Измена. Жена на продажу (СИ) - Венкова Лина

Когда горничные завершают мою причёску, я отпрашиваюсь в дамскую комнату и прошу их присмотреть за Рэймсом. На деле же я мчусь в кабинет к Дирэну, чтобы узнать у него хоть что-то! Но меня останавливает стража у самих дверей.

- Нельзя. Господин принимает гостей, - сурово сообщают они, - велел никого не впускать.

Словно в подтверждение слов стражи я слышу из-за двери смех многочисленных мужчин в кабинете, и звонкий перестук бокалов.

- Я всего на минуту! – умоляюще смотрю на того, кто за последние пару дней впускал меня в этот кабинет раз десять.

Но всё бесполезно.

Бреду обратно к вестибюлю, чтобы вернуться в свои покои, где спит сын, но вдруг останавливаюсь. У деревянных перил, на вершине лестницы, спиной ко мне, стоят двое тех, чьё появление здесь максимально всё объясняет. Один, тот, что повыше – явно Киллиан. Оживленец, как сказала Дженна.

Я ведь должна была рассказать Дирэну о нём, но он заговорил о тёмном боге, и я забыла… Только если Киллиан здесь, значит, Тёмный Драконорождённый явно желает, чтобы он здесь был. Против этого даже Рэн ничего сделать не сможет.

Разве что Рэн задумал что-то, о чём я не догадываюсь? Судя по происходящему вокруг, я пришла к верному выводу.

Киллиан уходит, и я медленно подхожу к тому, кто остался. Снившийся мне в страшных снах Старший Брат Иммолио лишь прищуривает свиные глазки, когда я останавливаюсь рядом с ним.

- Ты всё бегаешь, и никак не убежишь, - спокойно говорит он, без своих вечных похрюкиваний.

- А ты за мной гоняешься, но никак не догонишь, - возвращаю ему насмешку.

Он серьёзнеет, и перестаёт быть похожим на самого себя настолько, что я даже немного пугаюсь.

- Сегодня узнаем. Или ты убежишь… Или я догоню.

Что-то сквозит в его голосе. Понимание чего-то, к чему я всё никак не могу достучаться! Поверить не могу, даже свинорылый Имо знает больше, чем я!

Возвращаюсь в свои покои, где горничные берутся за меня с новыми силами. Я смирно сижу с закрытыми глазами, и даже не спрашиваю у них, из-за чего началась вся эта чехарда. Если даже они что-то и знают, то мне не признаются.

Но мне дико сложно просто вот так бездействовать! Просто невыносимо знать, что за стенами покоев готовится что-то в высшей степени важное, а я даже не могу помочь!

Ближе ко второй половине дня, когда я уже наряжена, украшена и напудрена, а горничные собирают Рэймса – в покои входит Дирэн. На нём праздничный мундир с фалдами, на плечах – эполеты с бахромой. Смаргиваю несколько раз, пытаясь убедиться, что мне не показалось.

Когда он сумел раздобыть военный чин?!

- Бьянка, - Рэн строг, даже когда его взгляд перепрыгивает на Рэймса, - помоги, пожалуйста. Нужно встречать гостей. Спустись в вестибюль. Рэймса я заберу с собой.

- Ура! – сын спрыгивает с пуфика, на котором горничные продержали полдня, - мне надоели эти украшательства! Папочка, пойдём в сад ловить жуков!

Рэйм настолько милый, что даже каменный – а на деле сверхсосредоточенный – взгляд Дирэна смягчается.

- Сегодня не время, - он присаживается рядом с сыном на корточки, и треплет его светлую макушку, - но мы пойдём заниматься мужицкими делами.

- Да! Хочу заниматься мужицкими делами!

Рэн уводит счастливого сына, а я замечаю полные слёз глаза одной из горничных. Она посвятила несколько часов, чтобы уложить непослушные волосы Рэймса, причёсывая их волосок к волоску.

Как и велел Рэн, вскоре я спешу в вестибюль, чтобы исполнить роль хозяйки дома. Давно я этого не делала… Но, когда начинают пребывать первые гости, у меня начинают закрадываться смутные сомнения.

Я знаю многих из них. Например, Старшую Сестру Шанилу из приюта, где я росла. Боги, как же давно я её не видела! Даже не вспоминала о ней. Мне казалось, что та часть моей жизни, что была до рождения Рэймса, отмерла и исчезла.

Да только это не так.

- Бьянка, какой красавицей ты стала! – воркует Шанила, словно это не она когда-то пыталась напоить меня травой-кровянкой, чтобы я потеряла Рэймса, которого тогда ещё носила под сердцем.

- Благодарю, Старшая Сестра, - отвечаю сдержанно.

- Даже возраст тебе к лицу!

Меня неожиданно злит упоминание о возрасте. На себя пусть посмотрит! Мне удаётся смолчать благодаря усилию воли.

Какая-то часть новоприбывших точно друзья или знакомые Рэна. Им я просто киваю, и благодарю их за то, что смогли организоваться, и быстро прибыть на наше торжество.

- В честь чего праздник, милочка? – спрашивает меня одна из дам.

- Это сюрприз! – я изображаю интригующую улыбку, - всё узнаете позднее!

И тут же столбенею, ведь узнаю одну из женщин, выбирающуюся из очередной кареты.

Это Кейли!

Я так рада её видеть, что порываюсь обнять, когда она подходит, но внезапно замечаю нечто тревожное.

- Бьянка, - она вежливо кивает, - рада встрече.

Когда-то она, рискуя собой, показала, что творят в приюте! Но сейчас проходит мимо, как чужая. Только неестественный запах и мертвенная бледность её кожи подсказывают, что на самом деле произошло с Кейли.

От неё пахнет, как от Киллиана. Она оживленец, как и он. А это признак того, что Кейли – слуга Тёмного Драконорождённого.

Видимо, как и все гости здесь.

Застываю от своего неожиданного открытия. Все они, каждый из этих людей, кто мило мне улыбается и снимает шляпу, как-то связаны с тёмным богом!

Первая мысль – Рэймс! Что, если он в опасности? Если кто-то из них захочет причинить ему вред, чтобы шантажировать этим меня или Дирэна?

Вспоминаю, что Рэн сам забрал нашего сына из покоев, и присматривает за ним.

В голове тут же рождается комок страшных мыслей. Они, как змеи, расползаются, и отравляют всё, к чему прикасаются.

«Почему я так просто доверила сына Дирэну? Разве он умеет присматривать за детьми? Да, у него вроде была дочь. Девочка оказалась не его, и он её растил… Но где гарантия, что он знает, что нужно Рэймсу? Что, если сын снова полезет в воду? Или к кому-то из гостей?»

Перед глазами всё мутное. Я даже не слышу, что мне говорит очередная парочка, подплывшая из новой подъехавшей кареты.

- Извините, - прошу у них прощения, неловко отходя к дверям.

Вместо меня остаётся мажордом и пара слуг. А я ныряю в вестибюль, чтобы прийти в себя, и по возможности освежиться. Гости, которых я встречаю по пути в праздничный зал, нарядны и веселы. Они салютуют мне бокалами, и на первый взгляд безмятежны и довольны присутствием здесь.

Но всё явно не так, как кажется. В большинстве из них я узнаю кого-то, кто или бывал в приюте, или каким-то образом имел отношение к Тёмному Драконорождённому.

В какой-то момент в зал входит Дирэн – его приветствуют аплодисментами. Рэн весьма артистично возводит руки вверх, и с улыбкой заявляет:

- Дорогие гости, друзья! Спасибо, что пришли. Последнее время выдалось довольно напряжённым. Отдыхайте, общайтесь! А я пока приготовлю для вас сюрприз, который увенчает окончание нашего вечера!

Ему аплодируют, и я присоединяюсь. Рэн, конечно, хорош. Но где Рэймс?!

- Бьянка! – ко мне подходит Старшая Сестра Шанила, - выглядишь слишком озабоченной. Ты чего? Развлекайся, веселись! Ты же всегда этого от жизни хотела?!

Ко мне на помощь неожиданно приходит Дженна, появившаяся словно из неоткуда.

- Не твоё дело, чего она хотела, - прохладно отвечает ей Дженна вместо меня, - прочь пошла!

- Ты?! – вдруг расширяются глаза Шанилы, - ты та ведьма, её мать?! Я тебя узнала!

Шанила вдруг взрывается хохотом, таким громким, что на неё оглядываются люди. Дженна берёт меня за руку, и сжимает мою ладонь, словно поддерживая меня.

Или она сама ищет поддержки?

- Тогда ты была девчонкой, - продолжает издевательски смеяться Шанила, - но это лицо я запомнила навсегда. Как ты кричала, когда я унесла её малюткой! Тупая клуша… Ты и тогда ею была!

Дженна застывает, и так сильно сжимает мою ладонь, что хочется закричать! Но я терплю. Я чувствую её боль – боль матери, у которой отняли драгоценного ребёнка. Мне даже мысленно не хочется примерять это на себя, но я всё равно примеряю. Представляю, как однажды не нахожу Реймса в его постели…