Тайна рода (СИ) - Уточкин Вячеслав

Активированное кольцо исчезло, но перед этим выжгло странный рисунок на указательном пальце моей левой руки. Это было неприятно. Я убрал пульт в инвентарь, хотя без кольца он был бесполезной игрушкой. Правда, оставалась надежда подзарядить два пустых кольца, остававшихся на руке.

Кали с прищуром смотрела на место исчезнувшего портала.

— Ждём до утра. И если эта тварь не появится, — её губы тронула нехорошая улыбка, — я навещу дядюшку.

Мы вернулись к костру. Перекусили. Тайво, несмотря на мешавшего ему Чубчикова, как всегда, оказался на высоте. Разговор тёк лениво и ни о чём. Постепенно все затихли.

Когда первые лучи солнца разогнали влажную темноту, а Хоботрог так и не появился, Кали встала с бревна и сладко потянулась.

— Ну, похоже, всё получилось, — она очень нехорошо улыбнулась. Почти как я, когда очень зол. — Пора поговорить с дядюшкой.

— Стоп, стоп, — я поспешил её остановить. — Ты можешь открывать порталы по планете?

Кали кивнула.

— Помнишь нашу встречу в моей спальне в замке Арзамасских?

Кали мечтательно улыбнулась и кивнула. Кэт и Маша издали синхронное шипение змей, готовых к броску.

Видно, поняли что-то не так.

Обращать внимание на их недовольство я не стал, поскольку вспомнил ещё об одной проблеме.

Попросил Чубчикова отойти метров на десять. Чтобы финансист не начудил, отправил с ним Тайво. Достал из инвентаря два поисковых кулона, настроенных на Чубчикова.

— Сможешь перепрограммировать эти артефакты? — Я помнил, что это под силу только Игроку.

Кали кивнула.

— Смогу, — и сразу уточнила:

— Но понадобится генетический материал тех, кого искать.

Я вопросительно взглянул на Мышина. Тот ответил непонимающим взглядом.

— У тебя есть вещи сестёр? — спросил я. — Расчёска, платок, хоть что-нибудь.

Мышин снял с шеи серебряный медальон, достал из него две аккуратно перевязанные пряди волос.

— Светлая — младшая, — хрипло произнёс он.

Кали забрала волосы и оба артефакта и попросила её не отвлекать. Отошла в сторону, создала вокруг себя непроницаемый для взгляда купол. Мы терпеливо ждали. Минут через тридцать купол исчез, и к нам подошла уставшая, но довольная Кали.

— Готово, — она протянула мне два артефакта.

Я позвал Тайво и Чубчикова. На финансиста артефакты не отреагировали. Поводив кулонами по сторонам, я заметил, как в обоих вспыхнули искорки — в северо-западном направлении. Улыбнулся. Это означало, что сёстры Мышина живы.

Дальше всё закрутилось в предстартовой суете. Сборы заняли минут десять.

Всплыла неприятная мысль, что в прокол нас затянуло всемером, а остальные ехали на другом транспорте. Для них наш грузовик попросту исчез на ходу. Ни последовать за нами в прокол, ни помочь. Оставалось надеяться, что они добрались до замка своим ходом и ждут нас там. Скоро это узнаю.

Мы шагнули в открытый Кали портал в замок Арзамасских.

Замок встретил тишиной и покоем. Раз Кузя спокоен, никто не стреляет и не бежит на всех парах сюда, значит всё более-менее нормально. Можно наконец и дух перевести.

В моей бывшей спальне царил приятный полумрак. Воздух пах чем-то удивительно домашним. Мы с удовольствием побросали мешки, которыми нас нагрузил Тайво. Все с любопытством оглядывались. Пока они отвлеклись, я просочился в ванную и запер дверь. Через минуту в неё забарабанил весь наш женский коллектив, грозя мне страшными карами.

Но моё настроение это испортить не могло. Я получал кайф под струями контрастного душа. Что может быть лучше после бесконечной дороги, сражений и ночёвок у костра? Барабанить в дверь перестали, зато раздался голос Кузи:

— Михаил, я твоих гостей по комнатам расселяю?

Стоп. Рано расходиться. Я ещё не знаю, где вторая группа и что тут творится.

Выскочив из-под душа и схватив первый попавшийся халат, я крикнул:

— Стой! Сейчас выйду!

Халат был явно маловат. Кое-как влез и вылетел из ванной. Все с каким-то нездоровым любопытством уставились на меня. Но мне было не до этого.

— Кузя! Что тебе известно об Ордынской, Алёне и моих гвардейцах?

Ответ меня немного напряг:

— До недавнего времени с ними всё было в порядке.

— Что значит «было»? — хрипло спросил я.

— Так они часов пять как ушли, — Кузя задумчиво почесал в затылке, испытывая моё терпение.

— Куда? — рыкнул я.

— Так на Оленевых напали. Союзный род. Вот они на помощь и отправились. — Кузя развёл руками, — Ольга Субудаевна хотела вас дожидаться, была уверена, что с проколом вы справитесь и сюда доберётесь. Да только помощь нужна была срочно, иначе Оленевых вырезали бы. Вот и решили, мол, помогут и назад. А тут я остался тебя встречать.

Срываться прямо сейчас, не понимая, что происходит, было глупо. Тем более, Кузя, выдержав очередную театральную паузу, закончил:

— Где-то через час подъедет один из ваших мотоциклистов. Новости подвезёт.

Я повёл плечами, — халат затрещал. Опустил взгляд. Розовый банный халат с вышитыми кошечками был явно не моим.

Вокруг раздались сдавленные смешки.

— А знаешь, — с серьёзной миной произнесла Маша, — тебе очень идёт.

— Кузя, — стараясь быть вежливым, процедил я, — разведи всех по комнатам, объясни, что и где.

Потом обвёл тяжёлым взглядом спутников.

— Через два часа встречаемся в столовой.

Спальня опустела. Я скинул злосчастный халат и взял другой, своего размера. Интересно, чей был тот, розовый. Надо у Кузи спросить.

Я подошёл к шкафу со своей старой одеждой. Из его глубины донеслись стоны.

Выхватил Ухнеб из инвентаря. В крайней степени раздражения распахнул дверцы. Внизу, на полке, скорчившись от боли, лежала Чанди. Племянница Кали. Мы с ней прошли дорогой Мудрости, и мир обвенчал нас, не спросив согласия. Мутный от боли взгляд девушки остановился на мне.

— Шатун, помоги.

У меня внутри всё оборвалось. Этот голос я узнаю из миллионов.

Голос моей Надежды.

Передо мной была ещё одна носительница души моей жены.

И сейчас она умирала.

Глава 17

Муркерия

Я осторожно подхватил Чанди на руки и перенёс на кровать. Выглядела она очень плохо. Словно воин после тяжёлого боя. Беглый осмотр ничего не дал — ни ран, ни следов пыток. Дверь распахнулась, и в комнату влетел Кузя. Как хранитель замка он всегда чувствовал появление чужих.

— Быстро приведи Машу! — приказал я.

Чанди продолжала корчиться от боли. Мутная пелена заволакивала знакомые глаза Надежды. В них читался немой укор: «Ну что же ты? Помоги».

Я до боли стиснул зубы. Из груди вырвался глухой рык. Через несколько секунд в комнату вбежали Маша и Кэт. Эльфийка сразу оказалась у кровати. Засветившиеся зелёным руки заскользили вдоль тела Чанди. Наконец с ладоней Маши сорвалась изумрудная волна. Мягко окутала Чанди и впиталась. Та перестала корчиться. Дыхание выровнялось. Она погрузилась в сон.

Несколько долгих секунд эльфийка молчала. Потом медленно подняла на меня глаза. Так целитель смотрит на родных больного, когда понимает, что хороших новостей не будет. Голос Маши звучал непривычно глухо:

— Здесь ничем не поможешь, — она тяжело вздохнула. — На неё наложено проклятие высокого уровня. Я смогла только снять ненадолго боль и усыпить. Всё.

Тут я вспомнил о награде, полученной на Дороге Крови. Раз в год я мог снять любое проклятие полным переливанием крови.

— Сможешь организовать переливание крови между нами? — Я пристально посмотрел на Машу.

Она неуверенно кивнула, но тут же задумчиво подняла глаза к потолку:

— Нужна аппаратура.

Кузя выскочил из комнаты раньше, чем я успел к нему обратиться. Тут подала голос Кэт:

— А кем она тебе приходится?

— Это племянница Кали, — мне показалось, что данный факт плохо объясняет моё дёрганое состояние, и я добавил:

— Мы с ней прошли очень непростой путь и стали хорошими друзьями.

Кэт хотела спросить что-то ещё, но по моему виду поняла — лучше отложить.