Отход (СИ) - Видум Инди

Значит, в дело вмешался божок с другой стороны. Оставит ли он без внимания уход зоны из княжества? Вряд ли. А значит, о моей причастности никто не должен знать. Забавно, но побег с Куликовой-младшей и брак с ней прекрасно это замаскирует. На меня подумают в последнюю очередь. Решат — захотел примазаться к поднимающейся из забвения семье.

Хотя снегоход оставляет заметные следы на снегу.

— И никаких идей не выдвигалось, почему так могло случиться?

— Если и выдвигалось, отец мне не рассказывал. — Внезапно она в ужасе отшатнулась от окна. — Там тварь! С реликвией что-то случилось!

Я рванул к окну, но увидел только Митю и жалобно смотрящего на меня Валерона, притворяющегося совершенно замерзшим — еще бы, комбинезончик без посторонней помощи он мог только снять, а вот надевать его на помощника следовало уже мне. Реликвию из этого окна видно не было, но судя по заметным на снегу всполохам, с ней было все в порядке.

— Это мой металлический паук дал знать, что он появился. Сейчас впущу.

Я махнул рукой и поторопился к входной двери. Стоило открыть, как в холл сразу же ворвался Валерон и возмущенно тявкнул:

— Вот так вот, появилась девица на горизонте, и ты уже забыл о верных помощниках, пусть замерзают.

— Положим, вы оба не можете замерзнуть, — напомнил я.

— Я очень даже страдаю от холода, а Митя на холоде медленней двигается.

— Неправда, — возразил Митя. — С новым двигателем у меня идет внутренний разогрев.

— Ты теряешь лишнюю энергию на холоде, — вывернулся Валерон. — Обогреваешь пространство за собственный счет. Это плохо.

— Что поделать, — философски сказал Митя. — Хорошо это или плохо — решать Петру.

— Мы чего пришли. В городе кристаллов больше нет, — заявил Валерон. — Прочесали все, что можно. Возможно, что-то где-то лежит под снегом, но Митиного нагревания не хватит, чтобы его растопить. Предлагаю выдвигаться до следующего селения.

— Оттуда твари могли вовремя слинять. Это здесь реликвия оказалась слишком близко. А там, пока волна дошла, они уже десять раз успели переместиться.

Валерон задумчиво почесал лапой за ухом.

— Не подумал, — признал он. — Остаются те, кто привязаны к месту. Нужно проверить там, где потерялся сугробень, помнишь?

— Еще бы не помнить.

— Но это я сделаю утром после хорошего сна и плотного завтрака. И желательно это делать в чистом помещении. Я смотрю, ты здесь даже не попытался убрать.

— Попытался, но только на кухне. Слишком много времени уходит. Сюда артефакт нужен, схема которого есть в купленном у Коломейко справочнике по бытовым заклинаниям вместе с нужным заклинанием.

— Ладно, сбегаю, — решил Валерон. — Но последний раз.

Он намерился сразу слинять, еле успел крикнуть:

— Стой!

— Что еще? — недовольно повернулся он.

— Попроси Прохорова глянуть схему и вложить нужные материалы. У меня есть только для Живой Печати, а сейчас просто так не выйдешь и не набьешь. Подозреваю, что к старой границе надо будет идти за новыми тварями.

— Понял, — коротко тявкнул Валерон и испарился.

А мы с Митей пошли на кухню. Пока меня там не было, Наталья Васильевна вернула безрукавку в чулан и сняла меховые штаны, потому что в доме стало по-настоящему тепло. Я тоже снял свитер, потому что в нем уже было жарковато.

— Знакомьтесь, Наталья Васильевна, это Митя.

Митя подошел к княжне и осторожно протянул манипулятор, второй справа — первый-то был с лезвием. Наталья Васильевна его так же осторожно пожала и сказала:

— Очень приятно познакомиться.

Чайник на плите испускал из носика уверенную струйку пара, я достал котелок, насыпал в него травяной смеси для отвара и залил кипятком.

— Вы теперь будете моей хозяйкой? — неожиданно спросил Митя.

— Я еще не решила, — смущенно ответила девушка и покосилась на меня.

— Нужно соглашаться, — серьезно заявил Митя. — Потому что иначе он в вас плюнет.

— Петр Аркадьевич в меня плюнет? — удивилась она. — Он так плохо воспитан?

— Нет, Петр не плюется. Валерон плюнет. А он всегда выполняет обещанное. Не надо, чтобы он плевался. Павел Валентинович говорит, что это неприлично.

— Павел Валентинович? — Она наморщила лоб. — Кто это?

— Учитель для Гриши. Петру учитель не нужен, он и без того знает много. А Грише приходится учиться. Я тоже учусь. Это интересно. Читать научился.

— Читать? — удивилась она.

— Павел Валентинович говорит, что я умный и любознательный.

— Он совершенно прав.

— Поэтому вам надо соглашаться. Я не хочу, чтобы в вас плевали. Это некрасиво.

— Я тоже некрасивая, — неожиданно сказала она.

— Нет, вы красивая. Гриша говорит, что не бывает некрасивых женщин…

— Бывают женщины, которые не умеют себя подать, — прервал я его.

Потому что продолжение фразы про нехватку водки настроение единственной даме в нашей компании не поднимет. И дернул же меня черт как-то в присутствии Прохорова это ляпнуть, теперь уже он вставляет это к месту и не к месту.

— Гриша немного не так говорил, — дипломатично заметил Митя.

— Гриша не всегда говорит правильно.

— Он старается. Павел Валентинович говорит, что у него хороший прогресс.

Митя болтал и болтал, как будто внезапно получил плюс к болтливости. Обычно он с посторонними куда менее разговорчив. Но, видно, Валерон уже успел ему внушить, что эта девушка либо своя, либо труп, так что паук не переживал, что скажет что-то лишнее, а просто наслаждался беседой. Не прервался он и тогда, когда я разлил в две кружки отвар и протянул одну княжне.

Идиллию прервал появившийся Валерон.

— Все доставил. Гриша меня уверил, что нужное все есть, — гордо сказал он. — Где выплевывать?

— Ваша собачка, Петр Аркадьевич, потрясающе умеет прятаться. Только что ее не было ни видно, ни слышно — и вот она уже здесь и громко лает.

Валерон, не терпевший, когда его называли собачкой, посмотрел на нее так, как будто уже прикидывал, как лучше плюнуть, чтобы не пострадала кухня.

— Мне нужно какое-то чистое место. И, похоже, пока единственное чистое — это кухня, поэтому я отгорожу половину стола для работы. Артефакт должен быть простым, сделаю быстро.

— Я могу пройтись по дому, Петр Аркадьевич? — спросила княжна. — Чтобы не мешать? Или это будет не совсем прилично?

— Почему нет, Наталья Васильевна? Разве что в доме пока очень грязно.

Грязи она не испугалась, пошла осматриваться, Митя засеменил за ней, продолжая беседу, а Валерон сразу тявкнул:

— Спросил?

— Спросил.

— Чего решила?

— Думает.

— Пусть думает быстрее, а то потом в случае чего на тварей уже не свалишь. — Он выплюнул книжку и контейнер. — Григорий сказал, все здесь. Но что ты с первым уровнем Вихря сделаешь? Правильно. Ничего.

— Мы его кристаллами поднимем, — в шутку предложил я.

— Под это дело не дам, — насупился Валерон. — Мусорный навык, так будешь прокачивать. Ты, кстати, незаметность отключил?

— Давно.

Внезапно оказалось, что заклинание вихря я с кого-то не только успел цепануть, но и поднять до третьего уровня. Это, конечно, тоже ни о чем, но все же не надо учить. Схема же действительно оказалась простейшей и собиралась… Не за пять минут, разумеется, но за полчаса полноценный артефакт вышел. Одна беда — низкоуровневый.

Но я все равно пристроил его на ведро, в которое будет собираться пыль, и отнес для начала в гостиную, где ведро медленно и печально принялось наполняться. Может, и хорошо, что навык низкоуровневый? А то как завалило бы сразу с верхом — не успевали бы ведра менять. В гостиной нашлась и Наталья Васильевна, сметающая пыль с картины на стене. Честно говоря, картина там была, прямо скажем, не представляющая художественной ценности. А еще очень и очень запыленная, поэтому время от времени девушка чихала. Я решил не отвлекать от столь важного занятия и пошел делать второй артефакт.