Воплощение Похоти 7 (СИ) - Некрасов Игорь

Приказы выполнялись быстро и слаженно. Зал постепенно пустел — изверги уходили на второй этаж, големы занимали позиции, пауки Квислы исчезали в темноте лестничного пролёта. Я стоял, провожая взглядом каждую группу, и чувствовал, как адреналин окончательно схлынул, оставляя после себя только глухую, свинцовую усталость.

Когда последние шаги стихли, я вдохнул сырой каменный воздух и направился к себе.

Мысли в голове крутились, как шестерёнки. Планы, идеи, цифры — сотни тысяч очков власти, мать их! — всё это требовало обдумывания. Что улучшать в первую очередь? Склепы? Мастерские? Нежить? Но это всё — завтра. Сейчас, когда напряжение окончательно отпустило, я чувствовал только одну потребность.

Спать.

Не физическую усталость — с Балией и Лулой я восстановился, — а ментальную. Долгий день. Долгая ночь. Бесконечные битвы. Командование армией. Решения, от которых зависели жизни всех. Всё это требовало остановки. Перезагрузки.

— Завтра, — пробормотал я, шагая по коридору. — Завтра я обо всём подумаю. А сейчас — спать.

Заебал, парящий рядом, понимающе замерцал и чуть потускнел.

Я толкнул дверь в свои покои. Полумрак. Знакомая обстановка. Огромная кровать у стены. Я стянул доспехи, бросил их на пол, не заботясь о порядке, и рухнул на кровать лицом вниз. Мышцы гудели, глаза закрывались сами собой.

— Ох… как же хорошо… — выдохнул я в подушку.

И уже через несколько секунд провалился в глубокий, тяжёлый сон без сновидений.

В Нааркоме. Замок графа.

Брат Теодор стоял перед массивным дубовым столом, за которым сидела Верховная Инквизитор Элоди. Её лицо всё ещё было бледным после пережитой магической перегрузки, но глаза сохраняли ту самую холодную, стальную решимость, которая не покидала её даже после всего произошедшего.

На столе перед ней лежала карта города, исчерченная пометками о расположении выживших и маршрутах патруля.

— Оба гонца мертвы, — голос Теодора был сух и безжизнен. — Говнина растерзали твари у ворот. Кускуса… — он сделал короткую паузу, вспоминая увиденное, — … обезглавили. В воздухе. Думаю, что это был высший вампир. Женщина в чёрных доспехах. Она появилась из воздуха, убила и тут же исчезла.

Элоди молчала, глядя на карту, но будто не видя её. Её пальцы, лежавшие на столе, едва заметно сжались.

— Как вы знаете, наши дозорные видели, что основная армия монстров подземелий уходит в лес, — продолжил Теодор. — Но… они оставили достаточно тварей, чтобы перехватить любого, кто попытается вырваться.

Элоди медленно подняла взгляд.

— Вампир, способный к материализации из черного тумана, армия новой нежити, а также и… гоблины и монстры-пауки. И все они участвовали в битве?

— Да, сестра. Похоже на то. Пускай наши дозорные и не успели застать сам бой, но, судя по последствиям и тому, что гоблины и нежить действовали сообща, они объединились для победы над монстрами-пауками.

После слов Теодора повисла тяжёлая тишина.

В камине потрескивали дрова, но тепло не доходило до собравшихся в этом зале. Слишком много смертей. Слишком много потерь. Воины Света чувствовали негативную энергию и сквозь каменные стены, и даже её крупица холодила их души, а ныне вокруг её было целое море.

Какого чёрта здесь происходит? — размышляла Элоди. — Как можно было настолько запустить территорию и дать окрестным подземельям так разрастись? Здешний граф — полный идиот? Или это графство… проклято?

Элоди упёрлась локтями в столешницу и принялась массировать виски — медленно, круговыми движениями, будто пытаясь выжать из головы тупую, ноющую боль.

Итак, что мы имеем. Помимо Сайлона, от которого мы не факт что избавились — но хотя бы прогнали и точно ослабили. Здесь действует ещё одно подземелье с нежитью, хозяин которого — высший вампир? — она нахмурилась. — Но вампиры обычно не способны поднимать нежить в таких количествах, а по докладу наши люди видели сотни мертвецов. Значит, среди обитателей того подземелья должен быть сильный некромант.

Чёрт… мы такими темпами точно не справимся. Даже простая очистка города — огромная проблема. Ещё пара дней, и убитая нежить снова начнёт подниматься из-за обилия негативной энергии. Нам нужна помощь. И срочно.

Она подняла голову и, встретившись взглядом с Теодором, произнесла: «Нам нужно…» — но договорить не успела. Дверь резко распахнулась, и в зал вбежал молодой паладин-послушник.

Он выглядел запыхавшимся, но на его лице читалось что-то среднее между радостью и тревогой.

В руках он держал небольшой деревянный ящичек.

— Инквизитор Элоди! — он запнулся, заметив мрачную атмосферу, но быстро взял себя в руки. — Мы нашли кое-что в покоях графа.

Элоди перевела взгляд на ящичек.

— Что там?

— То, что вы просили найти, — ответил послушник и быстрым шагом направился к столу. — Нетронутая скверной сфера.

Подойдя, он открыл крышку.

Внутри, на бархатной подкладке, лежала сфера связи — магический предмет, позволяющий общаться на больших расстояниях. Но её поверхность была покрыта сетью мелких трещин, а внутреннее свечение, обычно ровное и спокойное, мерцало неровно, с перебоями.

— Она повреждена, — констатировал Теодор.

— Да, брат, — послушник кивнул. — Но наши жрецы говорят, что её можно восстановить. Потребуется время, но шанс есть.

Элоди поднялась из-за стола.

Её движения были медленными, но в них чувствовалась та самая стальная воля, которая держала её на ногах даже после магического истощения.

Теодор, всё ещё стоявший у стола, тихо произнёс:

— Если бы мы нашли эту сферу раньше… Если бы смогли связаться с Орденом до того, как эти твари убили Говнина и…

— Довольно, — холодно оборвала его Элоди. — Этого уже не случилось. Бесполезно гадать о том, что было бы, поступи мы иначе.

Теодор замолчал. Он знал этот тон. Верховная Инквизитор не терпела пустых сожалений. Она всегда смотрела только вперёд — на то, что можно сделать сейчас, а не на то, что упущено.

Элоди перевела взгляд на послушника.

— Отнесите сферу обратно жрецам. Пусть начинают работу.

— Будет исполнено, — послушник кивнул, закрыл ящичек и, прижимая его к груди, поспешил к двери.

Но не прошёл он и пяти шагов, как его нога зацепилась за что-то. Он споткнулся на ровном месте, взмахнул руками и рухнул на пол. Ящичек вылетел из пальцев, ударился о каменную стену и раскрылся, а сфера шлепнулась об пол со звоном и покатилась по плитам замерев у ножки стола.

В зале на секунду повисла мёртвая тишина.

Теодор шагнул к сфере. Наклонился, бережно поднял её и повертел в пальцах. На поверхности теперь красовались новые тонкие трещины.

— Простите! — послушник вскочил на ноги, его лицо побелело от ужаса. — Я не хотел! Я просто споткнулся, я…

— Довольно, — оборвала его Элоди и тяжело вздохнула. — Отнеси сферу жрецам. Пускай… восстановят. И… будь аккуратнее.

Послушник часто закивал, подхватил ящичек, принял сферу из рук Теодора и, пятясь, начал покидать зал.

— Пожалуй… я ему помогу, — сказал Теодор. — А после проверю выживших.

Элоди кивнула, и Теодор вышел вместе с послушником.

Когда дверь закрылась, и Элоди осталась одна, несколько секунд она стояла неподвижно, глядя на закрытую дверь, а затем покачала головой и сдавленно процедила:

— Как можно быть таким… неуклюжим… — она усмехнулась, а затем, собираясь снова сесть на стул, задумчиво добавила: — Вероятно… все просто слишком устали.

Она начала садиться, но стул — только что стоявший прямо позади — почему-то оказался на полметра дальше, чем она ожидала. Пальцы схватили пустоту, и Верховная Инквизитор — та самая, что командовала элитным отрядом, выстояла против Архилича и внушала трепет одним своим взглядом, — с глухим стуком шлёпнулась на задницу.

Затылок тут же приложился о деревянный подлокотник этого же самого стула — того, что секунду назад предательски отъехал в сторону. Перед глазами вспыхнули искры, а в голове на мгновение помутилось.