Темный бог академии (СИ) - Руд София

Меня тоже не устраивает, что в последнее время в мою сторону идут какие-то непонятные взгляды и обвинения.

— Не стала бы? — Иша не спрашивает, она упрекает.

Скрещивает руки на груди.

— Я только что сама узнала.

— И с чего вдруг куратор Сэйхар решил стать твоим наставником? — тон Иши наконец-то меняется.

Претензия во взгляде сменяется на любопытство, смешанное с подозрением.

— Возможно, потому, что я его об этом попросила, — резонно отвечаю подруге.

— А зачем ты попросила? Нет, стой! Куда больше мне интерсено, почему он согласился. Это же бессмысленно! У тебя всего одно кольцо! — выпаливает Иша с негодованием.

Но я не отвечаю. В горле застряет горький колючий ком.

— Яра… Я не… — спохватывается Иша.

Видимо, понимает, что сболтнула лишнее. Но слово не воробей.

— Я ожидала услышать это от каждого в этой академии, но не от тебя, — говорю подруге то, что на душе. — Что с тобой происходит в последнее время? Ты ведь злишься на меня, но не признаешься.

— Была бы ты внимательнее, сама бы поняла, — обиженно бубнит в ответ.

С дружбой мне по жизни не везло. Точнее те, кого я считала своими первым друзьями, разбежались, когда я «заболела». Когда появились видения, а после отравления волосы стали седыми и глаза изменили цвет. С тех пор я была изгоем даже в Параме.

Иша первая, кто так долго был рядом. Первая, кто не отказалась в меня даже в моменты опасности. Она могла сто раз перейти на сторону Рузанны, но согласилась на роль двойного шпиона.

И нет, дело вовсе не в остром уме и просчитывании выгоды на три хода вперед. Иша старательная, но хитрость и смекалка не ее конек. А вот мне стоило сообразить раньше.

— Тебе нравится куратор Ранд? — спрашиваю у подруги.

Иша сглатывает и смотрит угрожающе.

— Ты ведь понимаешь, что таким, как мы нет места возле выходцев из высшего общества. А если есть, то возле ног, грязной и поруганной, — напоминаю подруге то, что она и так знает.

— Я в курсе. Потому и молчала. Но одно дело смотреть, как мужчина, который тебе нравится, выбирает спутницу из своего круга. Другое, когда с ним сближается кто-то подобный мне, вопреки правилам, Яра!

— Я стала ученицей, а не возлюбленной. Это разное, Иша.

— Правда? Думаешь, он взял тебя из-за твоей исключительной магии одного кольца? — хмыкает она со злостью, а в глазах блестят слезы.

— Нет. Не из-за этого, — приходится признаться, чтобы вернуть доверие подруги. — У него тоже есть какая-то выгода.

— И какая же?

— Этого я еще не поняла. Но я лишь инструмент, Иша. И согласилась на эту роль, чтобы выжить и остаться в академии, — каждое слово говорю от сердца, а Иша усмехнувшись, отворачивается.

— Ну да, Яра Шторм только и умеет, что выживать. Притом делаешь ты это так, что вся академия гудит. И куратора Сэйхара себе в наставники заполучила, и сам наследник Святых по твою душу сейчас явился. И не говори, что это не так, Яра!

Молчу, потому что здесь мне возразить нечего.

— Знаешь, я одного не пойму, что в тебе такого особенно? Ты ведь…

— Стой, Иша, — перебиваю подругу. Пока еще подругу. — Не говори сгоряча то, о чем потом можешь пожалеть.

— Не пожалею. Ты защитила меня во время отбора. Я отдала тебе долг возмездием над Рузанной. Больше мы ничего друг другу не должны. Так что, дальше давай каждая пойдет своей дорогой!

Слова бьют больнее кнута.

— Ты… в самом деле, хочешь все вот так закончить⁈ Из-за куратора Сэйхара? — с трудом выдавливаю из себя вопрос. Горло сдавило, глаза начинает щипать. — Мы ведь столько всего прошли вместе. Мы живем в одной комнате. Нам теперь делать вид, что не знаем друг друга? Одно дело, если бы я намерено тебя огорчила, но это…

— Тогда откажись. Откажись быть ученицей! — требует Иша. — Если наша дружба для тебя хоть что-то значит.

Так тихо в моей голове еще не было. Отвожу взгляд в сторону — не хочу, чтобы Иша видела, как по щеке катится слеза.

Глупая. Она идет на поводу эмоций. Она пожалеет об этом. Но я со своим характером тоже не подарок. Не умею прощать. Мама с папой даже прозвище мне дали «Упрямая госпожа-обидка».

— По правилам не могу, Иша.

— Или не хочешь…

— Достаточно. Давай обе остынем, пока окончально все не разрушилось! — прошу ее.

Но натыкаюсь на взгляд, в котором уже отражено решение.

Так просто. Одним щелчком. Сказать прощай пусть и недолгой, но искренней дружбе. Хотя какая дружба не проходит испытания огнем? Наше, видимо, началось. И теперь от каждой зависит, к какому итогу все приведет.

Иша возвращается к толпе. Но ни куратор Ранд, ни кто-то другой не возвращаются. Когда звенит колокол, мы просто складываем весь инвентарь в корзину и идем в раздевалку. Стоит ли говорить, как сложно не общаться с тем, кто всегда был тебе как сестра?

Ком в горле становится больше. Горечь во рту не исчезает даже за ужином, который я провожу в полном одиночестве за столом. Адепты, видя, что Иша выбрала себе другое место, снова начинают коситься и шептаться.

Плевать.

Не доев и половины тарелки, ухожу в комнату. В комнату, в которую скоро тоже придет соседка. И мы обе будем молчать, как рыбы. Как незнакомки. Как враги.

Уставшая от «веселой» жизнь ложусь на кровать поверх покрывала и даже не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь от громкого стука, — нет, — скорее грохота в дверь. Открываю глаза и вместо красок алого заката наблюдаю серый рассвет.

Иша тоже подскакивает. Она в отличие от меня переоделась и расправила кровать. А вот я без одеяла замерла, и форму по своей же глупости умудрилась память.

Грохот раздается снова. Иша угрюмо смотрит на меня. Поднимаюсь, подхожу к двери.

— Кто?

— Приказ ректора. Открывайте! — голос из-за двери строгий и громкий.

Кидаю взгляд на Ишу, чтобы прикрылась одеялом — в ночной сорочке же лежит, и после открываю дверь.

На пороге стоит молодой рыжий мужчина в черной мантии куратора. Не знаю его имени, но, кажется, он ведет боевую подготовку у третьего курса.

— Кто из вас Яра Шторм? — спрашивает он.

— Я, — отвечаю мужчине.

Хотя уверена, глянув на мои волосы, он уже понял, по чью душу пришел. «Слава» моя на всю академию уже разрослась.

— Собирайте все самое необходимое, адептка Шторм, и немедленно следуйте за мной. У вас пять минут.

Глава 42

Приказ

— Куда собираться? — спрашиваю я.

Иша подскакивает с постели с тем же вопросом, позабыв про то, в каком виде находится.

— Мне велено сопроводить. Остальное узнаете на месте. И вот, — куратор протягивает внушительный сверток размером с два арбуза. — Наденьте это, адептка Шторм.

Сует хрустящий сверток мне в руки и закрывает перед носом дверь.

— Что там? Что в свертке? — спрашивает Иша.

Мне непонятно — это просто любопытство либо же тревога, которую она пытается скрыть. Терять единственную подругу, тем более из-за мужчины, даже если бы у меня был к нему интерес, совершенно не хочется.

Кладу сверток на кровать и открываю.

— Ничего себе! — выпаливает Иша, глядя на боевую форму.

И не просто тренировочную, а с лиловым плащом, который выдают старшекурсникам, и ботинками с толстой подошвой.

— Это как понимать? — недоумевает подруга.

У меня тот же вопрос в голове, но ответов нет.

Время поджимает, приходится быстро облачится в то, во что дали. А здесь еще больше ремешков, исписанных защитными рунами, чем на обычной тренировочной форме.

Стук в дверь подгоняет. Наспех зашнуровываю ботинки и принимаюсь закидывать в сумку все самое необходимое, включая камертон и лекарство возвращения памяти, которое для меня сварил профессор Ривз. Его нужно пить каждый вечер и не пропускать часы приема.

— Адептка Шторм, семь минут! — раздается грозный голос за дверью.

Хватаю сумку, лечу к выходу, но застываю в последнюю секунду.

— Береги себя, — прошу Ишу, наплевав на все разногласия.