Люди за спиной. Том 2 - Маринина Александра Борисовна

– И где же?

– На сайте знакомств!

Она ушам своим не поверила.

– Где?!

– На сайте знакомств. Прикиньте, такая вся серьезная, такая деловая, следователь, а сама мужиков через сайт ищет. Только имя другое взяла. На сайте она Люция.

Настя вспомнила разговор с Варварой. Та один раз обмолвилась, назвала сестру Люлей. Ульяна – Люля – Люция. Ну да, логично. Но все равно невероятно. Нет, не может быть. Хотя… В этом деле все невероятно с самого начала. Олег Витальевич Шебалин с его страстью к посещениям театров, агентство «Марта», предоставляющее необычные услуги, таинственная Людмила, которая вовсе и не Людмила и живет по фальшивому паспорту, две очень похожие друг на друга сестры, отец которых продвинулся по службе, потому что его начальник погиб во время взрыва. Да любой факт, какой ни возьми, не укладывается в стандарт. Так почему бы следователю Ульяне Яскевич не поискать любовников на сайте знакомств?

Но если у Ульяны все так плохо с личной жизнью, то ничего удивительного, что она не задавала Мезенину никаких вопросов. Лишь бы был мужчина, это главное. Вопросы задают те, кто хочет узнать побольше, составить собственное представление о человеке и после этого принимать решение, поддерживать ли с ним отношения. Информация нужна для того, чтобы делать выбор. Если вопрос о выборе не стоит, то зачем информация? Только мозги и совесть отягощать.

– А ты-то что делал на этом сайте? – Настя с подозрением посмотрела на Тима. – Подружку искал?

– Не, подружку я нашел на «Избинге», а сюда полез конкретно за Ульяной, интересно стало.

– Погоди, – она потрясла головой и подумала, что мозги отказываются соображать. – Что такое «Избинг»?

Тим уставился на нее в полном изумлении.

– А вы не знаете? Во время ковида многие ушли на фриланс. Люди ищут старые домики за городом, живут там и работают удаленно. Это ж намного дешевле, чем снимать городское жилье, получается почти даром. И прикольно: все старое, а кругом природа, выхлопом не воняет, простор, свобода. Короче, плюс вайб. Это называется «избинг», от слова «изба», если вы не поняли. Вчера я наснимал кучу избушек и решил зайти на местный сайт, початиться с народом, выложить фотки, рассказать, может, кому надо. Одна девчонка заинтересовалась, по-моему, очень классная, мы с ней уже договорились завтра встретиться.

– Понятно. А как тебе пришло в голову поискать Ульяну на сайте знакомств?

– А где еще? – Тим пожал плечами. – Вы сами сказали, что в соцсетях ее нет, им не разрешают заводить свои страницы. Человеку же нужно где-то знакомиться. Если по интересам, то на тематических сайтах, а если для секса, то на сайтах знакомств. Как иначе-то?

Действительно, как иначе? Настя мысленно хихикнула. Заводить романы на работе не комильфо, да и наружу выплывает быстро, зачем лишние сложности? Знакомиться на улице или в транспорте, в театре или на выставке, как это делалось когда-то? Вот именно что «когда-то». Жизнь стала другой, и люди стали другими. Для того чтобы познакомиться случайно в общественном месте, нужно иметь навык говорения, устного общения, внятного и располагающего к себе. Откуда этому навыку взяться у поколения Тима? Для них привычнее переписываться короткими фразами, заменяя описание эмоций и настроения смайликами и эмодзи.

Однако тот факт, что Ульяна Яскевич пользуется сайтом знакомств, говорит о ней самой очень многое. Тим – молодец. Ей, Насте, совершенно точно не пришло бы в голову искать Ульяну на подобных площадках. Она искала бы там кого угодно, только не следователя Следственного комитета, молодую привлекательную женщину с безупречной профессиональной репутацией.

– Хотите, я ее лайкну? Заведу аккаунт, прицеплю фотку, могу свою или кого скажете.

– Я подумаю, – медленно сказала Настя. – Может быть, может быть… Спасибо тебе, дружочек, ты очень помог. Мне бы в голову не пришло, а ты сообразил. Завтра с утра отвезешь меня на Октябрьскую – и свободен до обеда, у меня там, скорее всего, будет много работы. Иди спать, выезжаем в девять.

– Понял, сваливаю, – весело откликнулся Тимур.

Насте Каменской снился странный сон. Она идет через джунгли, которые внешне выглядят как обычный лес, но она почему-то знает, что на самом деле это джунгли, полные опасностей. Она не одна, она в длинной цепочке людей, часть из них впереди, часть – сзади. Кругом темно, ей виден только впереди идущий, и она внимательно смотрит, как он идет, куда ступает, какие ветки осторожно отводит рукой. Ей нужно обязательно замечать, где этот человек оступился, о какие кусты поцарапался, в каком месте шарахнулся от змеи. Если она не будет внимательна и не заметит трудных для прохода мест, то непременно попадет в беду.

Она знает, что тот, кто идет позади, тоже смотрит на нее и наблюдает, как она пробирается через заросли. Ее задача – пройти наиболее безопасной тропой, показав идущему следом надежный путь и обозначив трудные или опасные места. Она попадает одной ногой в трясину, ее в первый момент охватывает ужас, но прямо над головой она видит спасительную толстую ветку, хватается за нее, вытаскивает ногу, которую уже засосало почти по колено. Она понимает, что должна обозначить это место, чтобы идущий сзади точно его увидел и запомнил: если сделает неудачный шаг – вот здесь надежная ветка, лучше взяться за нее заранее, когда будет проходить. Но она боится, что в темноте тот, кто за спиной, может не увидеть, что она делает. Она не знает, кто это, мужчина или женщина, не знает, какого возраста, но отчетливо осознает свою ответственность: она идет впереди и должна показать дорогу и предупредить об опасности, а если с идущим сзади случится беда, это будет ее вина. Она оборачивается, чтобы убедиться: он все увидел и все понял.

А сзади никого нет. Она слышит приближающиеся шаги, но человека не видит и понимает, что тот еще далеко. «Я не имею права останавливаться и ждать, – думает она с ужасом, – потому что потеряю из виду тех, кто впереди. Но если идущий сзади меня не видит, он обязательно попадет в болото и погибнет. Что же делать?»

Ей очень страшно, она в отчаянии, не может принять решение. Она еще видит того, кто шел впереди. Или ей только кажется, что видит? А того, кто идет сзади, все нет и нет. Она стоит рядом с болотистым местом в полной растерянности. И принимает решение ждать. «Все равно я уже старая, – проносится в ее голове. – Все думают, что мне шестьдесят два, так написано в моем паспорте, но я-то знаю, что паспорт фальшивый, у меня есть еще один, тоже поддельный, в нем написано, что мне семьдесят пять. И только одна я знаю правду: мне скоро девяносто. Даже если я потом не смогу выбраться из этих джунглей, потеря невелика, от меня уже мало толку. Зато я дождусь того, кто идет следом, предупрежу, покажу ему безопасный путь».

Ей кажется, что она стоит очень долго. Наконец из темноты появляется неясная фигура. Непонятно, кто это, мужчина или женщина, но она откуда-то знает, что этот человек очень молод. По очертаниям угадываются наушники на голове, широкие штаны и свободная «кенгурушка» полностью скрадывают фигуру.

Нужно окликнуть его. Или ее? Окликнуть, привлечь внимание, показать опасное место и спасительную ветку и быстро догонять впереди идущего, его еще видно. Она может успеть, и все будет хорошо.

Она напрягает глотку, пытаясь выдавить громкий звук, но изо рта вырывается только невнятное шипение. Тот, кто шел следом, идет беззаботной походкой и вдруг сворачивает в сторону. «Это не тот, кто шел сзади, – думает она удивленно. – Это какой-то случайный человек». Она смотрит ему вслед и вдруг видит залитую светом поляну, широкую, сухую, безопасную. И внезапно понимает, что совсем не обязательно идти через темные джунгли. Можно идти иначе и ничем не рисковать. «Нужно пройти через поляну, догнать своих, тех, что идут впереди, рассказать им про удобный легкий путь», – говорит себе та Настя, которая живет во сне.

Бегом через поляну, вот она уже догоняет человека в наушниках, пытается с ним заговорить, но он не слышит. Она бежит дальше. Быстрее, быстрее, надо успеть предупредить тех, кто впереди… Внезапно приходит странная мысль: «Зачем их предупреждать? Они уже прошли эту часть, больше они здесь все равно не пойдут. Я тороплюсь донести информацию, которая никому не нужна». Дышать становится все труднее, она уже задыхается. Останавливается на противоположном краю поляны и видит, что это то же самое место, с которого когда-то начинался весь путь. Как же так? Ведь они шли цепью так долго, преодолевали столько трудностей, спотыкались, падали, ранились, а оказывается, можно было всего-навсего перейти красивую светлую поляну. Без напряжения, без риска, без синяков и ушибов. Почему им никто этого не сказал? Неужели никто не знал? Но ведь этот парень (или девушка, она так и не поняла) откуда-то знал про легкий быстрый путь.