмотрел весь технологический процесс этого очень напряжённого процесса.

Промышленник подставил руку, и жемчужина сама упала в его ладонь, когда Григорий отключил установку.

— Держи, Володя, — передал он её мне.

— А это вам, — протянул я ему тугую пачку денежных банкнот.

— Да ну что ты, не надо, — смутился Волконский.

— За работу надо платить, — настойчиво произнёс я.

— Хорошо, если тебе так будет легче, — взял у меня деньги промышленник, но я ведь по лицу его довольному видел, что он рад внезапно появившейся в его кармане десятке тысяч рублей.

— Раз уж всё решили, я хотел перейти к предложению, — начал Островский, когда мы вышли в кузню.

Рабочие до сих пор пыжились и теперь матерились ещё сильнее. Что-то у них не стыковалось.

— Мне работать пора, Николай Трифонович, — холодно заметил Волконский. — Если что-то дельное у тебя есть — говори.

— Компенсаторы. Как раз по ним я хотел предложить сделку, — произнёс Островский. Они отошли в сторону, и Волконский очень критично воспринял слова торговца.

— Похожее было в прошлый раз, — начал было Волконский. — Что получилось?

— Это не моя вина, Алексеич. В этот раз поставщик проверенный, — сказал Островский. — Ну хочешь договор подпишем? В случае обнаружения брака я возвращаю деньги.

— Если только так. Пойдём, обсудим, — Волконский отправился на выход из кузни, в компании торговца.

— Не жди, Владимир, я вызову своего водителя! — обратился ко мне Островский.

Да я и не собирался. Вернулся к Жиге, и мы рванули в господинницу. Решил встретиться с Катериной, узнать как дела, заодно и отдохнуть немного.

В кармане приятно жгла руку чёрная жемчужина, и я принялся размышлять, куда её применить.

Впереди основная Башня, рассадник скверны, и нужна мощная защита. И защиту эту мне любезно предоставляет Пожиратель костей. Притом два костяных помощника выручают очень неплохо. Так что здесь одно решение — подпитать оружие.

Мало того, с каждым его усилением улучшались и мои способности. Раньше это было мне недоступно, но сейчас я это ощущал в полной мере.

Жига пел на фоне очередную блатную песню, выкрутил руль. И вот мы залетели в очередной проулок, выскакивая прямо к господиннице.

Зашёл я в холл и заметил сразу идиллию. Никифорыч флиртовал с Тамарой Павловной. Как умел.

И бороду свою расчёсывал, и охал-ахал, хваля её пирожки. Явно под пирожками подразумевая нечто другое.

В общем, я застал этих голубков врасплох.

— Тьфу на тя, Володька. Напужал, — проворчал старик, отстраняясь от уха густо покрасневшей Тамары Павловны.

— Мы решили сделать перерыв, Владимир, — пробормотала женщина.

— Я не против, продолжайте, — хохотнул я в ответ, проходя мимо. — И я подтверждаю, пирожки у вас самые вкусные и прекрасные.

Тамара покраснела пуще прежнего, а Никифорыч зашипел в мою сторону.

— Иди ужо, там Катюха тебя обрадовать хочет, — недовольно проскрипел старик, когда я направился в сторону кабинета Катерины.

На фоне со второго этажа слышались звуки электроинструментов, громкие стуки. Неужели Катя решила перестраивать гостиницу?

Я заскочил в кабинет, замечая Катерину за столом. Деловой бежевый костюм ей очень идёт. И облегает стройную фигуру как надо. Как только Катя меня увидела, вспорхнула из кресла и кинулась в объятья.

— Володька, ты даже не представляешь, что произошло! — округлила глаза Катя, прижимаясь ко мне. — Все наши ВИП-номера заняты. И спрос на них сумасшедший! И ещё мы получили одобрение из администрации на перестройку номеров как раз в апартаменты. Больше половины из имеющихся.

— Замечательно, — одобрил я. — Я услышал, как идёт перестройка. А почему не предупредила?

— Так хотела сюрприз сделать, — хитро улыбнулась Катя. — И вижу, что он удался.

— Да, ты умница, — похвалил я. — Так и до четырёх звёзд рукой подать.

— Уже подала заявку, — довольно подметила Катя, отстраняясь и вернувшись за стол. — Бригад много, работают быстро. Завтра они обещали закончить. Как раз и комиссия приедет к этому времени.

— Ты Никифорычу подбери костюмчик. А то одет как непонятно кто, — улыбнулся я. — Этот его пиджак уже моль поела.

— Любимый пиджак, — вздохнула Катя. — Что я могу сделать?

— Скажи ему о комиссии, и о ближайшем наплыве богатых постояльцев. Сразу зашевелится, — подсказал я. — А по кухне что? Надо переходить тогда на ресторанную.

— Ты оставлял мне контакт Валентина. Я уже с ним связалась, — мило улыбнулась Катя. — Он обещал посодействовать и прислать шеф-повара.

— У него их несколько? Не знал об этом, — хмыкнул я, и набрал Валька.

Валентин ответил сразу, будто дежурил перед смартфоном и ждал звонка. Он сообщил, что всё прекрасно. Пары недель ему хватило, чтобы выдрессировать своих поваров, и создать команду толковых шефов. Что ж, и у него всё прекрасно.

Внезапно я почувствовал, как мою руку, в которой я сжимал жемчужину, обожгло. Сморщился. А Катя недоумённо уставилась на меня, замечая это. Но истолковала увиденное по-своему.

— Что-то не так? — спросила она.

— Всё в норме. Вспомнил, что ещё надо наведаться на прииск, и в ночной клуб, — вздохнул я.

— И зачем? Позвони им и достаточно. У тебя же есть там помощники, — предложила Катерина. — Узнаешь у них всё, что нужно.

Да, есть у меня там помощники. Особенно в ночном клубе. И смотрит она, когда я там появляюсь так же, как и сейчас смотрела на меня Катя. С желанием уединиться.

— Да, надо будет позвонить, — согласился я.

— Ты наверное проголодался, — предположила Катя.

— Да, я не против поесть, — согласился я, и Катерина чмокнула меня в щёку.

— Сейчас у нас всё происходит лучше и быстрее. Мы же к пяти звёздам стремимся, верно? — растянула губы в улыбке Катя, затем достала телефон и набирая номер.

Она созвонилась с кухней, и заказала доставку в мой кабинет.

— Ты наняла сотрудников, — догадался я. — Давно пора.

— Надоело самой всё делать, — заблестела глазками Катя. — Первое и второе принесут через полчаса. У нас есть время…

Она не договорила. Подошла к двери, щёлкнула замком, многозначительно посмотрела на меня. Скинула пиджак, затем и всё остальное, прижимаясь и снимая с меня одежду. Мы переместились на диван, и слились воедино в достаточно энергичном любовном танце. После того, как Катя содрогнулась всем телом и выдавила протяжный вздох наслаждения, в дверь громко постучали.

Никифорыч. Кто бы это ещё мог так бесцеремонно вламываться?

Мы быстро оделись. Катя пригладила волосы, открыла дверь, и Никифорыч оттолкнул её в сторону.

— Володя, ты хоть прекрати это безобразие, — проворчал он. — Куда ни плюнь эти работяги!

— Что случилось, дед? — спросила Катя.

— Вот помолчи Катюха. Устроила в нашем заведение бардак, — выпалил Никифорыч.

— Старый, ты хоть объясни, что стряслось, — хмыкнул я. — Ни черта не понял.

— Нельзя уединиться, — начал объяснять старик. — Мы с Тамарой только в комнате закрылись, только начали енто… марки разглядывать. А тут ентот, бригадир вламывается. Видите ли у них сроки горят! А у нас что? Не горят, что ли⁈ Номер тридцать седьмой. Вот идите и разбирайтеся.

— Ну ты и выбрал номер под разглядывание марок, — засмеялась Катерина. — Дед, ну ты даёшь! Ха-ха! Он в плане стоит на реконструкцию.

— Ну а чавой ты не сказала⁈ А? — глаза Никифорыча налились кровью.

— Я к тебе три раза подходила. Носом тыкала, — теперь уже нахмурилась Катя. Старик любого из себя выведет.

— Разбирайтесь. А я пойду в кабинет, — взглянул я на циферблат на запястье. Как раз и еду должны скоро доставить.

Добравшись до кабинета, я пошёл в душ. А освежившись впустил доставщика в спецодежде. Он вкатил тележку, на которой лежали два блюда под колпаками. И на полке внизу ещё два. И пахло так, что начала обильно выделяться слюна, а в животе заурчало.