Попаданец. Маг Тени. Книга 12 (СИ) - Усов Серг

— В общем, Анд, скажу, что поначалу Великого восприняли все маги мира с восторгом. Ведь он научил создавать храмовые и родовые камни. До этого инициация происходило спонтанно, и многие юные олы теряли свой дар при этом или и вовсе погибали. Понимаешь?

Октонер не знал, что озвученная информация Андрею известна во всех подробностях от самих виновников тех неприятностей. Ведь это стихии всё никак не могли поделить между собой новообращаемых адептов, бились друг с другом за каждого, часто выжигая источники молоденьких магов. Когда же в схватку вступали антагонистические стихии, то одним лишь энергетическим ядром разрушения не ограничивались, гибли и тела. Именно Аркадий предложил им договориться о балансе интересов, чтобы инициации тем или иным направлением магии были между собой уравновешены. Родовые и храмовые — для тех олов, у кого нет своих родов — камни являются осколками своего рода единого магического счётчика, определяющего, какими направлением и силой магии сделать очередного адепта, не допуская перекосов, дисбалансов в общем количество их в мире.

— Ага, где-то читал. — ответил тестю.

— Вот поэтому он и стал поначалу кумиром всех магов на всех континентах. Великий мог легко по ним перемещаться, наверное и ты уже так можешь? Впрочем, неважно, я не об этом. Просто такое отношение долго не продлилось, и очень скоро твой предшественник столкнулся с тем, что любые его начинания по созданию единой ни с кем не воюющей империи потерпели крах. Более того, с каждым годом ситуация на всех материках только ухудшалась.

— Против него выступили объединённые силы могущественных одарённых? — спросил Немченко.

— Нет, не в этом дело, Анд. Конечно вначале нашлись и такие, но дураков он быстро выбил. Всё гораздо проще, его не стали ни в чём поддерживать. А без руководства олов неодарённая чернь не способна к любой мало-мальски нужной организации. Повсюду воцарились произвол и беззаконие, за которым олы спокойно наблюдали из-за стен своих замков и имений. Торговля разрушилась, деревни горели, города приходили в запустение. Единственное, что смог Великий, это сохранить своё полное влияние пусть на большой, но в рамках Герталы очень ограниченной территории нынешней Фагосской империи. Я посчитал нужным тебя об этом предупредить. Опасайся не врагов, не открытых врагов. Раз ты хочешь объединять королевства в единую страну, учти, на поддержку одарённого сословия не рассчитывай.

Что ж, Немченко ещё из прошлой жизни было знакомо слово саботаж. Только он уже догадывался о таком возможном развитии событий, только в отличие от Аркадия имел на этот счёт свои планы. Не захотят олы ему помогать? Ерунда. Поможет та самая презираемая чернь.

— Да, вопрос серьёзный. — он взял из вазы сочный персик, сам напросившийся в его руку, и с удовольствием откусил. — С этим надо будет как-то бороться. Но ведь на помощь родных и близких я всегда могу рассчитывать?

— Даже не сомневайся, — ответила Ривера.

— Анд, — хмуро сказал Гент. — Если нужно, я всегда буду рядом.

И когда я буду лежать в постели с твоей любимой сестричкой? — чуть не съязвил Андрей, но вовремя прикусил язык.

Глава 21

После завтрака Великий Анд не стал спешить расставаться с родственниками, все вчетвером они переместились в небольшой садик, располагавшийся позади главного здания напротив донжона. Вообще в замках владетелей с озеленением дела обстояли не очень хорошо. Во-первых, сказывался дефицит места, слишком много полезного требовалось размещать на ограниченной площади, а, во-вторых, высокие стены и башни своими тенями мешали деревьям и растениям нормально расти. Со второй причиной, что в Рее, что в Пирене проблема разрешилась легко, хозяйка одного замка адептка земли, а наследник второго адепт жизни, обоим превратить чахлую растительность в цветущую легче лёгкого. А вот с первой ничего не поделаешь, и замковый парк тут был всего десять на десять шагов размерами. Впрочем, для беседки хватило, где хозяева с гостем и посидели ещё немного, обсуждая судьбу бывших высокоранговых магов Далиора. положение дел в Яролии и строя планы на будущее.

— Наверное, нам всем нужно будет в ближайшие дни отправиться в Далий, — сказала Ривера зятю, когда тот уже собрался отправляться в путь. — предъявить своё право на членство в клубе. Там же сейчас только вы с Рамсвеном остались.

— Только Рамсвен, — перекинул ногу на ногу Немченко и поставил оставшийся почти полным кубок на столик. — Я сам себя исключил. Да и не нужен клуб больше. Они ведь зачем существуют?

— Это понятно зачем, — ответил ему тесть, в отличие от ола Рея он опустошил ёмкость до дна одним глотком, причём уже во второй раз, пока здесь находились. — Помогать короне в сохранении порядка в государстве.

— Можно и так сказать, — хмыкнул Великий Анд. — а можно точнее: чтобы манипулировать официальной властью. Получать нужное для себя, не неся при этом никакой ответственности. Только нам-то теперь это зачем? Всё равно уже на мою голову будут сваливать и хорошее, и плохое. Да и не станет славный король Ратвес Четвёртый, наш будущий император, больше ни к кому прислушиваться. В общем, вместо клуба будут просто мои родные и сподвижники. Тем более, числом пять их количество ограничивать не собираюсь.

— А сколько же у тебя нас будет? — уточнил Гент, с момента обретения десятого ранга сам на себя не похожий, оживлённый, улыбающийся и с блеском в глазах.

— Да хоть сто пять, — пожал плечами Немченко. — Совсем на этот счёт даже не думаю. Сколько будет, столько и будет.

— Бедный Анд, — вздохнула ола Пирен.

— Чего это он бедный-то? — рассмеялся её супруг. — Наоборот, сейчас все богатства мира легли ему под ноги. Вопрос только, лень ли ему будет нагибаться их поднимать или нет.

— Так потому и говорю, что бедный, — рассудительно продолжила настаивать на своём тёща Великого Анда. — Тут с одним владением-то голова болит, лишний раз не то что в столицу, в Нагабин не съездишь. Скукота жуткая. Для чего мне дочь столько замечательных моделей одежд дала? А наш Анд теперь и вовсе может об отдыхе забыть, с таким-то объёмом задач, которые для себя определил. Ты внимательно его сейчас за завтраком слушал?

Андрей с интересом посмотрел на Джисиных родителей, рассуждавших так, будто его сейчас с ними не было, и вмешался, сказав откровенно, что сам по этому поводу думает:

— Не соглашусь, Ривера. Я ведь не только задачи определил, но и уже примерно представляю, кому из своих родных и близких передоверить их исполнение. Возьметесь с Гентом за книгопечатание? Уверяю, скучно не будет. И сами узнаете много нового и очень интересного. Типография уже на днях будет запущена в дело. Тут в Нагабине. Ездить далеко не нужно.

— Разве мы сможем отказать после всего, что ты для нас сделал? — легко согласилась ола Пирен. — Тем более, раз ты говоришь, это будет интересно. Ни разу ведь не обманул, — коротко рассмеялась, но тут же увидела маячившего на углу здания капитана дружины.

Октонер, проследив за её взглядом, обернулся и жестом подозвал офицера к себе. Пока супруги выясняли с ним вопрос о размещении прибывших новых бойцов в состав дружины, Гент негромко попросил Великого Анда поговорить наедине.

К порталу Немченко мог переместиться сразу из беседки, но из-за просьбы шурина решил пройтись по поселению пешком, якобы посмотреть, насколько там всё изменилось к лучшему. Однако от сопровождения тестя отказался, попросив составить компанию ола Гента.

Попрощавшись с тестем рукопожатием, а с тёщей объятием, Андрей с десятиранговым адептом жизни направились к воротам замка. Обратил внимание, что только дурной пример заразителен, а вот хорошее люди не всегда перенимают, даже такие замечательные как родители Джисы. Они ведь уж сто раз бывали в Рее, знают, что дочь с зятем сначала свинарник устроили вне пределов замка, а чуть позже и хлев перенесли за его стены. Остались лишь небольшой коровник на пять голов для получения свежего молока — сыры, сметану и прочие молочные продукты делали в поселении, превратившемся уже в городок, конюшня и большой, вдвое крупнее обычных птичник. Андрей и его одно время хотел подальше убрать, надоели петухи, будящие с раннего утра, да тут ола Рей не позволила. В замке же Пиренов был настоящий скотный двор с соответствующими запахами, так что, прогулки здесь не очень приятные.