Старый лекарь слегка улыбнулся на его реакцию и покачал головой.
— Ваша светлость, я преданно служу вашему роду уже двадцать лет, — ответил он, многозначительно взглянув на меня. — Ошибка возможна в составе успокоительного отвара, но в подобных вопросах — никогда. Леди Алана действительно носит под сердцем дитя. Срок совсем маленький, месяца два, но сомнений быть не может.
Я взглянула на застывшего Вэллиана, стоящего рядом и глядящего на меня с таким трепетом, словно перед ним было величайшее сокровище всей его жизни. Его глаза буквально светились живым драконьим золотым огнём, до краёв наполненным нежностью и искренней любовью.
Деликатно кашлянув, лекарь прервал воцарившееся молчание.
— Пожалуй, я оставлю вас, — произнес он, строго взглянув на меня. — Однако, госпожа, в вашем состоянии необходим абсолютный покой. Никаких поездок и тяжелых нагрузок. И главное, — он покосился на Вэллиана и обратился уже к нему, — оберегайте её от стрессов.
— Окружу её заботой, — незамедлительно заверил Вэллиан с непреклонной решимостью, заставляя меня невольно улыбнуться. — Я не допущу, чтобы мою жену хоть что-то потревожило.
— Откуда у тебя такая уверенность? — спросила я, слегка отстранившись и заглядывая в его глаза.
Вэллиан не спеша распахнул рубашку и продемонстрировал свою грудь. Я изумлённо замерла, увидев, что золотистое свечение узора, которое ещё недавно так ярко пульсировало, сейчас полностью перечеркнуло старый шрам, с черными, словно опаленными краями. На его месте виднелся лишь едва заметный след, напоминающий бледный, почти исчезнувший шрам. Да и тот постепенно таял, словно кто-то стирал следы его присутствия.
— Всё дело в метке истинности, — тихо, но уверенно произнёс Вэллиан. — Её сила превосходит любое, даже самое тёмное проклятие. Когда ты лишилась чувств, и мной овладел дикий страх потерять тебя навсегда, я возносил мольбы ко всем богам, умоляя лишь о том, чтобы ты выжила и осталась со мной. Я не могу представить даже дня без тебя, Алана! И небеса услышали меня. — Он нежно коснулся моей щеки. — Наша истинная связь разрушила оковы древнего проклятия, Алана. Теперь я окончательно свободен.
— Значит, мне не нужно тебя отпускать? — тихо спросила я. — И мы можем быть вместе?
Я понимала, что вопрос звучит глупо, но не могла его не задать, слишком уж было невероятным такое чудесное исцеление.
— Ни за что, — он наклонился и бережно, едва ощутимо поцеловал меня. — Ты моя, Алана. И я не позволю тебе уйти!
Все постепенно складывалось в одну картину. Он чуть не потерял меня, когда я настаивала на разводе, а потом упала без чувств и не дышала. Вэллиан был уверен, что всё кончено, и он теряет меня. Видимо, именно тогда проклятье и пошатнулось. Стоило ему стать слабее, тогда сразу между нами вспыхнула истинная связь, которой больше ничего не мешало. И метка истинности уничтожила самые последние остатки старого проклятья…
Я не смела верить самой себе и своим глазам.
— А как же леди Катрин? — неожиданно вспомнив об истории с девушкой, поинтересовалась я. — Что будет с ней?
Вэллиан мягко улыбнулся этому вопросу и коснулся рукой моих волос.
— Она уже держит путь к своему кузнецу. Вчера в уединённой церкви на окраине столицы они обвенчались. Я снабдил их деньгами и людьми для защиты, чтобы они благополучно добрались до Восточных рубежей. Король узнает обо всём лишь через месяц, когда исправить что-либо будет слишком поздно.
— А король? Он сильно разозлится на тебя?
— Пусть злится, — пожал плечами Вэллиан. — Если он дорожит моей поддержкой, ему придётся смириться с моим выбором и твоим статусом. К тому же, думаю, когда он услышит о будущем наследнике, его желание враждовать с драконом поутихнет. У него предостаточно других племянников и племянниц, а мне нужна только ты!
Эпилог
Пять лет спустя
Двор Греймура был залит тёплыми солнечными лучами, которые весело играли на свежей, недавно обновлённой крыше главного особняка. Придерживая рукой округлившийся живот, я стояла на крыльце и с улыбкой смотрела, как два маленьких вихря с громким визгом носятся друг за другом, вздымая пыль и пугая птиц, в панике разлетающихся по сторонам.
— Эльза, Даррен, немедленно перестаньте! — прикрикнула я на двойняшек, которые весело кружили возле колодца. — Хватит пугать птиц!
Даррен, темноволосый и не по годам серьезный мальчик с отцовскими глазами, замер первым и посмотрел на меня.
— Мама, мы не пугаем, они сами прибежали! Мы лишь хотели дать им корма!
Эльза — вылитая я, но с истинно драконьим упрямством в характере, тут же подскочила ближе:
— Мамочка, возьми меня на ручки!
Я приподняла дочку, хотя из-за округлившегося живота делать это становилось всё труднее. Скоро роды, и малыш внутри то и дело пинался, словно порываясь разделить веселье старших.
— Захотела на ручки? — послышался знакомый бархатный бас позади, и Эльза тут же перекочевала в крепкие объятия Вэллиана.
— Папа приехал! — Эльза мигом обняла его за шею. — А вкусности ты нам привёз?
— Разумеется, малышка, — ответил он, нежно поцеловав её в щёку, и затем посмотрел на меня. — Как поживаете?
— Отлично, — отозвалась я с улыбкой, ощущая привычное внутреннее тепло. — Похоже, кроха внутри уже с нетерпением ждёт возможности побегать со старшими братом и сестрой.
Эльза потребовала снова опустить её на землю, чтобы присоединиться к своему брату.
— Знаешь, — сказал Вэллиан, — я рад, что ты не подписала тот развод пять лет назад.
— А помнишь, как ты сам вывел на бумаге “Никогда”? — с улыбкой спросила я.
— Конечно, помню, — отозвался он, тепло улыбнувшись. — Я буду верен своему слову и никогда я тебя никуда не отпущу!
Он произнёс это так горячо, что волна любви захлестнула меня, отдалась мерцанием в метке. И, видимо, не у меня одной. Потому что мы с Вэллианом синхронно прижали свои руки к метке истинности, которая в такие минуты полыхала так, как и в первый миг своего возникновения.
Наступила уютная тишина. На некотором расстоянии от нас Эльза настойчиво звала брата поиграть в “драконов”, но Даррен с самым важным видом доказывал ей, что для взрослого дракона она пока не доросла.
Пройдёт всего год, и по этим зелёным лужайкам они станут бегать уже втроём. Или, кто знает, семья станет ещё больше? Будущее скрыто от нас.
Одно оставалось неизменным и не вызывало сомнений: отныне мы всегда неразлучны. Наша любовь смогла преодолеть и разрушить любое проклятие.
— Пойдём в дом, — Вэллиан нежно сжал мою ладонь и коснулся губами пальцев. — Время ужинать, Лисса как раз приготовила твой любимый пирог.
Слегка кивнув, я медленно последовала за ним по тропинке к дому. Бесконечное счастье переполняло меня, ведь каждое мгновение, проведённое в его присутствии, казалось бесценным даром.
— Вэллиан, — позвала я, заставив его остановиться на самом пороге перед входом.
— Да, любовь моя? — повернулся муж ко мне.
Приблизившись, я поднялась на цыпочки и коснулась его губ нежным поцелуем, стараясь без слов передать всё то, что переполняло мою душу.
Fin
