Но я не княжна! (СИ) - Ксения Васёва

— Что это значит?! — я сорвалась на истеричный крик. Попыталась встать, но неведомая сила придавила меня к земле. Чудесно, просто чудесно!

— Я сентиментален. Ясмина помогла мне, и я хотел сделать её своей императрицей. Но старая любовь не ржавеет, и дурочка осталась верна воеводе. Что же, пусть идёт на все четыре стороны. У неё мало времени, Таша. Я не убил, но заставил душу покинуть тело. Без души, как ты понимаешь, тело долго не протянет, поэтому советую поспешить. Отдай мне кадо добровольно — и я пощажу вас.

Отдать кадо ему? Он хочет кошку Астру?

Внутри зашевелилась паника — и она принадлежала не одной мне. Астра клубочком свернулась в моей груди, она боялась!

— Как ты намерен получить кадо?! — в душе зажгло. Вокруг деревья и белые сугробы, никаких следов людей. Если Астра не добежала до Микушки, то нас хватятся только к утру — то есть, в ближайшее время. Но сколько им понадобится часов, чтобы найти нас?!

Найдут ли вообще?..

— Ты передашь мне кадо, — Иса поднялся. — Древнее чудовище, которые подчинилось человеку. Кадо нельзя убить, оно может принять любой облик, убить человека или даже душу! Носителя кадо нельзя отравить или соврать ему. Это идеальный партнёр, чтобы свергнуть Лесовского! Кадо глубоко плевать на силу светоча, у него иная природа! Понимаешь?! С кадо я получу трон! Ладно. Я сегодня великодушен. Спрашивай.

Я покосилась на Ясмину. Подруга бледнела с каждой минутой, но пока была жива. Души висели на концах лучей как прибитые. Я скорее почувствовала, чем поняла — их держали амулеты.

Вопросов было множество. Проще попросить Ису рассказать с нуля. Впрочем, одна догадка у меня имелась.

— Ты ведь не сам это подготовил, верно? Когда умерла Олёна, ты был ещё ребёнком!

Он картинно поклонился.

— С Олёны всё и началось. Видишь ли, Олёна не сгорела. Я понятия не имею, каким чудом она выжила, но на следующий день мать привела её. Моя матушка была лекаркой у царевен. Олёна не сгорела, но её разум заснул навсегда. Она жила у нас на чердаке, убить её не поднималась рука. Но однажды Олёна куда-то целенаправленно пошла. Я последовал за ней и познакомился с очень интересным человеком. Человеком, который побывал в тайном архиве Радемира! Он рассказал мне про кадо, ритуал и то, что моя мать грела постель царевичу Василю. Трон, который получил Лесовской, также принадлежит и мне!

Но попробуй, забери его у Лесовского.

К счастью, Иса не слышал моих мыслей.

— Но для ритуала передачи кадо требуются особые души-аномалии. Каждая девица перед смертью указывала на следующую жертву. Олёна указала на Мариан — и померла. Мариан, папочкина любимица, обожала тайные ритуалы и знания! Она помогла мне, призвала носителя кадо, но... Мерзавка решила отдать кадо этому Руду Черных! Я быстро расправился с ней! Перед смертью Мариан бормотала: "вещунья"! Митка была заодно со нами, но тоже захотела себе кадо! Вещунья попыталась сделать жертвой меня, но проиграла, — у мальчика аж губки задрожали от такой несправедливости. Меня передёрнуло.

— А Павла-то было не жалко? Ведь ты учился у него!

— Не жалко, — в глазах Исы плавал жуткий ледяной огонь, — он догадался про Мариан! Не знаю, где я прокололся, но мастер меня вывел! Не лез бы в чужие дела — остался б жив!

— А Ясмина или Сиренка? — поторопила я. — Кто из них был жертвой?

— Обе подходили, — Иса с жалостью поглядел на Ясмину, — Митку вызывали уже в пентаграмме. Она назвала имя Сиренки, но в первый раз Митка пришла к вашему дому! У Ясмины непростая судьба — она много взлетала и падала. Я собирался убить именно Сиренку, но помешал язычник. Опять ж, всё к лучшему — ради живой Ясмины ты постраешь, Ташенька! Пока не закончится ритуал, вы обе не выйдете из круга. Давай не будем тянуть!

Однако начать не получилось — топот копыт мы услышали задолго до появления всадников. Иса заметался, но неоновые линии пентаграммы не выпускали его. У лекаря имелся свой отряд, но прибывших на поляну людей было заметно больше.

— Как они догадались?! — прошипел горе-царевич. — Я же подготовился. Всё должно было пройти без шума! — и уже мне. — Закончим разговоры, девка! Отдавай мне кадо, иначе Ясмина умрёт!

— Таша! Ясмина! — ко мне уже бежали мужчины. Молодцы в отряде Исы, видя численный перевес, ушли за пентаграмму. Язычники отца и послы Вольские взяли их на прицел.

Но... камешек, который Микуша запустил в пентаграмму, отскочил обратно. В отчаянии я застонала. Была надежда, что Иса лжёт, но похоже, выхода действительно нет.

— Что с Ясминой?! — воевода догнал моего отца и Микушку. За ними спешились Руд с Авдеем.

— Сдохнет твоя Ясмина, — зло возвестил Иса, теряя своё игривое великодушие, — если Таша не отдаст мне кадо! Ну же, девка! У тебя минута, чтобы спасти подружку!

— Кадо?! — аж ощерился Микушка, единственный, кто понял лекаря. — Помилуй, Таша, где ты взяла кадо?!!

— Да уже неважно! — мой голос сбился до хрипоты. Я теряла Ясмину! Её жизнь утекала — в пентаграмме близость Мары была особенно острой. Но как я могу расстаться с Астрой?! Кошка, Ясмина и Микуша — это мой хрупкий мир, как его можно разделить?!

— Забирай, — не хотела, но слёзы потекли, — что я должна сделать?!

Иса с кривой улыбочкой разбил склянку с чем-то алым — и линии пентраммы покраснели.

— Кровь Радемира. Кровь светоча — самый лучший проводник, не зря царь хранил её в артефакте. Повторяй: "Я передаю часть души своей, кадо, новому носителю. Тому, кто есть кровь от этой крови, что даёт дорогу, Исе Радиславичу!"

На первых же словах из меня словно душу вынули. Нет. Не словно. Четыре девицы вели к Исе мою копию. Три безмолвные, и лишь одна повернула голову.

"Кровь" — прочитала я по губам вещуньи. Что — кровь?! Кровь вела к Исе! Кто есть кровь от крови... Так!

Но ведь кровь не Исы, а Радемира.

Мысли лихорадочно заметались. Цена ошибки будет велика. Перед глазми промелькнул вчерашний день, когда я утешала Ясмину. Я обещала ей, что всё наладится.

Но пусть Астра уйдёт к достойному. Ведь это всё равно завершит ритуал.

Скороговорокой выпалила слова, завершив их:

— Микаилу Лесовскому! — прокричала я.

Иса впал в ступор, а девицы повернулись и повели Астру к собравшимся мужчинам. Но почему?!.. По моим расчётам, они должны были взмыть в небо или телепортироваться на худой конец!

Но они подвели Астру к Микушке.

— Прими же кадо, избранный! — произнёс хор замогильных голосов. В рядах противника началась нехилая паника, да и наши молодцы малость охренели.

Все смотрели на Микушку. На Микаила.

Я прикрыла глаза.

— Не принимаю, — чётко ответил тот, — пусть возвращается к хозяйке и служит ей верой и правдой. Да будет так.

— Да будет так, — эхом повторили души.

И меня вышибло из пентаграммы.

Я пролетела несколько метров по снегу и застряла в сугробе. Господи, какое непередаваемое ощущение, когда ты вновь целая! Астра!

Изнутри донеслось гневное клокотание и обида. Но эйфория, охватившая меня, понемногу передалась и кадо. Мы же одно целое. Мы обе полюбили Ясмину и не могли допустить её смерть!

Надеюсь, что не допустили.

Чьи-то сильные руки вытащили меня из сугроба.

— Руд! Этот Иса нужен живым. Если получится взять других пленных — берите. Справитесь, князья? — Микуша глянул сначала на моего отца, потом на Авдея. Те поочерёдно кивнули. Опять та же странность — голос Микуши, а интонации чужие. — Отлично. Как закончите, жду с отчётом.

Минуя отряды, мы направились к лошадям. За нами шёл воевода, нежно прижимающий к себе Ясмину. В мире мёртвых подруги не было — и это внушало оптимизм.

Неужели всё обошлось?..

Я подняла глаза на Микушу и внезапно осознала: ничего не обошлось. Мой персональный ад наступит позже.

Эпилог

— Что с моей дочерью?! Почему она не приходит в себя?! — рычал отец где-то на грани сознания.

— Ритуал вытянул из неё много сил, — Ясмина. Судя по тону, усталая, но живая. — Она скоро очнётся, князь.