Хакер в другом мире: Революция (СИ) - Север Евгений

— Солдаты и офицеры армии Эйсмара! Так-то вы приветствуете своего короля?

* * *

Шухов на пару с Рокстаром находились в тени широких внутренних колон административного здания, контролируя обстановку вокруг. Несмотря на то, что наёмники своё дело знали и прикрывали тушку бывшего правителя буквально ото всех, Вильям всё же настоял на том, чтобы лично спуститься с дирижабля и контролировать своих людей, несмотря на возражения хакера. Парень резонно опасался, что если (не дай бог) что-нибудь пойдёт не так и начнётся бойня, давно растерявший всякие боевые навыки руководитель наёмников просто останется лежать на поле боя холодным трупом. И хрен его знает, каким образом потом продолжать удерживать под контролем всю эту жадную до денег банду сволочей, что понимает только язык золота и силы. Суть в том, что сам Рокстар конечно откаты брал, однако рядом с Артёмом он стоял не потому что тот ему платил. И если Шухова эта черта в нём привлекала, то всех остальных это изрядно пугало. Те, кто привык видеть мир серым, не разделяя его на цвета, не могли поверить, понять и принять, что есть люди в корне от них отличающиеся. Серость, в массе своей не приемлет тех, чьи мотивы не удаётся просчитать оперируя понятиями денег, власти, и похоти.

Три столпа, на которых зиждется мир.

Люди очень просты. Они не любят непредсказуемости. В нашем мире каждый знает что будет с восьми до пяти и что будет после шести. И если возникает непреодолимая сила обстоятельств, мало кто пытается с ней тягаться. В целом, людям абсолютно безразличны и добро и зло, и бог и чёрт, если конкретно их это не касается. Но есть и особенные персонажи. На этой планете живут и те, для кого мир очень четко делится на свет и тьму… если смотреть на всё их глазами, конечно же. Таких обычно чувствуешь. Их не сложно определить, даже в толпе. Всегда будут знаки. Странные фразы. Непонятные мимолётные взгляды.

Именно такими людьми были и скрывающиеся сейчас в тени колонны Шухов и Рокстар. Молча слушавшие речь Персеваля, что распалялся перед местным военным гарнизоном всё больше и больше, эмоционально рассказывая им как его «о-боже-обманули-и-предали-высшие-аристократы», два командира мыслями находились каждый в своём мире, лишь глазами мониторя обстановку. Одного из них подчинённые опасались за то, что он не предал собственную честь, поставленный когда-то перед выбором, а второго откровенно боялись за жестокий и холодный разум, способный жертвовать даже самим собой ради смутной и непонятной мечты.

Как понять, кто завтра станет мишенью для таких людей?

— Трюк с твоим заклинанием, скрывающим присутствие, был хорош. Признаю, — решил выйти из молчаливого стазиса Вильям, обращаясь к младшему товарищу. — Могли все на той крыше остаться.

— Прекрати уже называть мои заклинания трюками, — сжал переносицу Шухов. — Мы бы могли использовать подобное чаще, если б не твои ссыкловатые воители.

— Их можно понять, — развёл руками бывший военный. — Свой нож ближе к телу.

В ответ на эту маньяческую мудрость, Артём лишь плюнул на пол в сердцах.

— Во заливает, а? — продолжил Рокстар, слушая речи Арагвейна. — И ведь слушают же его. А главное — верят!

— Тем лучше для нас, — неопределённо провёл рукой по воздуху хакер. — Скоро они ему ещё и в жертву кого-нибудь принесут, вот увидишь.

— Главное — чтоб не нас.

— Не. Пока рано. Он ещё не настолько силён.

… А тем временем, под балконом городской ратуши, толпа военных, вперемешку с гражданскими, во все глаза смотрели та того, кого раньше видели лишь на картинах. Слушали слова о лести и лжи, о предательстве и спасении, о новом союзнике. И конечно же — о необходимости мести. По прошествии полутора часов громогласных лозунгов и речей, люди, стоявшие внизу аплодировали своему королю, а те, кто был облачён в форменное обмундирование, выкрикивали знакомые и опасные лозунги.

— Не зря столько лет правил страной, — произнесла фигура, стоявшая во тьме, за спиной Персеваля третьего.

— Ни прибавить, ни отнять, — вторила ей другая, попутно засовывая руки в карманы своего плаща.

* * *

В то время, как лидер сопротивления развлекал себя полётами на дирижабле вместе с бывшим королём, на карте страны появилась точка, события в которой развивались по непредвиденному никем сценарию. Наихудшему из возможных. То, чего хакер всеми силами пытался избежать, всё же случилось и смертельная спираль снова начала набирать обороты.

Мордок — город среди степей, славился своими бескрайними полями зерна самых разных видов и мастей. Без преувеличения можно сказать, что хлеб, производимый здесь, кормил едва ли не четверть всей страны. Издавна самым прибыльным бизнесом здесь являлось владение элеваторами и ветряными мельницами, что позволяли произвести полный цикл обработки зерна и получить муку.

Орудующие в городе отряды Рагнара, получив от штаба приказ прекратить боевые действия и залечь на дно, противиться воле центра не стали, исполнив указание в точности и засев в глухое подполье. Казалось бы — ситуация в Мордоке после этого должна прийти в норму и оставшиеся в живых вояки наконец могли вздохнуть спокойно. Но не тут-то было. Верховный совет, пытаясь стабилизировать положение с восстанием в Эйсмаре, разослал в крупные гарнизоны гонцов с запечатанными конвертами. Если говорить о содержимом этих записок коротко, то основной посыл был в том, чтобы города выделили часть войск для присоединения их к военному контингенту, готовящемуся к походу на северные леса, а так же всем офицерам среднего звена, с текущего момента, выдаются самые широкие полномочия для поиска и устранения шпионов и сочувствующих Красной армии. Новая власть дала исключительные права на применение насилия ко всем, кто хоть как-то казался подозрительным.

Именно последний пункт и стал камнем преткновения будущих событий. Первые несколько дней, после ухода сопротивления в режим ожидания, Мордок пережил спокойно. Но как только до офицеров дошло, что постоянные атаки прекратились, и город снова под контролем армии, на улицах начались облавы. Людей хватали средь бела дня просто за косой взгляд в сторону военных патрулей, избивали и тащили в местную тюрьму на дознание. Шпионов и провокаторов сопротивления видели буквально везде, ибо во время прошлых стычек с партизанами, население не сильно спешило доносить в органы правопорядка где скрываются преступники.

Слухи о задержаниях и облавах распространились по городу со скоростью пожара. Люди старались не выходить на главные улицы, пробираясь в пункты назначения окольными путями, и не попадаться на глаза патрулям. Помогало это правда не сильно, ибо стражники находились почти на каждом ключевом перекрёстке поселения, на каждой развилке, миновать которые было невозможно. Тюрьма под главным фортом Мордока заполнилась очень быстро.

Здесь всё и началось.

Дело в том, что в отличии от Роуэна, где гарнизоны периодически менялись чтобы охранять тюрьму на рудниках, в городе среди степей ситуация была полностью противоположной. Почти все военные были местными, имеющими в городе дома, семьи и родственников. И когда обычные солдаты и офицеры стали находить в катакомбах за решётками своих близких, мучающихся от голода и жажды, у людей в форме стали появляться серьёзные вопросы к происходящему. Начались конфликты, перерастающие в драки между военными. Дисциплина серьёзно пошатнулась. Солдаты, в нарушение всех приказов, начали массово выпускать из заточения своих родственников и знакомых, плюя на крики дежурных офицеров. Никакие угрозы на них не действовали. Дошло до того, что особо ретивых командиров разоружали и самих бросали в карцер.

Обвиняя друг друга, военный гарнизон города постепенно погружался в неуправляемый хаос и анархию.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения, стала одна из холодных ночей, когда звёзды в небе были отчётливо видны, не укрываясь за серыми, тяжёлыми облаками. С вечера, перед цитаделью города, начали собираться горожане, требуя отпустить их семьи, родственников и друзей. Люди пришли без оружия, но держа плакаты, наскоро сбитые из палок и белых тряпок с надписями. Сначала протестующих было от силы человек сто. Но чем больше время шло, тем больше их становилось. К вечернему митингу начали подключаться и те, кого просто достали ежедневные проверки и страх оказаться за решёткой. Так сотня превратилась в тысячу. А тысяча в десять тысяч. Протестующие, что не помещались на площади, стояли на улицах примыкающих к ней, издали глядя на стены древнего форта. Ближние ряды скандировали лозунги вроде: «Свободу честным», «Мы тоже люди», «Хватит нас убивать».