Тактик 12 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar"

Когда все были готовы, умарские орки-южане двинулись вперёд, молча, остервенело и в те места, где баррикады были слабы и не имели защитников.

Баррикады — это вообще не настоящая фортификация, их можно перелезть, чему будут активно мешать оппоненты, но они разбивают строй и дезорганизовывали. Улицы вообще очень плохо подходили для классической войны. Единственные, кто имел тут преимущества — легконогие эльфы. Две расовые особенности: движение по деревьям и стрельба из лука, позволяли им использовать город, как личный тир. Если бы моя армия целиком состояла из эльфов, я бы уже штурмовал королевский дворец Вейрана, а пока что у меня есть орки, которые традиционно очень хорошо видят в темноте.

Удар…

Умарцы добрались до баррикад. Первые ряды устремились на верх, прыгая на головы защитникам и вытесняя ополченцев, не способных им противостоять. Следующие ряды растаскивали баррикады и вот уже орочьи полки, как яд по венам, устремились по улицам Монта в глубину вражеских кварталов.

Тут решала личная выучка и ночное зрение.

Умарцы продавили оборону в двух местах, но не стали задерживаться на баррикадах, а атаковали город, сонных усталых пехотинцев, наёмников, ополчение. Монт снова оказался охвачен сотнями эпизодами сражений.

Вместе с тем ожил и вновь образовавшийся в районе «Колодец около рынка» вражеский командный центр. Десятки перепуганных вестовых устремились со срочными приказами. Чтобы перестраивать оборону, чтобы бить во фланг оркам, зажигать факелы, просить магов применить магию, чтобы осветить места сражений, но…

Удары умарцев должны были, в том числе, отвлечь бруосакцев от основного удара. Когда защитников охватила паника и суета при попытке сдержать атаки умарцев, маги обрушили удары на баррикады в центре. Тем самым пробив дыру, через которую тут же пошли орки Хайцгруга.

Более того, за ними, нахлобучив шлем, бежал я, увлекая за собой магов и принца Ги с телохранителями.

Принца я не звал, это была его личная инициатива, однако теперь мы бежали по улицам. Вызывая своей группой истинную панику среди ополчения и панцирников, разбивая одинокие группы пехоты врага, даже не останавливаясь.

Марш-марш-марш.

Через десять минут беготни мы были в районе какого-то рынка. Я притормозил и попросил Фомира вдарить по тыловому лагерю бруосакцев на этом рынке.

Маги не стали формировать круг, вместо этого генерировали десятки своих заклинаний, творя пожар и хаос.

Очень быстро на них самих набросились вражеские маги, ударив громадными магическими вихрями, исполненными из серебристо-зелёной энергии. После чего два мага в моём интерфейсе погасли навсегда, напоминая, что это самая настоящая война и настоящие потери.

Фомир применил артефакты и вытянул энергию из вихрей, а потом ударил по врагам цепью молний, отчего вспыхнуло несколько небольших пожаров.

Принц Ги где-то справа азартно давил панцирников, покрикивая и нанося удары.

А по центру прорвалась группа латников, в центре которых был рыцарь. Он орал и размахивал мечом, а увидев меня, поднял забрало и оскалился.

Это был никто иной, как лорд Альшерио. Скорее всего, лидер отряда прикрытия нового бруосакского командного центра. Он указал на меня пальцем в латной перчатке:

— Вот ты и попался мне, подлый мо…

Я так и не узнал, что там за «мо», потому что в эту же секунду к нему подскочил Хайцгруг. Сразу же мощным ударом по шлему, таким сильным, что шлем смяло в гармошку, отправил благородного сэра в нокаут.

Три телохранителя — латника оттеснили орка, но один из них тут же поплатился за это жизнью.

— Выровняться по Хайцгругу! — проорал я и выдвинулся вперёд, чтобы прикрыть его справа. Ещё правее тут же возник Иртык, весь взмокший от того, что его подопечный (то есть, генерал!) врубился в сечу, стоя в первом ряду.

Вместе с двумя орками и мной единую линию сформировали ещё десяток бойцов и, поддерживая строй, мы с огромным трудом выдержали первый натиск личной гвардии Альшерио.

Из-за наших спин по врагу ударил перекошенный от страха, но тем не менее решительный Ластрион, я прикрывался щитом, рубил, колол, получил с десяток болезненных ударов, но стоял.

В какой-то момент вражеские маги ударили персонально по мне и это была большая ошибка. Потому что тщательно подготовленное заклинение, визуально напоминающее громадную тучу светящихся зелёных ос, развеялось, как только оказалось около меня. И хотя парочка орков получили ожоги, в целом вся эта попытка оказалась пшиком и окончательно подорвало решительность бруосакских магов.

После первого натиска враг стал быстро уставать, к тому же не особенно-то ты подерёшься, когда всё, что ты видишь — это всполохи огня пожаров и силуэты орков.

А мои подопечные видели хорошо, кололи прицельно, действовали жёстко, к тому же Первый полк — это те, кто имеет самый большой и совсем не лёгкий боевой опыт. Кто не дрогнул и не побежал ни разу и очень часто дрался в окружении, в одиночку, без прикрытия и всегда побеждал.

Орки действовали наверняка, прикрывали другу друга, рычали, отходили в случае ранений и тут же смыкали строй.

Орки побеждали. В умелых руках орки были на голову сильнее, они были защищены доспехами, лучше вооружены и обучены, они были организованы и ничего не боялись.

Батальон Хайцгруга врубился в лагерь, где было две тысячи ополченцев и панцирников, однако разогнал их, как ОМОНовцы пьяных школьников.

А лорд Альшерио…

— Он опять пропал, верно? — спросил Фомир, тяжело дыша рядом со мной. Его волосы дымились, а от мантии несло алкоголем и хлоркой.

— Да, друг-маг, это стало уже традицией, его эвакуировали твои коллеги.

Бой завершался, мы разгромили центр, а теперь полыхал по всем кварталам сразу.

Лишённые единого командования, не организованные, усталые за день, несмотря на свою солидную численность, они проигрывали. Пусть в Монте нам противостояло порядка двадцати тысяч ополченцев, панцирников, стражников и наёмников, количество врагов всё равно внушало уважение. Хорошо ещё, что тут не находилось никакой гвардии, она вся была в другой части города.

Принц Ги стоял горделиво и красиво, на фоне полыхающей телеги с тыквой, а я координировал его войска, вводя в проломы ещё двух умарских полков и ещё один батальон орков Штатгаля.

К утру сражение было закончено, оставались разрозненные очаги сопротивления, но ночью хребет обороны западных районов Монта, нашего «куска пиццы», был сломлен, а мы контролировали все кварталы.

Глава 17

Эффект домино

Я потратил день на то, чтобы собрать каких мы смогли найти глав гильдий, старейшин, высших чиновников всех рангов, парочку судей, главарей бандитов.

Только люди.

То есть, конечно, нелюдей-лидеров мнений тоже собрали, но отдельно.

Я встретился с высокопоставленными и слегка испуганными горожанами в столовой магистрата. Они даже сидели прямо за столами так, будто собирались кушать.

— Здравствуйте, меня зовут герцог генерал Рос Голицын, — представился я. — Я вам не друг, не сосед и не родственник. Поэтому вы не обязаны меня любить. Однако мои войска запросили древнего права на разграбление захваченного города. И такой обычай действительно существует.

Горожане испуганно молчали.

— Однако! — я поднял палец, — Что бы там не говорила про меня пропаганда, Штатгаль захваченные города не грабит. И поэтому я решил спросить вашего мнения. И тут на чашу весов я положил шесть тысяч захваченных пленных из ополчения, ваши жизни и имущество, целостность ваших домов…

Женщина, такая высокая что у неё, кажется, в роду были тролли, осторожно подняла руку.

— Сэр генерал… Если Вы говорите про чашу весов, то чаш же две. Может быть, мы можем что-то тоже положить на весы?

— Да, можете. Конечно, можете, сударыня. Для этого я вас и позвал. Сделка… Я отдаю вам ополчение и тех из стражников стены, на которых вы укажете пальцем, как на родственников и соседей. С условием, что они не станут сражаться, как только их отпустят, мы их разоружим и сдадим вам на руки. Мы не тронем дома и будем вести себя сравнительно мирно. Солдаты в лавках будут покупать, а не грабить, тем более, поверьте мне, деньги у них есть. А вы запустите госпиталь.