Скандальный развод. Ты пожалеешь, дракон! (СИ) - Винсент Юлианна

Добрее женщины в моей жизни не было. Я до конца не мог поверить в то, что это именно она скрывается под маской лжеГретты. Хотя бы потому, что она умерла от старости пятнадцать лет назад. Я даже отправился в ее старый дом, надеясь найти там подтверждение тому, что ее давно нет, но к сожалению, нашел там лишь доказательства обратному.

Когда Элара умерла, я запечатал ее дом магической печатью, думая о том, что когда уйду в отставку, перееду в него с женой и мы будем там воспитывать наших внуков.

Каково же было мое удивление, когда я подошел к двери, стал снимать печать, а снимать было уже нечего. Ее убрали настолько давно, что никаких магических следов не осталось.

Но сомнений в том, что это сделала именно Элара — не было, потому что именно она научила меня ставить эти печати. Именно она показала мне, что магия может быть не только черной и злой, но и нести свет, добро и защиту.

Именно благодаря тому, что она показала мне разницу, я спас столько добрых, талантливых магов и ведьм. Скрыл их от всевидящего ока короля, который был настроен более, чем категорично в отношении тех, кто имеет незаурядные магические способности и развиваю их потенциал.

И поэтому у меня в голове не укладывалось то, что черной ведьмой всячески пытавшейся заполучить моего наследника была моя тетушка Элара.

Снаружи ее старый дом казался ветхим и заброшенным, каким и должен был быть, но когда я вошел внутрь и не увидел ни одной пылинки, я понял, что Элара все-таки жива.

Чутье подсказывало мне, что нужно немного подождать и добыча сама явится мне в руки. Главное, не суетиться. И я стал ждать, заняв удобную позицию на своем любимом кресле в углу гостиной.

Когда на небе взошла уже не совсем круглая, но все еще полная, луна, ключ в дверном замке повернулся и я услышал знакомый звук. Будучи ребенком, я часто любил прятаться и по шагам определять, кто ходит рядом.

У Элары была специфическая поступь. Единственная из всех, она словно плыла в пространстве и шелестела подолом платья, а не шагала. И сейчас до боли знакомый шелест всколыхнул в моей душе целую гамму чувств.

Элара прошелестела чуть вперед, остановилась на пороге в гостиную и замерев, прислушалась.

— Алик, ты всегда плохо прятался, — сказала она с легкой усмешкой на губах.

Знакомый с детства голос развеял остатки сомнений в моей душе и я почувствовал, как внутри что-то умерло. Возможно, это были детская наивность и вера в чудо.

— Теряешь хватку, тетушка, — решил я подколоть ее в ответ. — Раньше ты бы учуяла меня еще за входной дверью.

— Ну, чему-то же я тебя все-таки научила, — проходя внутрь комнаты, сказала она и взмахнув рукой, зажгла камин.

Огонь осветил ее лицо. Морщины… они были, но какие-то… не такие. Словно их нарисовали, чтобы обмануть. В глазах же плескался такой знакомый и в то же время чужой, ледяной огонь.

— А ты помолодела с нашей последней встречи, — я вскинул правую бровь, но остался неподвижно сидеть в кресле, как хищник, наблюдающий за добычей. — Балуешься омолаживающими зельями с кровью невинных дев?

— Лучше, — расплывшись в омерзительной улыбке, призналась Элара. — С кровью невинных младенцев. Эффект дольше держится.

Все внутри меня передернуло от ее слов. Волна отвращения стремительно поднималась от диафрагмы к горлу и норовила вырваться наружу вместе с драконом, который жаждал разорвать любого за подобное.

Сжав кулаки до побелевших костяшек, я отдал себе мысленную команду успокоиться, потому что эта партия еще не окончена. Сначала я получу ответы на свои вопросы и уже потом приведу приговор в исполнение.

— Для этого тебе нужен был мой первенец? — спросил я то, что интересовало меня сейчас больше всего.

В ответ мне Элара лишь рассмеялась, а в ее взгляд стал сумасшедшим.

— Ты такой наивный, мальчик мой, — всплеснула руками тетушка, делая вид, что умиляется. — Так ничего и не понял. Слеп, как твоя мать и дальше собственного носа не замечаешь ничего.

Эта женщина знала все мои слабые места и сейчас активно на них наступала своими словами, но дал себе слово победить в этом сражении, поэтому сделал вид, что пропустил ее слова про мать, мимо ушей, на что она лишь хмыкнула в ответ, посмотрев на меня с вызовом.

— Так расскажи мне, — решил я вернуть ее на путь, который был нужен мне. — Что именно я должен был заметить?

— Что твоя чистейшей души женушка медленно, но верно сходит с ума от тоски и собственной никчемности, — фыркнула Элара чуть повысив голос. Она начинала нервничать.

Я посмотрел на нее исподлобья, нахмурив брови, но не успел ничего ответить, она меня опередила.

— Все еще ничего не понимаешь? — скрестив руки на груди, спросила тетушка. — Слушай, Алик, я начинаю жалеть, что вложила в тебя столько времени и сил.

Я медленно поднялся на ноги и подошел к ней почти вплотную, оказавшись на добрых две головы выше женщины.

— Лучше тебе мне все рассказать без этих дурацких игр в «Угадайку», тетушка, — обманчиво спокойным голосом проговорил я, пристально глядя на Элару так, что ей пришлось задрать голову наверх. — Иначе, ты действительно пожалеешь, только уже совсем о другом.

Она пыталась храбриться и даже смотрела, не отрываясь, мне в глаза, стараясь показать, что не боится меня, но я видел ее взгляд. Это был взгляд загнанного зверя, а движения были слишком нервными и рваными для той, кто еще недавно чувствовала себя хозяйкой положения.

Она сомневалась, это было написано на ее лице.

— Элара, — мой голос стал жестче, требовательнее. Я мысленно прочитал заклинание проекции и слегка сжал руку. Она почувствовала мою хватку на своей шее. Невидимую, но вполне ощутимую. — Я жду!

— Ты оказался не самым хорошим мужем, мой мальчик, — взглянув на меня удивленно, а затем тяжело вздохнув, начала тетушка. — Был слишком беспечен и невнимателен к своей супруге. А она страдала. Думала, что ты охладел к ней из-за того, что она за десять лет так и не подарила тебе наследника. Алик, ну кто же так себя ведет с женой?

Мой кулак дернулся и сжался еще сильнее. Челюсти свело от напряжения.

— От отчаяния Мари стала искать способы восстановления супружеской любви там, где заранее знала, что ты не одобришь, — слегка прокашлявшись от давления на горло, продолжала Элара.

Несмотря на шаткое положение, на ее лице промелькнула тень удовлетворения. Ей нравилось говорить мне это. Нравилось тыкать меня носом в мои ошибки, как нашкодившего котенка. Будто я и без нее не знал, какой я кретин!

— Но ты не замечал этого, — не останавливала свой рассказ тетушка. — Ты был слишком занят своей благородной работой по истреблению злых и ужасных ведьм. Я дала ей зелье, которое, как она думала, поможет ей забеременеть.

— В обмен на что? — процедил я сквозь зубы, чувствуя, как на смену отвращению поднимается ярость.

— А ты не совсем безнадежен, мой мальчик, — предприняла попытку ухмыльнуться Элара, но моя невидимая рука все еще сжимала ее вполне видимую шею. — В обмен на несколько капель крови новорожденного малыша.

Пауза. Ее взгляд потерял остатки осознанности.

— По крайней мере, она так думала, — Элара расхохоталась в голос и, похоже ее перестала волновать удавка на шее. — Но даже здесь твоя никчемная Марианна не справилась с поставленной задачей. Ты уехал, зачатия не произошло, а сроки поджимали. Пришлось переиграть.

— Сроки чего? — дернувшись половиной лица, сквозь зубы спросил я.

— Окончания договора, — прошипела в ответ Элара.

И тут меня словно окатило ледяной водой.

— Ты заключила договор на молодость? — из последних сил стараясь держать себя в руках, задал вопрос я. Хотя ответ уже и так знал.

— Ну вот, а говоришь, что не хочешь играть в «Угадайку», — наигранно возмутилась тетушка. — Смотри, как у тебя хорошо получается. Именно его я и заключила. Очень уж не хотелось мне умирать. Так хотела увидеть, как ты женишься, мой мальчик, станешь отцом…

— Хватит! — рявкнул я. — Мне надоел этот фарс! С кем ты заключила договор?