Телохранитель королевы (СИ) - Селиванова Александра

— Индис, — выдохнул я, и горло снова перехватило от одного лишь имени. А в голове замелькала череда воспоминаний... Странных, забавных и страшных, но наших... — Я нужен ей... И бросил её...

— Полагаешь, она не справится с правлением и воспитанием сына? — отстраненно переспросил король.

Я нахмурился. Он никогда не любил? Или уже забыл о том, что такое чувства? Неужели он не понимал, почему мне так плохо?..

— Индис справится с чем угодно, я знаю это! И с правлением, и...

И тут я замер. Почему именно сын? И разве не должна она сначала найти мужа? Или... Или?..

В нашу последнюю ночь её тошнило... Мы решили, что она слишком разволновалась, но, может быть...

— Она беременна?..

— Так ты не знал? — так же равнодушно уточнил Исдиан и снова пожал плечами. — Да, уже пару месяцев.

Я, как дурак, стал соображать, когда были эти самые "пара месяцев". По всему выходило, что это была одна из наших первых ночей, если не самая первая...

Да быть того не может!

— Это не повод для шуток!

Я зло уставился на лицо светловолосого короля. Но тот лишь лениво приподнял бровь.

— Я не любитель глупых шуток. Твоя жена носит под сердцем твоего сына. Это факт, вне зависимости от того, веришь ты мне или нет.

Горечь и счастье... Странное сочетание. Такая новость словно одарила крыльями, силами, желанием нестись куда-то вперед, вверх!.. Но вместе с тем мне не хватало Индис. Я хотел бы делить эту новость с ней. И вместе с ней заботиться о нашей семье...

"Интересно, как она его назовет?"

Я прикусил губу и снова на несколько секунд закрыл глаза, судорожно пытаясь вдохнуть. Невыносимо было об этом думать...

Нет, нет, нет, нужно подумать о чем-нибудь другом, пока я не сошел с ума...

— А барьер? Я восстановил его? Или всё было напрасно?..

Демоны, я же сказал: о другом думать!

— Не напрасно. Он снова силен и непробиваем. Не пропустит никакую агрессию. Ты хорошо справился, молодой король.

"Только с этим, — с тоской подумал я. — Со своим долгом перед другими я не совладал..."

— Я бы предложил тебе вместе со мной стать Хранителем Осниона... И теперь ещё и Асарда. Кстати, неплохая идея с их объединением. Но неважно. Согласишься?

Левый уголок губ сам собой пополз наверх в ироничной усмешке. А разве у меня был выбор? Больше всего на свете я хотел бы вернуться к своей жизни. Но этого мне не предлагали...

— А разве есть иная судьба?

— Есть.

Государь слегка склонил голову набок, требовательно разглядывая мое лицо. Мне стало слегка не по себе. В стальных глазах не читалось ничего. Чувство было такое, словно меня придавило каменной плитой.

Глава 18.2

Больно... До чего же больно... Мне казалось, что каждую мышцу часами растягивали на пытках, кости выломали, вместо органов в груди и животе лежали тлеющие угли, а вдыхал я не воздух, а ледяные иглы.

Словом, осознавать что-либо, кроме этого ужаса, мне пока не удавалось. Единственное, что я мог, — просто терпеть, надеясь, что со временем станет легче.

Не стало. Не знал, сколько я так существовал, будучи способным только чувствовать эту пытку, но через какое-то время сознание милосердно покинуло меня.

О своей новой судьбе я, конечно, ничего не успел понять. Или, может, в этом она и заключалась?..

Следующее возвращение в сознание было куда приятнее: я хотя бы не умирал от боли. Вместо этого мной владела абсолютная слабость. Я едва ли чувствовал своё тело и не мог пошевелиться.

"Интересно, что я вообще теперь и где?" — лениво подумалось мне, но ответа снова не было.

Я решил просто наслаждаться возможностью дышать. Движение воздуха по лёгким доставляло наслаждение после прошлой боли.

Изменения начались после того, как количество вздохов перевалило за тысячу. Я вдруг с некоторым удивлением стал различать тихий свист и вой, которые то стихали, то усиливались, сливаясь вместе и напоминая... хорошо известный мне звук. Странно, но именно так звучал ветер за моим окном в королевской башне.

"Может быть?.." — робко раскинула крылья надежда внутри меня, но я безжалостно задушил её, запрещая себе об этом думать.

Если вдруг я снова пойму, что мертв и что вернуться к жизни невозможно, я точно пойду с ума.

Уж лучше считать себя мертвым, пока для этого не будет однозначных опровержений.

Я продолжил дышать, прислушиваясь к шуму ве... К тому, что напоминало мне шум ветра.

Спустя ещё полторы сотни вдохов ко мне пришло новое ощущение. Мне показалось, что я чувствую свою правую щёку. Вернее, чувствую, как что-то её греет. Демоны, это тепло слишком напоминало солнечные лучи!

Я попытался приоткрыть глаза, но веки слушались с большим трудом. А едва мне наконец это удалось, безжалостный яркий свет так резанул по зрению, что я препочел вернуться в темноту.

Душить мысли о собственной жизни становилось всё сложнее... И я боялся того ужаса и безнадёжности, которые обрушатся на меня, если выяснится, что это всё же не так. Этот страх держал меня в узде, не позволяя так легко принять второй шанс, который мне, быть может, дали, не разрешая вспоминать об Индис, моей королеве, моем солнце... А если она действительно беременна, как и сказал государь Исдиан?.. Я не знал, что думать, а сил на действия пока не было.

Хотя новые чувства всё продолжали появляться. Правда, я сбился со счета собственных вздохов.

Вот я стал страдать от жажды, жгущей губы и глотку. Вот я осознал, что нахожусь в пространстве — каким бы оно ни было — горизонтально. Вот почувствовал, что лежу на чем-то мягком, и почти сразу после пришло понимание, что я чем-то мягким ещё и укрыт.

Всё слишком напоминало мою постель...

Я решил, что, раз чувствительность в значительной степени вернулась ко мне, то я мог бы попробовать снова поднять веки.

Демоны!.. Свет едва ли не выжигал глаза. Но я просто терпел, моргая и привыкая смотреть.

Когда взгляд наконец смог сосредоточиться на том, что находится вокруг меня, дыхание на несколько секунд перехватило.

Я действительно был в своих покоях — точнее, в спальне. В дальнем углу я с удивлением заметил собственный меч, очищенный и находящийся в идеальном порядке. Но я никогда не ставил его в угол... Если уж хотел принести в спальню, то клал под кровать.

Вот открытый нараспашку шкаф, в нем царил заметный беспорядок. В отдельном ящике, под защитой на крови, хранились наши с Индис короны, но сейчас этот ящик был приоткрыт, вызывая лёгкую тревогу.

На столе — беспорядок, которого я не видел никогда. Бумаги свалены в несколько небрежных куч, поверх них лежала какая-то тряпка в красно-бурых разводах, рядом большая плошка, лёгкий тонкий нож и ещё несколько тряпок — но эти уже хотя бы чистые, белоснежные.

Я перевел взгляд на себя. С прояснением зрения я стал лучше ощущать самого себя. Без рубашки и босой, я лежал под одеялом. Кое-как шевеля руками, я приподнял одеяло и сразу же невольно уронил его обратно.

Рана от той стрелы дикаря, которая и оказалась для меня смертельной, выглядела куда лучше. Во всяком случае, было очевидно, что её лечили и обрабатывали. Но следы ещё оставались. Большие рубцы, широкие, воспаленные, прорезали кожу на всем торсе. Выглядело малоприятно, конечно, но меня больше волновало другое.

Неужели я действительно жив?..

Я не мог сполна сам ответить на этот вопрос. То, что мои ощущения были реалистичными, не убеждало меня в том, что всё вокруг и в самом деле есть.

Я должен был кого-нибудь увидеть. Кого-нибудь однозначно живого. Увидеть, услышать и обнять. Только тогда я поверю.

Сжав зубы так, что челюсти чуть не свело, я отбросил одеяло куда-то в сторону и неловко сел, спустив ноги на пол. Дыхание сразу участилось, на лбу выступил пот, хоть я ещё ничего толком и не сделал. Проклятая слабость!

Встал я только с пятого раза, вцепившись ногтями в стену — без этого постоянно падал обратно. Ноги явно протестовали и норовили подогнуться, но я чудом умудрялся оставаться в вертикальном положении.