Степные ястребы (СИ) - "Джек из тени"

Рядом со мной, скрестив на груди свои мускулистые руки, стояла Урсула. Орчанка пришла в себя после всех ранений, и снова была похожа на сжатую пружину, готовая в любой момент распрямиться и ринуться в бой. Её ноздри раздувались, а в жёлтых глазах плясали хищные огоньки.

— Они близко, — прорычала она, — Всего в двух полётах стрелы. Дай приказ, Михаил! Мои парни разорвут этих остроухих выскочек на куски, прежде чем они успеют понять, что произошло!

— Терпение, Урсула, — спокойно ответил я, не отрываясь от окуляра. — Они именно этого и ждут. Смотри…

Я подвинул трубу, давая ей посмотреть.

— Они не атакуют, прощупывают, провоцируют. Видишь того хлыща на сером ящере, в блестящем шлеме с плюмажем? Это их командир. Он выставляет себя напоказ, как девка на ярмарке. Потому что хочет, чтобы мы по нему ударили. Чтобы открыли огонь, показали расположение наших огневых точек, дальность наших пушек. Они хотят, чтобы мы показали им свои зубы, прежде чем они решат, как их нам выбить.

Я снова припал к окуляру. Картина была ясна как день, классическая разведка боем. Тёмные выслали вперёд легковооружённые, мобильные отряды, а основные силы держали на расстоянии. Дозоры двигались по странным, ломаным траекториям, обходя низины и лощины, где могли быть засады. Они не приближались к лесополосам, где могли укрыться наши стрелки, были максимально осторожны. Я невольно испытал укол чего-то похожего на уважение. Эти ублюдки быстро учились, прошлые поражения, когда мы выкашивали их с больших дистанций, не прошли для них даром.

— Но мы не можем просто сидеть и смотреть! — не унималась Урсула. — Это унизительно! Орки должны драться!

— Орки будут драться, — заверил я её. — Ещё как будут! Но драться они будут тогда, когда я скажу, и там, где я скажу. Мы будем играть не по их правилам, а по своим. Пусть подойдут ближе, почувствуют себя в безопасности. Заодно решат, что мы боимся, забились в свои норы, как перепуганные суслики. Пусть основные силы втянутся в зону обстрела всех наших миномётных батарей.

Я повернулся к Эссену, который с каменным лицом стоял рядом со мной, готовый в любой момент передать мои приказы сигнальщикам.

— Всем постам, приказ прежний. Без моего личного слова огня не открывать. Ни единого выстрела, даже если подойдут к самым стенам и начнут в них плевать. Игнорировать любые провокации!

Эссен кивнул и начал передавать приказ. Урсула недовольно фыркнула, но промолчала. Она не понимала этой тактики выжидания, но она научилась мне доверять.

А тёмные эльфы, не встречая никакого сопротивления, становились всё наглее. Группы всадников подъезжали всё ближе. Я видел, как они с удивлением разглядывают наши укрепления, уродливые, но массивные стены из габионов, глубокие рвы, хитросплетения траншей. Они, видимо, ожидали увидеть классическую каменную крепость, а наткнулись на это земляное чудовище. Один из отрядов остановился у края фактически противотанкового рва, их командир, тот самый хлыщ в шлеме с плюмажем, что-то оживлённо обсуждал со своими офицерами, указывая на наши позиции. Никто из них явно не воспринимали наши фортификации всерьёз. Грязь, палки и плетёные корзины, что это может противопоставить их магии и их боевым тварям?

— Капитан Рорх, видишь того петуха на сером ящере?

— Так точно, Железный Вождь, — раздался за спиной спокойный, невозмутимый голос. — Дистанция тысяча двести, не проблема для точного выстрела.

— Отлично, — сказал ему. — Но цель офицер слева от него. Тот, что в чёрном плаще. Я хочу, чтобы ты не просто убил его, чтобы ты снёс ему башку. Но только по моему сигналу. Пока просто держи их на мушке, пусть поболтают.

Я снова посмотрел в окуляр. Они всё ещё стояли у рва, что-то рассматривая в подзорные трубы. Тёмные чувствовали себя безнаказанными хозяевами положения. И это было именно то, что мне нужно.

Часы ожидания тянулись, как резина. Солнце поднялось выше, и степь раскалилась, как сковорода. Воздух дрожал от зноя, искажая контуры далёких холмов. Напряжение на стенах достигло своего пика, орки, не привыкшие к такому долгому бездействию, переминались с ноги на ногу, тихо ворча и поглаживая рукояти своих топоров. Гномы на артиллерийских позициях по десятому разу проверяли механизмы наводки, протирали и без того чистые стволы и угрюмо сплёвывали на землю. Даже мои «Ястребы», образец выдержки, нет-нет да и поводили плечами, разминая затёкшие мышцы.

Тёмные эльфы, так и не дождавшись от нас никакой реакции, решили, видимо, что мы окончательно струсили. Авангард отошёл на пару сотен метров, разбивая временный лагерь, но оставил несколько наблюдательных постов. Они явно собирались ждать подхода основных сил, чтобы начать полноценную осаду. Но просто ждать они не собирались.

— Вождь, смотри! — голос Урсулы был напряжённым.

Я снова припал к окуляру. Из-за холма, где расположился вражеский лагерь, показалось что-то новое. Десятка два тварей, похожих на гигантских, перекормленных тараканов. Приземистые, покрытые блестящей, иссиня-чёрной хитиновой бронёй, они двигались на шести суставчатых лапах с невероятной скоростью, почти не касаясь земли. Их головы, если это можно было так назвать, венчали два огромных, зазубренных, как пилы, мандибулы, которые непрерывно двигались, словно перемалывая невидимую пищу. Я сразу узнал их, те самые новые твари из донесений Лиры. Но видеть их схематичный рисунок и наблюдать вживую, это были две большие разницы.

Твари не атаковали. Разделившись на небольшие группы, они начали методично, с какой-то жуткой, неживой целеустремлённостью, обследовать наши передовые позиции. Ползали по склонам рвов, проверяя угол наклона и осыпаемость грунта. Они скребли по стенам из габионов, пытаясь найти слабое место. Их движения были скоординированными, было очевидно, что ими кто-то управляет, возможно, маги из лагеря.

— Что за дрянь? — пробасил Гром, который тоже зашёл в бункер, чтобы посмотреть на врага. — Выглядят так, будто их выблевала сама Бездна.

— Это новые разведчики тёмных, — пояснил я, не отрываясь от наблюдения. — Быстрые, бронированные, и, судя по всему, довольно умные. Они ищут наши минные поля, ловушки, слабые места в обороне.

Одна из тварей, самая крупная, подобралась к участку стены, который мы намеренно оставили чуть менее укреплённым, создавая иллюзию слабости. Она остановилась, её длинные, похожие на антенны, усики задвигались, а потом она с силой ударила в стену своими жвалами. Куски плетёной лозы и комья земли полетели в стороны. Габион выдержал, но на нём осталась глубокая вмятина.

— Хм, — пробормотал я. — Броня тоже неплохая, но смотри, — я указал на сочленения её лап. — Вот здесь, у основания, где лапа крепится к туловищу, там нет сплошного панциря.

— Думаешь, винтовка пробьёт? — спросила Урсула.

— Должна. Но пока не стрелять, пусть ищут. Чем усерднее они ищут, тем больше уверятся, что ничего опасного нет.

И они искали, одна из групп, двигаясь вдоль рва, наткнулась на замаскированную «волчью яму» — глубокую ловушку с заострёнными кольями на дне. Ведущая тварь, не заметив тонкого слоя дёрна, провалилась вниз. Раздался тошнотворный хруст, и из ямы донёсся короткий, булькающий визг. Остальные твари из группы тут же остановились, окружили яму, а потом одна из них издала пронзительный, стрекочущий звук, очевидно, передавая информацию в лагерь.

— Они помечают ловушки, — констатировал Гром. — Хитрые ублюдки.

— Пусть помечают, — я усмехнулся. — Эти ловушки здесь для того, чтобы их находили. Настоящие сюрпризы ждут их в другом месте.

Напряжение достигло своего пика, когда одна из тварей, обследуя подножие холма, наткнулся на то, что ему не следовало находить. Это был вход в один из наших контр-атакующих туннелей, тщательно замаскированный глыбой камня и дёрном. Тварь остановилась, её усики бешено задвигались. Она почувствовала движение воздуха, почувствовала запах живых существ, сидящих внутри. В туннеле засел взвод орков, готовых к вылазке.