Я – Легенда! Дилогия (СИ) - Бор Жорж

Глава 18

Завхоз бодро поднялся с земли и направился к нашему единственному транспортному средству. В отличие от нас с Олегом и даже Мастера, Михалыч всё это время отдыхал и сейчас был готов действовать. Пусть это действие даже было обычной поездкой на несколько километров. Олег и Ульяна тоже решили ехать с нами и оба упорно отказывались признать, что их ведёт любопытство.

— Я тут останусь, — глядя на наши сборы, сообщил Бугурт. — Устал. И за камнем кому-то надо присмотреть.

— Вполне разумно, — кивнул я. — Если возникнет опасность, беги к кристаллу. Он тебя прикроет.

— Какая ему опасность может угрожать под куполом, барон? — проворчал Мастер. — Игорь сейчас в этих местах и есть самая главная опасность.

— Вкусненького чего-нибудь привезите, — попросил Бугурт и я не сумел сдержать улыбку. — А то сухпай уже достал.

Джип тронулся уже привычным маршрутом в сторону бывших владений барона Строгина. В этот раз я никуда не торопился и не был до бровей накачан заёмной энергией, поэтому вполне мог нормально смотреть по сторонам. И глаза мои видели только боль и разруху.

Сопряжение изувечило лицо всего мира и, вместе с ним, лица народов и стран, выживших после тяжелейшего потрясения. Девяносто процентов жизненного пространства, которое раньше все воспринимали, как нечто обыденное и естественное, просто перестало принадлежать людям. Там, где паслись обильные стада — теперь простирались отравленные энергиями иных планов равнины. Там, где росли плодовые деревья и колосились пышные нивы — бродили дикие твари и ужасные мутанты.

Люди утратили власть над своим миром и теперь вынуждены были выживать, собираясь на островках стабильности, которые предоставляли им кристаллы. И сейчас я чётко видел границу, между дикими заброшенными территориями и клочком земли, за который отчаянно боролся барон Строгин.

Мы миновали каменистую пустошь и выехали на приличную грунтовку. По обеим сторонам дороги поднималась высокая трава. Самая обычная, но такая редкая в мире после Сопряжения. Её могли есть животные, а значит на этой земле можно было выращивать зерно — величайшую драгоценность Российской Империи. Барон был казнён в конце весны, а значит, ещё можно было успеть засеять поля. Вот только ни людей для этого, ни техники у меня попросту не было. Да и накрыть такую территорию куполом, чтобы обеспечить безопасность земледельцам, я попросту не смогу. Надорвусь из-за слабо развитой сети кристаллической связи в теле.

— Жалко как… — будто услышав мои мысли, произнёс Мастер. Командир отряда Святых смотрел в другое окно. Почти на грани видимости, там виднелось засеянное поле, на котором боролись два здоровенных чудовища. Прямо на наших глазах, плоды трудов сотен крестьян превращались в грязь на шкурах монстров. — Ведь просто надо было огородить!

— Всех не спасёшь, командир, — тихо произнесла Ульяна. — Да и стоять насмерть рядом с этим полем будет глупо. Ты же сам знаешь, как оно манит монстров.

— В смысле? — тут же заинтересовался я.

— В прямом, — пожал плечами командир Святых. — Какая-то патологическая мания у огненных и водных чудовищ. Они потому там и сцепились. Прут на пшеницу и не остановишь ничем. Собак с дохлыми жабами видел? Вот и тут то же самое! Будто не видели никогда!

— А они и не видели, — неожиданно для себя самого, произнёс я.

В сознании возник удивительно чёткий образ странного клубка кристаллической связи, который больше всего напоминал переплетение сотен разных дорожек и дорог. Каждая вела в свой мир или к какому-то определённому месту. На некоторых были леса или горы, а на некоторых…бесконечные горящие равнины, по которым медленно брели стада удивительных пылающих существ. Для них обычная зелень могла стать великим деликатесом, а привычный людям мир — ледяной смертельной пустыней.

— Приехали! — прервал наш разговор Михалыч, и машина резко остановилась. — Похоже, мы сегодня не первые гости.

Я тут же нахмурился, но никого постороннего поблизости не ощутил. Вернее, кристалл говорил, что всё в полном порядке и все, кто находится в этом месте, имеют на это право. Я быстро высадился из внедорожника и осмотрел двор имения. Чуть в стороне стояла ветхая машинка, которая вообще непонятно как сумела сюда добраться через дикие земли. А нас уже ждали у входа.

— Ваше благородие! — помахала мне рукой от входа в здание Елизавета. За прошедшие сутки девушка основательно пришла в себя и выглядела значительно лучше. Возможно, сказалось возвращение в родные стены и хоть какая-то определённость в будущем. — Ваше благородие, я как раз хотела с вами связаться, но оказалось, что ваши люди не могут мне в этом помочь.

— Здравствуйте, Елизавета Дмитриевна, — поздоровался я и баронесса слегка смутилась своих манер.

— Добрый день, Святослав… — произнесла девушка и растерянно замялась.

— Иванович, — помог я.

В памяти моего нового тела это имя принадлежало родителю, а значит я вполне мог использовать его в качестве отчества. А вот с фамилией всё было сложнее. На совет великих родов я так и не попал, а значит никто пока даже не пытался ввести меня в круг имперской аристократии.

— Святослав Иванович, — улыбнулась Елизавета. — Прошу простить меня за вольность. Сегодня вернулись ближайшие слуги моего отца и я не сумела им отказать. Они просто постучали в дверь и сказали, что останутся жить возле дома, если я не захочу их принять.

— Всё лучше, чем в этом поганом полисе, — проскрипел из тёмной прихожей старческий голос. — А так хоть дети Димкины присмотрены будут.

— Варвара Алексеевна! — ещё больше смутилась девушка и виновато посмотрела на меня. — Простите, Святослав Иванович. Варвара служила отцу ещё до того, как я родилась. Она нас с Никитой с пелёнок знает.

— Что ты перед ним оправдываешься, Лизка? — проворчала Варвара. Служанка наконец вышла из дома, и я удивлённо уставился на совершенно чёрную женщину, которой на вид было не меньше сотни лет. Причём, она была не негритянкой, а просто сама кожа Варвары чем-то напоминала обсидиан, который мы выплавляли с Олегом ещё час назад. — На этой земле только Строгины власть имеют. Ты тут главная, вот и веди себя соответственно.

— Здравствуйте, Варвара Алексеевна, — внимательно рассматривая женщину, произнёс я. — А где ваш супруг? Или вы Окхамарру?

— О как! — хекнула служанка и оскалила удивительно острые зубы. — Образованный значит? Ошокхарру я. Понятно? Или будешь ещё кучу глупых вопросов задавать?

— Не буду, — хмыкнул я. — Но и вы имейте в виду, что дальше этого дома ходить не получится. Там уже моя земля, а я вас не знаю.

— Будто оно мне надо! — фыркнула старуха и, обернувшись к дверям, громко позвала. — Демид! Иди сюда! Молодой барон на тебя посмотреть хочет! А то потом будешь гундеть, что не знал про запреты!

За этой нашей странной беседой с удивлением наблюдали все присутствующие. И, надо сказать, Ульяна и Олег выглядели не менее обескураженными, чем Елизавета.

— Барон… — тихо пробормотала Лиза. — Она даже отца бароном не называла никогда!

— Иду я! — донёсся до нас почти такой же голос и я, уже без особого удивления, увидел рядом со служанкой почти полную её копию, только в мужском костюме. — Чего надо?

— В доме разрешили нам быть, — не отрывая от меня взгляда странных красноватых глаз, поделилась новостями Варвара. — Но дальше запретил новый хозяин земли. Уяснил?

— Уяснил, — кивнул Демид. — Благодарим, барон.

— Пока не за что, — ответил я. — Не факт, что вам будет лучше здесь, чем в полисе.

— В полисе нас даже в крестьянские бараки не пустили, — усмехнулась Варвара. — А здесь привычно всё. И род знакомый. Долго мы уже с ними. Благодарим, барон.

Я кивнул и перевёл взгляд на новую главу рода Строгиных. Слуги у Дмитрия Ивановича действительно оказались интересными. С ними я ещё определённо пообщаюсь, но только после того, как закончу первые пару ярусов концентратора. Полукровки людей и жителей Огненных пустошей встречались крайне редко. А полукровки, следующие традициям ифров, ещё реже. Эти существа были крепко привязаны к конкретному месту и могли десятилетиями защищать тех, кто заслужил их верность. Бывший глава рода Строгиных был действительно выдающимся человеком, если пара слуг вернулась в его дом даже после смерти хозяина.