Долгое бегство (ЛП) - Кук Глен Чарльз

Душечка фыркнула, когда я завел этот разговор:

— Да ты, никак, влюбился?

— Нет! Не в этом дело. Но мне нравится эта малышка. Исключительно по-отечески. Она — золото. И я не хочу, чтобы это золото оказалось потраченным зазря.

Душечка задумалась и кивнула — она была, наверное, единственным членом Отряда, кто не потчевал меня дерьмом, намекая на растление малышки. Она показала:

— Ты слишком суетишься. Ей всего четырнадцать. Она уже то, чем должна быть. Все, что ты можешь сделать — стать примером, на который она захочет походить.

А теперь кое-кто на двадцать лет моложе дает мне советы, как воспитывать детей.

— Хорошо. Постараюсь.

Но кое-что я оставил-таки при себе. Я опасался, что внутри Полуночи есть тьма, которую она пока что успешно скрывает.

Я пошёл прогуляться к руинам, думая, что найду там покой и уединение. Бродил и перетасовывал в памяти недавние события, чувствуя, что упускаю нечто важное.

В руинах я не нашел ни тишины, ни покоя. Вместо голодных призраков там обнаружилось столько стервятников, сколько могло слететься со всей округи, и теперь они пировали на останках двух диких ослов и пожилой женщины, предсмертный взгляд которой не шел у меня из головы.

Что-то не сходилось и несколько недель спустя, когда мы вели переговоры с членами Магистрата Ржи, не желавшими платить нам за помощь в охлаждении хищнических настроений их ближайших соседей из Песчаника. Обе стороны уже наслушались изрядно приукрашенных баек про нашу службу Госпоже в былые времена.

То, что я, наконец, заметил, было подобно хорошему подзатыльнику — вечно нервный Ржавый отирался около Полуночи даже чаще, чем Дрозд. И Полночь мирилась с присутствием этого мудака поблизости.

Последний кусочек головоломки лег в нужное место. Ржавый больше не вел себя, как ублюдок.

После посещения Деревни Голодных Призраков он был сам не свой. По сути, он стал для Полуночи чем-то вроде дворняжки. А Полночь больше не держала на него зла.

Конечно, трудно было сказать то же самое о её брате и оставшихся членах банды. Лунный Свет до сих пор имел на Ржавого зуб.

Члены Магистрата до момента заключения сделки почти с нами не торговались. Это подсказывало, что они попытаются нас надуть, когда будут спокойны насчет Песчаника. Мы все поняли. Ничего нового. Дурное время, дурные дела. Ну а пока суд да дело, мы могли передохнуть от странствий там, где никто нас не знал.

Я устроил госпиталь в самом настоящем здании. Мороки было немного: несколько порезов, пяток царапин да симулянты, пытающиеся отлынивать от работы.

Закончив дела, я попросил Полночь:

— Притащи-ка сюда Ржавого. Хочу его осмотреть.

Она очаровательно надулась, выказывая неудовольствие:

— Дрозд сказал, что у него какие-то проблемы с животом. Так что, да. Тебе стоит на него взглянуть. — И удалилась.

Я ждал, попутно оценивая свою новую нору. Она являлась частью небольшой казармы. Похоже, эту зиму я проведу в тепле и сытости. Что ж, скрестим пальцы. Давайте повоюем с Песчаником подольше.

Приперся Ржавый. Дерганый, бледный Ржавый с мокрыми глазами — похоже, он не слишком рад был оказаться рядом с отрядными коновалами.

Я сказал:

— Сюда садись.

— Что не так?

— Я кое-что заметил…

И я разъяснил суть своей профессиональной заинтересованности.

Где же Полночь? В приемной слышался голос Дрозда. Возможно, она торчала там с ним.

Ржавый подрасслабился. Ничего особенного, ага. У него просто живот болит. Может быть, он заработал язву? У его дяди когда-то была язва. Дядя иной раз блевал кровью.

Я сел около Ржавого, положил руки ему на плечи, наклонился и шепнул:

— Я знаю, что ты здесь. И все остальные тоже знают.

Ржавый забился в корчах.

Голодный призрак овладел им лишь частично. Надо бы перечитать здешние книги. Наверняка существовал ритуал изгнания, который мог бы спасти парня, хотя одержимый Ржавый был куда лучше настоящего Ржавого, даже когда тот вел себя прилично.

Я больше никогда не видел Преследующую Полночь. Она, Лунный Свет и их приятели исчезли с лица земли. В городе это несложно устроить. Душечка не позволила мне тратить силы на поиски того, кто не желал быть найденным. Душечка хотела быть для нас единственной принцессой. Впридачу, на повестке дня стояли наши наёмничьи делишки.

Разборки с ребятами из Песчаника закончились для последних плачевно. С обеих сторон выступили потасканные бойцы отвратительной выучки под командованием обрюзгших стариков, получивших свои звания по праву благородного рождения. Но с нами были Молчун, Гоблин и Одноглазый, чтобы склонить чашу весов в нужную сторону.

Ржавый исчез через неделю после побега Полуночи. Дрозд, хоть и не смылся вместе с ним, едва не сошел с ума от беспокойства. Остальным было плевать. Ржавый таскал в себе голодного призрака, который никуда не денется, пока не найдет нового пристанища. Все негласно решили, что дела должны идти своим чередом.

Одной прекрасной зимней ночью наполовину оправившаяся Шепот прибыла в Рожь, чтобы донести до Магистрата распоряжение Госпожи относительно Черного Отряда. Ребята из Магистрата были со всем согласны, но не успели осуществить ни одного из данных ими обещаний — умница Одноглазый следил за всеми шишками Ржи через ручных крыс-шпионов.

Мы даже почти ничего не разрушили, когда отступали, чувствуя приятную тяжесть в карманах.

Последнюю весть о Ржавом я получил, когда мы зачистили восточные ворота. Его истерзанный труп нашли под слоем ила у берега реки, которая протекала через Рожь. Крысы и раки славно над ним потрудились, но это не составило бы и десятой части тех увечий, который ему нанесли, прежде чем вышвырнуть в воду.

С этого момента я ещё сильнее стал опасаться сладкой, прелестной малышки по имени Преследующая Полночь.

Новый темный замок и зловещие армии? Очень может быть.

⠀⠀

7. Юность темной повелительницы

— Полночь!

Полночь отвела взгляд от типа, закутанного, как в саван, в черный плащ, в семидесяти метрах слева от нее, которого, казалось, никто больше не замечал. Её спутник, Цып, указывал на нечто более уродливое:

— Проклятье. Это же Жопа бабуина, — и не один, а с парой своих шестерок.

Цып покосился на таверну, за которой они наблюдали.

— Давай без выкрутасов.

— Это уж как он сам решит. — Что, черт возьми, это был за тип в черном плаще? Где же он? О! Он теперь на этой стороне улицы, прячется в тени на тридцать метров ближе. Когда он успел? Как…? Неважно. К черту типа в черном, с Жопой бабуина вместе.

Из «Молчаливой совы» вышел пьяный клиент, которого вот-вот должны были обуть на целое состояние. Ведущая его под руку шлюха при дневном свете была не так привлекательна. Мать-перемать. Это не рыжий мудила.

Полночь заметила шевеление на крыше таверны: Худой дал ей понять, что все видит.

Почему этот придурок Рыжий не вышел? Она прищурила глаза. Лицо приобрело суровость, несвойственную подростку.

Её холодный взгляд убийцы выискивал неизвестного типа, закутанного в черный плащ, и беспокоящего сильнее, чем приближающийся амбал, бывший чуть умнее слизня.

Тихушник снова переместился.

— Что-то здесь похолодало, — сказал Цып.

— Точно. Следовало задержаться в Отряде до конца зимы.

— Может, они позволят нам вернуться? Хару они разрешили.

— Может быть, — для нее это было просто, но для Цыпа с Худым все может быть сложнее. — Они даже не стали нас искать после нашего ухода.

— Ты так думаешь? А я держу пари, что их колдуны точно знают, где мы находимся.