Небесный всадник 2 (СИ) - Кири Кирико

И только сейчас до меня стало доходить, что это ещё та головная боль. Тут в чём фишка — я мог послать крестьян самих разбираться с проблемой, мог лишь частично помочь, а мог взять на себя проблему. И каждый вопрос требовал своего решения. Дорогу могли, например, сами укрепить, но вот главная пекарня (как и мельница) была моей собственностью, и по идее я был выгодоприобретателем, чтобы они работали исправно. Мост тот же можно было разделить пятьдесят на пятьдесят — я вложусь ресурсами, а они укрепят сами.

Конечно, я мог вообще это всё оставить на их откуп, пусть сами решают свои проблемы, и они как-нибудь решат. Но тогда это издержки у баронства, то есть у меня, плюс недовольство — люди надеялись на хоть какую-то помощь от молодого барона.

Да и будем честными, я сам был из грязи в князи, и мне были близки некоторые из проблем, а потому совесть не позволяла их взять и бросить. Особенно когда тут зима на носу, когда надо было решить всё быстро и сейчас раз и навсегда.

Мне было тупо жалко людей.

Но проблемы не ограничивались этим. Тут вопросов было полно из разряда «кто прав», которые меня просили разрешить. Двое крестьян не поделили яблоню и просили разрешить спор. Один у другого украл козлёнка, но тот заверял, что это был его козлёнок. Один у другого отхапал территорию, но говорил, что так изначально было. Мальчишка одной семьи заделал ребёнка девчонке другой, и те требовали жениться.

Короче, я, как судья Дред, был здесь закон и должен был всё это решать.

Какой же, сука, гемор…

Тут я не стеснялся спрашивать совета у Ценст, которая, как-никак, была экономкой и должна была шарить хотя бы за часть вопросов, но даже с ней я закончил только под вечер.

— Мы можем ограничить дни или время, — предложила она, когда я волочил ноги на ужин.

— Вы же в курсе, что я скоро отбуду? Хочу решить самые важные вопросы до того, как уеду. Кстати, а у меня есть заместитель, который может заниматься этими вопросами?

— Как управляющая вашим поместьем, я могу принимать простолюдинов, если вы пожелаете, господин.

— М-м-м… нет, наверное… — покачал я головой.

Всё же я барон, надо показаться перед людьми, да и репутацию никто не отменял. По факту мне теперь жить здесь (пусть и не всегда), и надо сразу показаться пред людьми, набить репутацию, да и втянуться в тему, понять что да как.

— Я могу предложить иной вариант, господин. Я буду принимать простолюдинов, а вы будете реагировать лишь на те вопросы, что требуют серьёзных финансовых затрат или вашего участия, господин, — предложила Ценст другой вариант.

— И вам не лень?

— Это моя работа.

— Не, я о другом. Работа работой, но обычно все стараются её облегчить.

— Тем не менее, это моя обязанность, мне платят за это.

— Кто? — спросил я.

— Вы, — был дан ответ.

А я и не знал, что плачу ей… вернее, я как-то не задумывался об этом. И вообще, я как-то не задумывался по поводу своих финансов, которые мне доступны сейчас. Надо бы тоже заняться этим вопросом, хотя бы взглянуть на состояние дел, а то у меня же даже счетовода нет.

И я заглянул. На следующий день. Хорошая новость — деньги были. Плохая новость — я не понимал, что и куда платил. Как сел утром, так и просидел до обеда, пока ко мне не пришла Ценст.

— Господин, я пришла напомнить вам, что сегодня вы запланировали день приёма своих людей.

— Да, я помню…

И всё по кругу. Тут что не срачка, то горячка. Тут и вопросы безопасности подняли, требовалась стража, которая бы патрулировала деревни, и проблемы с зерном, что вынуждало закупиться, если хотим посевы на следующую весну, и банально разрешение на брак с другим человеком из других владений (оказывается, это я должен был им разрешать это).

А под вечер я вернулся к пересчёту денег. Чернил не было (тут вообще ничего не было), поэтому я считал на бумаге угольком по старинке. То ещё удовольствие, но лучше, чем ничего. Но важно не это, важно то, какими были мои успехи на этом поприще.

— ДА КАКОГО ХРЕНА⁈

Это вкратце, как у меня всё получалось.

— Я могу вам помочь, господин? — поинтересовалась Ценст.

— Вы умеете считать? — поднял я взгляд.

— Я обучена арифметике, но боюсь, моих познаний не хватит, чтобы помочь вам в этом вопросе.

— А жаль…

Потому что у меня, блин, цифры не сходятся! Вот я уже долбанные десять минут пытаюсь всё свести к одному числу, и то ли я дебил, то ли нас обкрадывают!..

Стоп, это я дебил, я неправильно перенёс запятую.

Вот! Теперь всё сходится, какой же я молодец!

Я откинулся на спинку стула и выдохнул.

Короче, мы должны графству за два месяца. При этом у меня у самого недостача из-за какой-то эпидемии, а ещё нас обворовали… не нас, крестьян, где пропала несколько сотен килограмм зерна, из-за чего мне заплатили меньше. Конечно, у меня есть деньги, чтобы это всё покрыть, небесным всадникам платил щедро, да и накопления за время смерти моих мнимых родителей набежали нормальные, и тем не менее проблем накопилось заметно.

Не думал, что скажу это, но я уже хочу обратно в шпиль к всадницам патрулировать и тренироваться. Там, по крайней мере, эти проблемы меня преследовать не будут.

Я бросил скучающий взгляд на Ценст, которая принесла мне чай и сейчас выходила, когда кое-что бросилось мне в глаза.

— Леди Ценст, погодите-ка, — остановил я её.

— Да, господин? — замерла она в дверях.

— Подойдите ко мне, — поманил я её пальцем.

Ценст послушно подошла ко мне.

— Да, господин?

— Поднимите юбку.

— Прощу прощения?

— Юбку поднимите.

Может, моя просьба и показалась ей странной, но она безропотно приподняла подолы платья, показ туфли в толстых шерстяных носках. Выглядело забавно, но не когда в замке реально было холодно. Центрального отопления здесь пока не придумали.

— Выше. Ещё выше, поднимите до бедра, — попросил я.

Ни грамма смущения, экономка молча подняла платье, показав свои бёдра. И нет, это был не приказ озабоченного барона. Ляшки у неё, конечно, знатные и мягкие, так и хочется пожамкать, но меня интересовало другое.

Я протянул руку и сам поднял подол платья выше, после чего одним движением вытащил у неё нож, крепившийся к ноге на ремешке.

— Это что?

Ценст даже глазом не повела.

— Для хозяйства.

Ага, для хозяйства… Как будто я настолько глуп, что не знаю, как выглядит боевой нож и хозяйственный. Уж точно у простых ножей клинок не такой толстый, не имеет столь ярко выраженного острия для колющих ударов, двухсторонней заточки и желоба для прочности.

— Ага, боевой нож для хозяйства, — поднял я взгляд. — Вы из тайной службы, верно?

Да неважно, что она ответит, я и так догадывался. И самое забавное, именно из-за очков. Кто ещё мог себе позволить их среди служанок? Ну только та, которой хорошо платят. А учитывая мою личность и заранее подготовленную прислугу, тут как бы очевидно, что поставили ко мне людей не случайных.

— Я не работаю в тайной службе, — ответила Ценст невозмутимо.

— Не работаю в, не значит, что не работаю на, — хмыкнул я. — Значит, за мной следят?

— Обеспечивают безопасность, господин, не более. Мне поручено следить за тем, чтобы вы были в безопасности.

— Ты не служанка, я прав?

— Я служанка, господин. Двадцать пять лет я работаю служанкой у знатных господ, просто иногда требуется, чтобы защитники их находились чуть ближе, чем обычные гвардейцы или телохранители.

— Другие, я так понимаю, тоже. Можешь даже не отвечать, — поднял я руку.

Тут и так всё было ясно.

Не, я не удивлён и не рассержен. Сразу понял, что они не из простых слуг, просто до этого я лишь догадывался, что они работают на тайную службу, а тут было прямое подтверждение.

Я протянул ей нож обратно, и Ценст ловко спрятала его за ремень.

— Завтра у вас, по вашему настоянию, будет ещё один день приёма, господин, — напомнила экономка. — Я бы посоветовала вам сегодня лечь раньше.