Волчий клан (СИ) - Муллагалеев Валерий

— Барон Рыков, господин Тиноватов — это не слова. Был еще и один дикий волколак, который вздумал перейти мне дорогу. Ты слышал фразу «волк — санитар леса»? В последнее время я ощущаю себя именно так.

— Порядок ты наводишь, да, хоть и методы твои радикальны. Но я к тому, что на двух стульях не усидишь.

— И не пытаюсь. Я поставил рядом собственный стул. Пока он небольшой, но стоит крепко.

Я не стал уточнять, что в будущем вижу Волчий клан во главе Державы. Вот это действительно прозвучало бы голословно. Пока что.

— Да уж, амбиций тебе не занимать, Лютиков. Первый раз вижу такого наглого служилого дворянина. Да еще и волколака.

— Ну так что? Ты согласен на мое правление Красными Родниками?

Свиридом помолчал, а потом сказал:

— В будущем я могу пожалеть о своем решении.

— Или наоборот.

Больше я ничего не говорил, оставив его один на один с его мыслями.

— Если я это сделаю, ты дашь гарантию, что никогда не выступишь против рода Свиридовых и наших владений?

Я ожидал от него чего-то подобного. Хорошо, что он не стал выдвигать условием лояльность Державе, иначе мне пришлось бы отказаться — юлить я не привык и к своим обещаниям относился серьезно. Союзником Свиридов был непростым, но зарекомендовал себя достойным человеком, хоть и один из магов.

— Да, Гурий Аркадьевич, это я могу обещать.

— Хорошо. Если получишь титул барона, я отдам тебе волость. Но пока что это неофициальное соглашение.

— Твоего слова мне достаточно.

Завтрак закончили в тишине. Каждый размышлял о своем.

Насколько я знал, барон — это высший титул, на который может рассчитывать служилый дворянин. Графьями и уж тем более князьями могли быть только маги, так называемые аристократы. Но так далеко я не загадывал — сейчас следовало сосредоточиться на текущем этапе, и путь к этому лежал через Канцелярию.

— Кстати, — сказал я. — Сколько я тебе должен за вино?

Свиридов отвлекся от дум и переспросил:

— Какое вино?

— Когда я превратился, то выжрал у тебя в подвале бочонок вина.

— Ерунда, — отмахнулся он.

— Я настаиваю. Я уеду надолго и не хочу все это время оставаться должником. Давай подсчитаем ущерб, который я нанес. Вино, двери…

— Сто семнадцать рублей и восемьдесят копеек. Цепь и работа кузнеца не включены, это была моя инициатива для защиты города.

Я хохотнул.

— Ты что, уже все подсчитал?

— Разумеется, — тонко улыбнулся Свиридов.

Мы поднялись в кабинет, я сходил за рюкзаком. Когда я полез внутрь, чтобы отсчитать нужную сумму, то снова кольнула чуйка. Я проверил, все ли вещи на месте, и замер. Конверта с рекомендацией в Тайную канцелярию не было.

— Свиридов, — сказал я. — Кто трогал мои вещи?

Он нахмурился.

— Никто. Я лично перенес их в кабинет из подвала, а потом отдал тебе. А в чем, собственно, дело?

— Рекомендация в Канцелярию пропала.

— Брось, этого не может быть. У меня в доме воров нет, да и кому нужны твои личные документы? Дворецкому? Посмотри внимательнее.

Я не стал смотреть. Вместо этого наклонился над рюкзаком и втянул носом воздух. В человеческом обличье обоняние не могло сравниться с волчьим, но я все же учуял то, чего опасался.

Небольсин был ранен, поэтому запах его отпечатался достаточно сильно.

Я поднял на Свиридова тяжелый взгляд.

— Что? — спросил он.

— Небольсин рылся в моих вещах и спер рекомендацию.

Свиридов рывком поднялся с кресла.

— Уверен?

— Мой нюх не врет. Если хочешь, могу превратиться и перепроверить.

— Не надо, — передернул плечами Свиридов. — Если так, то… Гм, он действительно оставался в кабинете один, когда я искал ему эликсир жизни. Вот гнида!

— Ты ему что-то рассказывал обо мне?

— В общих словах. Когда он докладывал о Рыкове, то упомянул, что встретил на дороге тебя. Я ответил, что в курсе о тебе, завязался разговор…

— Что именно ты сказал? Я имею в виду, на основании чего он мог полезть в мои вещи?

Свиридов молчал, прикусив ноготь указательного пальца. Я помнил этот его жест, означающий сосредоточенную задумчивость, поэтому не торопил с ответом. Однако когда прошла целая минута, я не выдержал:

— Думай вслух! Какие-то детали могут тебе показаться незначительными, а для меня важными.

— Я теряюсь в догадках, Лютиков. Сначала я решил, что причина в том, что ты волколак, а Небольсин на них, гм, собаку съел. Он курировал Рыкова, вот и тебя решил проверить… Но все равно его поведение слишком подозрительно. Он копался в твоих вещах, будучи в моем доме. Подставил меня!

— Ты упомянул, что не ладишь с магами Огня…

— Но не настолько же! Это вопиющее нарушение любых правил. Нормальные аристократы так не поступают.

— Может, он решил, что вещи волколака не считаются?

— Да все равно это мой, блядь, дом! — воскликнул Свиридов, и в его голосе я почувствовал секущий ледяной ветер. — А я этому гаду еще и эликсир подарил! Нет, дело тут нечисто, Лютиков. Признавайся, ты мне что-то недоговариваешь? Ты как-то насолил Небольсину, что он решился на преступление?

— Думаю, что насолил, — задумчиво проговорил я.

— Ага! И что же ты сделал?

— Ты знаешь, что. Убил волколака Рыкова.

— И?.. — не понял Свиридов.

— Сдается мне, Небольсин этого не хотел.

Свиридов зажмурился и помотал головой, золотые волосы выбились из аккуратного хвоста и упали на лицо.

— Что ты несешь? Бороться с волколаками — долг Небольсина как куратора. Да и откуда он мог знать, что ты справишься?

Последний вопрос заставил меня задуматься глубже.

— Может, он полез в мои вещи, считая меня уже мертвецом… В таком случае ты бы и не узнал о пропаже. Но я думаю, что дело в другом. Он не хотел, чтобы я увидел, во что превратился Рыков.

— Почему? — уже спокойнее спросил Свиридов, пригладив волосы.

— Потому что я сам волколак и обязательно замечу один нюанс. Помнишь, я показывал тебе звено цепи?

— Ну.

— Эта цепь сдерживала волколака, но вместе с тем и не давала ему погибнуть. Я думаю, Небольсин проводил тайные эксперименты и преследовал иные цели, нежели курирование барона Рыкова.

— Продолжай, — сказал Свиридов.

— Я думал, ты продолжишь. Мои предположения на этом обрываются. Ясно, что во мне Небольсин увидел угрозу своим планам и ударил в самое уязвимое место, какое только нашел. При нашем разговоре он думал, что я из Канцелярии, а когда увидел рекомендацию, то понял, что мою карьеру можно загубить на корню.

— Хм. Напомни, кто писал рекомендацию?

— Корнилий Рюмин, мой ротный маг-куратор.

— Припоминаю его, пересекался пару раз. Эксцентричный тип, впрочем, как и все из дома Огня. Но опять же — Небольсин своей кражей еще и против Рюминых выступил. Пусть заочно, но все же. Это охренеть как странно, Георгий.

— Ладно. Покончим с болтовней, нужно решать проблему. Скажи, ты можешь написать мне такую же рекомендацию?

— С ума сошел? Не та юрисдикция. Рюмин — военный маг-куратор, и ты был под его началом. Я же занимаюсь градоуправлением и к тебе вообще никаким боком. Можешь запросить копию у Рюмина.

Я усмехнулся. Дохлый номер! После того как мы с Инессой выпустили волколака из клетки, Рюмин уже пожалел, что написал мне рекомендацию. Я вспомнил, как ранее он принял решение о моей судьбе, подкинув монетку. Вот уж он поглумится, если я вернусь к нему и скажу, что «потерял» рекомендацию!

Конечно, есть вариант воспользоваться расположением Инессы и надавить на Рюмина, но Инессу я хотел использовать только по прямому назначению для взаимного удовольствия. Нечего впрягать даму в решение своих проблем.

Кроме того, копия рекомендации не решала вопрос с Небольсиным. Он забрал ее, чтобы использовать против меня. Перебьет рекомендацию своим словом в Канцелярии? Или использует как компромат против Рюминых? Или сможет снять магическую печать самостоятельно и узнает обо мне и роде Лютиковых всю информацию?

Последнее казалось наиболее безобидным. Но учитывая то, что я не знал, кто стоит за Небольсиным, это тоже ни фига не утешало. Достаточно вспомнить проект «Черная земля».