Питбуль и Митрофанушка 2 (СИ) - Яманов Александр

* * *

Опрокинув третью стопку, чувствую, как организм начинает расслабляться. Это ещё хорошо, что я не полез в ноут писать гадости о руководстве, игроках любимого клуба и сраться с врагами самого великого клуба в галактике Млечного пути. Давно уже не трачу на это нервы. Да и прошедшая игра не последняя, которая испортит мне настроение в будущем. Это наша красно-белая карма. А вот задуматься о текущих событиях не мешает. Они ведь приобрели совершенно неожиданный оборот.

Мысленно возвращаюсь к разговору с Калимуллиным, состоявшимся несколько дней назад.

— Ээээ… Митрофанов, а что делает твоя собака? — произнёс участковый, медленно опуская ствол.

— Держит тебя за яйца. Или ты не заметил? — отвечаю с насмешкой.

Я и сам не успел среагировать, только активировал защиту, которую обеспечивает силовое поле. А вот пришелец сделал рывок и схватил мента за причинное место. Судя по тому, что Радик не кричал, челюсти Веллер не сжимал. Хорошо, что мы стоим в сторонке от дома, и сюда точно не смотрят камеры. Ну, и время позднее, мы стоим за машиной и сложно разобрать из окна, что происходит. Так-то у нас народ бдительный всё замечает. Только предпочитает молчать и тем более не станет помогать. Так, поверещит в чатах.

— Это шутка, и я вообще хотел проверить свою теорию, — капитан также без резких движений убрал пистолет в кобуру.

— И как? — спрашиваю с интересом, мысленно приказав Веллеру оставить в покое достоинство нашей любимой полиции.

— Митрофанов, ты странный. Либо какой-то крутой хакер, либо похуже, во что я боюсь поверить. И собака у тебя будто разумная. Это мне соседки ваши рассказали, — пояснил Калимуллин, осторожно проверяя, не пострадал ли его важнейший орган, — Ну, и сам теперь убедился. Ты ведь ему даже команды не отдавал. Ни атаковать, ни дать назад. Или будешь спорить?

Участковый у нас тоже необычный. Я ещё при первой встрече обратил внимание на его повадки.

— Радик Наильевич, ближе к делу. Устал, сил нет. А тут какие-то проверки, непонятные разговоры. Если есть обвинения, то вперёд! Но сразу предупреждаю, у меня такой адвокат, что он даже ваше РОВД засудит, а не только местный отдел полиции!

— Можно просто Радик, — вдруг произнёс капитан, и следующими словами удивил меня ещё сильнее, — Ведь ты не боишься, Валера. Речь не в обвинениях или моём прошлом приходе. Я на тебя ствол не просто так наставил. А ты даже не дёрнулся, будто армейский бронник носишь. У людей обычно другая реакция на оружие. Ещё питбуль твой. Ты ведь спокойно дал бы команду, и собака меня порвала. И снова не испугался, что я могу начать стрелять. Да и атаковал пёс без команды. Кто ты, Митрофанов?

— Обычный человек, который устал и хочет спать. Если ко мне нет никаких претензий, то я пойду.

— Поговорить надо, — тихо произнёс капитан, сразу став серьёзным, — Про СУ-88 и не только.

Грустно вздохнув, понимая, что игры закончились, киваю Калимуллину на подъезд.

— Сразу предупреждаю. Пояснительной бригады о моих якобы странностях не будет. Ты принимаешь меня таким, как я есть без лишних вопросов. Или прощай.

Капитан чего-то пробурчал, но потопал следом за мной.

* * *

— Нормально ты готовишь! Сам котлеты лепил?

Участковый оказался голодным. Пришлось на скорую руку пожарить десяток котлет и отварить макарон. Заодно салат из капусты с морковкой по-быстрому настрогал. От водки капитан тоже не отказался. Говорит, что машину оставит, завтра заберёт. Как по мне, он бы лучше уехал. Хоть одно парковочное место освободится. Коньяком я решил его не поить. Да и нет у меня обычно дома спиртного. От греха, так сказать.

— Радик, давай ближе к делу. Я действительно устал, за последние дни. Ещё восемь часов в дороге, — наливаю капитану вторую рюмку, молча опрокидываю свою, и закусываю макарошками.

— Кратко о себе, чтобы было понятно. Меня не просто так в участковые ещё с понижением звания отправили. Могли и турнуть или вообще посадить. Но у нас специфическая организация, своих не бросают! — увидев мою усмешку, капитан повысил тон, — Всякое бывает, начальство может и слить. Однако, когда на нас наехали какие-то барыги, пусть и типа девелоперы, то сразу включается корпоративная солидарность. Плюс, некоторые мои однокашники уже до подполов и полковников доросли, причём в важных московских кабинетах сидят. Это я всегда слыл чудаком и работал опером без особых перспектив. Только для них это типа укора. Мол, остались ещё на Руси честные менты. Вот и терпели юродивого правдоруба Калимуллина.

— Хорошо, в меру честные, — поправился Радик из-за очередного моего ироничного взгляда.

Что не помешало ему схватить уже четвёртую котлету и указать на опустевшую рюмку. Поразительная простота нравов, переходящая в наглость. Или его совсем не кормят? Будто прочитав мои мысли, незваный гость объяснил.

— Я один на десять тысяч жителей. И это по прописке, не считая сдающихся квартир. Не то что пожрать, посрать времени нет. Если не вызов, то сижу, эти блядские бумажки заполняю. Такое ощущение, что наверху специально нам побольше работы придумывают, — не переставая жевать, участковый ткнул пальцев вверх, — А мне, вообще-то, вопросы в районе надо решать. Потом граждане жалобы пишут, начальник мне пистон вставляет, хотя все прекрасно понимают происходящее. Ну, вздрогнули!

Радик поднял рюмку и опрокинул, не поморщившись.

— Но я из принципа не уйду. Кому-то, может, смешно, а я в милицию пришёл со всякой нечистью бороться. Поэтому меня тогда из органов не попёрли. Знают и даже уважают за принципиальность. Думали, что здесь безнадёга достанет, и я сам уволюсь. Ага, пусть выкусят! — капитан продемонстрировал фигу, и схватил кусок сала, положив его на хлеб, — Я ведь сразу три хазы с наркоманами накрыл, а также азерскую точку по продаже палёного бухла и две шаурмичные. Ну, и по мелочам много кого прижал. Сразу взвыли, мол, ваш участковый душит местных предпринимателей. В ответ я на них Роспотребнадзор натравил, чем ещё сильнее разворошил эту клоаку. Мой начальник давно рукой махнул, так для галочки поругивает. Ему тоже наверх хочется, а в кадрах областного ГУ мой корефан Андрюха сидит. С ним лучше не ссориться. Вот так и воюю потихоньку. А тут вдруг на машину гайцов и эвакуатор напали. Затем аварии эти странные. Потом пропажа Корнея и сгоревший Игнат.

Снова молча наливаю водку и жду продолжения.

— Нас точно не подслушают? — в очередной раз уточнил уже порядком разомлевший капитан.

— Мистика! — произнёс он в ответ на моё покачивание головой, — И ведь ты не врёшь, Валера. Твой сосед напротив, сразу неладное заподозрил. Я ведь его специально попросил следить. Ладно, хрен с ним. В общем, четыре года назад мне удалось взять поджигателей в Чушкино. Тогда мы сработали быстро и сразу прищемили Игната, выйдя на руководство СУ-88.

Лицо капитана вдруг перекосило, как от спазма. Только это полыхающая в нём ненависть. Эк его колбасит! Наливаю ещё стопарь, пусть успокоится.

— Заказчики поджогов — Сергей Владимирович Остапенко, ранее носивший погоняло Остап, и Гаджи Ораз-оглы Валиев, в некоторых кругах известный, как Гаджи Агдашский. Оба сейчас уважаемые люди. Первый — глава СБ застройщика СУ-88, входящую в десятку крупнейших девелоперов страны. Второй держит розничную торговлю в Чушкино, начинал вместе с Остапом. У него есть небольшая бригада. Их-то мы и поймали. Корней на Игната начал работать уже позже. Это когда дома в Молково подожгли.

— А почему поджоги продолжились? Ты ведь людей с поличным взял? — задаю резонный вопрос.

Калимуллин поморщился, будто съел лимон, но ответил сразу.

— Потому что прогнило всё, Митрофанов. Ну, и я слегка накосячил при задержании и переборщил на допросе. Тогда же семья целая сгорела, с двумя детьми. Ситуация вышла резонансной. Это уже потом всё списали на то, что они неблагополучные и бухали. Враньё! — глаза мента снова полыхнули ненавистью, — В общем, дело развалили. Меня самого чуть не посадили, за действия, не соответствующие уголовно-процессуальному законодательству и приведшие к нарушению прав допрашиваемого лица. Я бы их сук на месте кончил! Но нельзя, незаконно. Однако малость погорячился. Не люблю, знаешь ли, когда детей живьём жгут. У меня из-за этого происходит необъяснимый выплеск агрессии.