Любимая заноза ректора. Огненный турнир (СИ) - Блейкстар Ирэн

Селестин еще раз провел по украшению, и от него стал исходить свет, отражающийся на лице и глазах лорда. Довольно улыбнувшись, Селестин заглянул мне в лицо своими звериными глазами и гортанно спросил:

— Шиэрр мурд ма дарр?

— Я не понимаю тебя, — хрипло прошептала в ответ.

Селестин моргнул, и его глаза стали обычными. Он посмотрел на мое светящееся ожерелье и, положив на него руку, произнес:

— Нареченная дракона, ты принимаешь его жизнь в дар?

У меня за секунду пронеслось множество мыслей. Начиная от: «Что это значит? Зачем? Для чего?» и заканчивая «А чем мне это грозит?» Но обдумать, что же мне сказать, не успела, ответ с губ сорвался быстрее.

— Да, — вздохнула еле слышно.

Селестин только этого и ждал. Со словами: «Моя», он резко вошел в меня. Тело прострелила боль, вызвав слезы. Мой вскрик перекрыл собственнический поцелуй. В следующее мгновение сквозь зажмуренные веки я увидела, как полыхнул яркий свет, и боль отступила, а в мое тело вместе с удовольствием хлынула магия. Я выгнулась и вжалась в Селестина, вбирая его в себя еще глубже. Лорд задвигался все ускоряясь, а я вторила его движениям.

Открыла глаза и посмотрела в яркие сапфировые глаза Селестина с вертикальным зрачком.

Я сама потянулась и поцеловала лорда, краем сознания отметив, что черные вены отступили с лица. Мне хотелось большего. Не удержавшись, слегка прикусила Селестину губу. Он рыкнул и ускорился, вбиваясь в меня, усиливая желание. Я растворилась во взаимном удовольствии. Чувствовала не только свое наслаждение, но и возбуждение Селестина. Меня накрывали волны удовольствия, с каждым разом накатывали с новой силой, бурля в крови огненной страстью. Я уже не могла понять, где я, где мои чувства и ощущения, а где эмоции и чувства Селестина.

Губы лорда были везде. Он ласкал мои закрытые веки. Мягко целовал уголок моих губ. Влажной дорожкой спускался по шее к ключицам и ниже, дальше к чувственной груди. Селестин прихватил горошинку соска, втянув его, а меня тряхнуло, выгнув дугой от желания. Застонав, я сильнее прижалась к лорду, а он, зарычав, задвигался еще быстрее.

Не выдержав, я потянула Селестина на себя и уже сама с упоением впилась в его губы. Он освободил мои руки, и я, обвив лорда за шею, целовала его с такой самозабвенной страстью, что эмоции у нас сорвало одновременно.

Движения Селестина стали резкие, быстрые. Он входил глубоко, сжимая меня в объятиях и не разрывая поцелуя.

— Моя шиэрр!

Услышала я жаркий шепот лорда, и меня накрыло цунами наслаждения. Мир взорвался миллиардами звезд удовольствия. Я перестала существовать, растворившись в этом экстазе: одном на двоих.

Чувство заполненности и принадлежности желанному мужчине вызвало пьянящую эйфорию. От ощущения счастья на душе стало уютно. Возвращаться в реальность я не хотела, поэтому так и парила на волнах блаженства в крепких объятиях Селестина — в том космосе, куда нас забросило.

Глава 43

Дамирэш Кьен аль Драгон, кронпринц Артании

Сутки назад

Хлопнула дверь в библиотеку, и в сторону принцев, сидевших за столом со свитками, направились слаженные шаги. Кьен поднял голову и хмуро посмотрел на прибывших друзей.

— Докладывайте, — сходу приказал Кьен, стоило герцогу Кертерскому и маркизу ар'Виранскому приблизиться к столу.

— Так просто тут и не доложить, — взлохматил волосы Жан-Эмиль и попросил. — Ваше Высочество, прошу пригласить лорда Самиршель. Тут и по его части есть информация.

— Рад, что вы не забываете про меня, Ваша Светлость, — прозвучал ехидный голос сбоку.

Глава Тайной службы Артании появился словно из ниоткуда, вызвав у Кьена недовольство. Принц не любил, когда в его присутствии использовали артефакты отвода глаз. Но правда была такова, что лорд Самиршель мог его использовать на своё усмотрение в любое время. И с этим приходилось мириться.

— Вас сложно забыть, лорд Самиршель. Вы постоянно про себя напоминаете, — съязвил в ответ герцог Кертерский.

— Лорды, ближе к теме! — рыкнул Кьен, не желавший слушать очередную ругань, когда дорога каждая минута в поисках Кирьяны. Он повернулся к маркизу и распорядился: — Нитан, расскажи подробности.

— Если вкратце, то этот беспризорник Горош меня сразу удивил. Когда мы пришли в таверну «Пьяный буревестник», к нам подошел подавальщик и попросил снять маски. Пояснив, что иначе с нами не будут общаться.

— Да, — поддакнул герцог, вальяжно усевшись в кресло. — Дамирэш, ты только представь наше изумление, когда в «таком» месте, нас, аристократов, неожиданно просят снять маски. Я с трудом.

— Но пришлось подчиниться, — закивал головой маркиз, соглашаясь с недовольством герцога. — Пацан вышел к нам только после того, как мы сняли маски, и он опознал Жан-Эмиля.

— Ага. Он, оказывается, видел меня на Торговой улице, когда была та самая стычка. Запомнил и вот опознал. Да, собственно, потому что узнал, и решился помочь, — нахмурился герцог. — Этот малый сразу определил, что с Кирьяной что-то случилось.

— Откуда у него такие сведения? — вмешался в разговор лорд Самиршель.

— Со слов этого Гороша, трущобы гудят, что нарушен приказ Хозяина. И что были жестоко казнены провинившиеся. Трущобы дрожат от страха, а у кого есть куда убежать, то бегут от Хозяина, — пояснил герцог.

— Хозяин?.. — нахмурился лорд Самиршель. — Я уже не первый раз слышу про этого Хозяина. Скверно… Продолжайте.

— Собственно, этот Горош сообщил нам, что Хозяин ищет нашу Кирьяну. Зачем, пацан и сам не знает. Но этот Хозяин магичек постоянно заказывает себе. А на Кирьяне он вообще помешался. Но в академии её не достать, вот он и нашел выход на работников ДАМ.

— В академии предатель? — помрачнел Кьен. — Кто это?

Известие, что в ДАМ появился предатель, очень разозлило Кьена. Ему хотелось очистить академию от изменников. Неожиданно для себя Кьен проникся идеей отца, сделать из Дальбругской Академии Магии самую лучшую академию страны.

— Неизвестно. Но Горош сказал, что видел, как их местный ловелас встречался с какой-то девкой. Лица он не видел, но унюхал запах еды, — пояснил маркиз. — Он потом проследил за ней. Девка та в ДАМ и пришла.

— А еще пацан сказал, что в трущобах собираются вооруженные отряды. Как он слышал, что-то затевается на юго-западе, — добавил герцог. — В общем, малый пообещал, если что узнает, пришлет весточку.

— Так, — побарабанил по столу лорд Самиршель. — Сейчас организуем роту гвардейцев, пусть прочешут местность на юго-западе от столицы. Там же ничего нет, одни скалистые камни, — проворчал лорд и добавил. — Что же про предателя… Направлю отряд королевских псов и дознавателей из ищеек проверить кухню и кухонных работников заодно.

— Результат доложите мне лично, лорд Самиршель, — приказал Кьен, у которого все клокотало внутри от ярости, что так медленно продвигаются поиски.

Глава Тайной службы на миг напрягся, но стоило принцу грозно посмотреть на лорда, как тот, вздрогнув, с поклоном ответил:

— Обязательно, Ваше Высочество. Разрешите идти.

Дождавшись, когда лорд Самиршель уйдет, Кьен повернулся к своим друзьям. Он хотел ещё расспросить их, но осекся. Только сейчас он заметил насколько все устали.

Сколько они на ногах? Сутки, двое?

Долго они так не протянут. Принца Скай по бледности лица уже сейчас с вампиром можно спутать, а дальше будет только хуже.

— Значит так, мы все на несколько часов сейчас идем отдыхать. А потом продолжим поиски, — распорядился Кьен. — Скай, мои гостевые покои в твоем полном распоряжении.

— Спасибо, кузен. Пожалуй, я воспользуюсь твоим предложением, — подумав, согласился Скай, так и не установивший связь с Кирьяной.

Глава 44

Дамирэш Кьен аль Драгон, кронпринц Артании

Время сейчас

Кьен, опершись руками на стол в своих апартаментах, до боли в глазах всматривался в карту окрестностей Дальбруга. Шли третьи сутки с исчезновения Киры, они прилично продвинулись в расследовании, но ни Кирьяну, ни Селестина до сих пор найти так и не смогли.