Дважды одаренный. Том VII (СИ) - Тарс Элиан

— Это Фёдор Емельянович Коноваров, — сообщил мне Бородин. — Бывший майор рати Эпштейнов. Мы сражались с ним во время защиты этих земель.

— Точно! Ты один из тех Иерархов! — выпалил Коноваров, тыча в Бородина пальцем. — Тот, у которого помимо «земли» ещё и «воздух»!

Я удивлённо посмотрел на них и покачал головой.

— Вы сейчас выглядите как герои индийских фильмов, — изрёк я, припомнив подобную шутку, которую как-то в МАУД слышал от Ионова. — Вам бы сейчас обняться и танцевать зажигательный танец в честь неожиданной встречи после долгой разлуки.

Оба Иерарха непонимающе уставились на меня.

Я же изучал взглядом Коноварова. Да, прекрасно помню отчёт Бородина, в котором он упоминал о штурме вражеского штаба, и о том, что защита была выстроена очень качественно. Так же глава моей СБ выделял некоего ледяного Иерарха, который явно не горел желанием с ним сражаться и предлагал сдаться. Притом, как выразился Бородин: «у меня создалось впечатление, что им двигал не страх перед нами, а желание уменьшить количество жертв этого конфликта».

В общем, зацепил этот Коноваров Бородина. Алексей Михайлович даже собрал на него короткое досье и решил приглядывать по мере возможностей. Зачем ему это, я у Бородина спрашивать не стал. А он после доклада не поднимал тему Коноварова — Бородин не из тех, кто будет что-то предлагать, пока не проверит со всех сторон.

Хотя я думал, что к моменту нашей победы над Эпштейном у Алексея Михайловича будет полное досье на этого Коноварова. И, если глава моей СБ посчитает того достойным, он придёт ко мне с предложением переманить перспективного бойца.

Но!

Похоже, всё пошло по иному сценарию.

— Ты сам выкупил себя у Империи? — спросил я Коноварова.

Мужчина подобрался и кивнул:

— Так точно!

— Расскажи подробнее, — велел я.

Он замер, напряжённо переводя взгляд с меня на Бородина и обратно.

— Полагаю, это с тобой у меня встреча сегодня в полдень, да? — подтолкнул я его к решению.

Фёдор Емельянович удивлённо хлопнул глазами, снова подобрался и пробасил:

— Прошу прощения, неужели это вы тот самый человек, который обеспечил силам его сиятельства Распутина блестящую победу во время битвы с ратью баронского рода Эпштейна?

— Ну… — протянул я, дивясь такой формулировке. — Скажем так, мой план и точечные действия помогли добиться победы защищающейся стороне. Но её бы не было без остальных бойцов. Так что «обеспечили» победу общие усилия, — сказал я, а затем усмехнулся и добавил: — Ну и отсутствия споров с командованием, разумеется.

Коноваров восторженно смотрел на меня, а затем выпалил:

— Значит, я искал встречи с вами! Позвольте отрекомендоваться должным образом…

— Погоди-погоди, — перебил его я. — Раз уж мы со всем определились, пойдём уже в беседку. И, надеюсь, ты не против, если глава моей СБ составит нам компанию? — Я взглядом указал на Бородина.

Любуясь плещущимися в озере карпами и беседуя о насущных делах, мы больше часа просидели в этой уютной беседке.

Впятером.

Да-да, Биба и Боба, побегав со своими родственниками, снова вернулись ко мне и лежали рядом со скамейкой во время переговоров с Коноваровым. Я, честно, так и не понял, нервировало ли их присутствие ледяного Иерарха? Или всё же восхищало?

В любом случае, Фёдор Емельянович старательно делал вид, что два огромных щенка его никак не волнуют, и рассказывал нам свою историю. Когда он погружался совсем глубоко в свои воспоминания, я ловил взгляд Бородина, и глава СБ едва заметно кивал, подтверждая слова Коноварова.

Довольно интересный человек этот Коноваров. Я даже порадовался, что не читал о нём досье ранее, а сперва познакомился лично и выслушал историю человека из первых уст. Так я смог лучше прочувствовать его слова и сделать для себя выводы.

Итак, Коноваров с детства хотел защищать людей от монстров, однако же родился без Второго Дара. Облом — в Проклятые Земли не походишь. Но можно выстраивать оборону Больших Земель на границе с Проклятыми.

Правда, и тут сложность: не получается найти тех, кто назначит тебя охранять исключительно дальние рубежи Больших Земель. Имперской армии, и уж тем более аристократам нужны многофункциональные воины. Если ты не дважды одарённый, то ты не можешь специализироваться только на борьбе с монстрами.

Весьма спорный подход, имеющий как плюсы, так и минусы. В идеале, как раз профильные отряды более эффективны. Вот только тренировать их слишком дорого. Если армия будет создавать специальные роты по борьбе с монстрами на Больших Землях, придётся тратить огромные деньги на передвижение этих рот по всей Империи — ибо Проклятые Земли хаотично появляются в разных точках Империи.

Есть и второй минус: если тренировать отдельные отряды, основная масса бойцов не будет обучена противодействию монстрам. А значит, в случае огромного прорыва такие солдаты будут почти бесполезны.

Я думал об этом, слушая рассказ Коноварова. И улыбнулся, когда сам Коноваров озвучил схожие мысли.

— Для себя я решил, что готов воевать не только против монстров, но и против людей, — резюмировал он. — Но только мне хотелось бы, чтобы причины таких войн были значимы.

— Иными словами, тебе нужна достойная цель? — пробасил Бородин, буравя оппонента пристальным взглядом.

Тот подобрался и кивнул:

— Можно и так сказать.

— Идеалист, — хмыкнул Бородин.

Коноваров вскинулся, но глава моей СБ быстро добавил:

— Но я — одобряю. И меня впечатляет, что ты смог собрать вокруг себя таких же идеалистов.

— У мужиков есть свои причины жить такими же стремлениями, — проворчал Коноваров в сторону.

Я одобрительно хмыкнул и покачал головой. Впечатляет, что когда дед Распутин «продал» пленников непосредственно Империи, и их договора Служения с Эпштейнами автоматически расторглись, Коноваров смог выкупить у Империи себя и тридцать пять своих товарищей.

Это ж какие деньжищи, а! Фёдор Емельянович говорит, что у них с отрядом был свой собственный фонд на случай непредвиденных обстоятельств.

— Я вот что думаю, — спокойно начал я, привлекая к себе внимание двух хмурых Иерархов. — Будучи ратниками Эпштейнов, вы всё равно держались особняком и даже имели собственную казну.

— Образно говоря — да, — пробурчал Коноваров.

Я поморщился и покачал головой:

— Как-то это не очень.

— Согласен, — кивнул Бородин, и мы вдвоём уставились на Коноварова, ожидая его объяснений.

— А что не так? — вновь нахмурился тот. — Мы пришли к Эпштейнам вместе. Да, я надеялся на лучшее, но кто позаботится о нас и наших семьях в крайнем случае, если не мы сами?

Мы с Бородиным переглянулись.

— Так-то в твоих словах есть логика, — откинувшись на спинку кресла, произнёс я. — Но всё же сама ситуация мне противна. Если вы пойдёте служить ко мне, вам не придётся содержать общий фонд на чёрный день. Потому что долг командира… а в данном случае — господина, позаботиться о будущем своих бойцов. Именно господин должен выкупать верных воинов из плена, или же в худшем случае выплачивать достойное пособие их семьям. Хотя хороший господин должен приложить все свои силы, что до таких крайностей не доходило.

Я замолчал, размышляя о том, что Эпштейны не стали выкупать у Империи своих воинов. Да, с точки зрения законодательства это бессмысленно — до конца конфликта бывшие пленники не могут вновь стать Слугами Эпштейнов.

Но это же по-человечески правильно! Эти люди попали в плен, когда сражались за тебя и твои интересы. Если ты не смог избежать их пленения — выкупай их, пусть отдыхают и копят силы для дальнейшей службы тебе после того, как они смогут возобновить договор Служения. Денег у Эпштейнов для этого хватает.

Но выкупать своих людей они не стали. И, как итог, Коноваров с его товарищами договор Служения явно возобновлять не собираются.

— Вы сказали, что примете нас на службу? — осторожно уточнил Коноваров, прервав полёт моих мыслей.