— Кто может запросить? — спросила она.
Хранительница посмотрела на неё.
— Глава старшей линии Вейров. Совет рода. Или Палата при доказанной угрозе родовой печати.
— Угроза уже есть, — сказал Рейнар.
— Предполагаемая.
— Селеста Мор должна была войти в мой брачный контур с живой клятвой Дамиана Крайса. Этого недостаточно?
— Для приостановки брака — достаточно. Для вскрытия старой межродовой подписи — нет.
Элиана медленно выдохнула.
Так работала Палата, когда хотела выглядеть честной, ничего не отдавая полностью. Один слой правды открывался, второй тут же закрывался новой формальностью.
— Тогда нам нужен другой путь, — сказала она.
Орвин посмотрел на неё устало.
— Ещё один опасный порядок, который ты запомнила в обход здравого смысла?
— Нет. Старые брачные протоколы.
Рейнар повернулся к ней.
— Как они помогут?
— Если тот же заверитель участвовал в других делах, его подпись могла остаться открытой там, где не было межродового сокрытия. Нужно найти похожую форму подписи: наклон, связку, заверительный знак.
— Таких протоколов сотни.
— Не всех. Нас интересуют дела, где есть Вейры, Солл и закрытые брачные решения за последние пять лет.
Орвин помолчал.
— Таких уже меньше.
Рейнар сказал:
— И среди них наш развод.
Элиана посмотрела на него.
Вот оно.
Он сам произнёс.
Не «аннулирование». Не «завершение». Не удобную формулу Палаты.
Развод.
Их развод.
— Да, — сказала она. — Среди них наш развод.
Они вышли из верхнего уровня с тремя важными фактами и без главного имени.
Дамиан Крайс был младшим драконом боковой ветви. Он исчез после сорванного брачного соглашения с Селестой. Его записали утраченным, но в книге угасаний не было подтверждения смерти драконьего огня. А третья подпись, связанная с домом Вейров, оставалась закрытой.
По дороге в нижний служебный зал Рейнар молчал.
Элиана не мешала.
Она сама складывала последствия.
Селеста не была просто ложной невестой. Она была ключом. Через прежнюю незавершённую клятву с Дамианом Крайсом она несла в себе чужой живой след. Если бы она вышла за Рейнара, этот след вошёл бы в родовой контур Вейров не как вторжение, а как часть законной супруги.
Не нападение.
Не взлом.
Брак.
Именно поэтому всё выглядело чисто. Именно поэтому нужна была свадьба. Именно поэтому Элиану убрали быстро, публично и так, чтобы её отказ стал эмоциональной помехой, а не юридическим препятствием.
— Она не невеста, — сказала Элиана.
Рейнар остановился.
Они стояли в боковой галерее Палаты. За высокими окнами день уже стал ярким, почти равнодушным. Где-то внизу звонили служебные печати. Жизнь Палаты продолжалась, будто ночью не вскрылось дело живого дракона, похороненного без огня.
— Что? — спросил он.
— Селеста. Она не невеста.
Рейнар смотрел на неё очень внимательно.
Элиана говорила медленно, проверяя каждое звено, чтобы не перепрыгнуть через вывод раньше доказательств.
— Если её цель была просто стать твоей женой, ей пришлось бы избавиться от старой клятвы. Очистить след Дамиана. Закрыть дело правильно. Но они этого не сделали. Наоборот, оставили связь живой и спрятали её под печатями. Значит, им нужна была не чистая Селеста.
— А связанная, — произнёс Рейнар.
— Да. Селеста как носитель чужого права. Если её брак с тобой завершится, прежняя незавершённая клятва не исчезнет. Она получит проход к твоей родовой печати через новый союз.
Рейнар побледнел.
Не от страха.
От гнева.
— Кому нужен этот проход?
— Тому, кто связан с Дамианом. Или тому, кто использует его живую клятву. Крайсам, Морам, кому-то в Палате, кому-то из Вейров. Пока мы не знаем.
— Но подпись есть в старом подтверждении.
— И, возможно, в нашем разводе.
Слова повисли между ними.
Рейнар не отвернулся. Но Элиана увидела, как тяжело ему удерживать её взгляд.
— Ты думаешь, наш развод был частью этого?
— Я думаю, что меня убрали с места не только потому, что ты захотел новую жену.
Он резко вдохнул.
— Я не…
— Не сейчас, — перебила она. — Не оправдывайся. Это не поможет. Вопрос не в том, хотел ты или нет. Вопрос в том, кто убедил тебя, что это необходимо именно сейчас. Кто подготовил закрытый протокол. Кто сделал так, чтобы Селеста стояла рядом у алтаря до того, как я увидела документы. Кто заранее снял мой доступ. Кто восстановил браслет. Кто имел старую подпись Вейров в деле Дамиана.
Рейнар молчал.
Потом сказал:
— Закрытый протокол нашего развода хранится в родовом крыле Палаты и в доме Вейров.
— К какому экземпляру мы можем добраться быстрее?
— К Палате. Домовой экземпляр уже могли запечатать старшие.
— Тогда Палата.
— Солл не даст.
Элиана посмотрела на него.
— А ты попросишь?
В его глазах мелькнуло понимание.
— Нет, — сказал он. — Потребую не весь протокол. Только лист заверителей.
— По основанию совпадения подписей в делах, угрожающих родовому контуру.
— Да.
— И на этот раз запрос подам я, — добавила Элиана.
Рейнар нахмурился.
— Почему?
— Потому что ты обещал публично вернуть мне право голоса в деле. Начнём с того, что Палата увидит моё имя не в строке обвиняемой, а в строке заявителя.
