Мы вместе пошли на кухню разогревать ужин.
— Сильно расстроился? — спросил я, имея в виду Ваську.
— Конечно. Он же бредит полетами на челноке. У него календарь на стене весь в зачёркнутых датах. Отсчитывал дни.
— Поговорю с ним. Когда он летит обратно в Питер?
— Сказал, завтра.
— Сегодня прилетел, и завтра обратно?
— Он так сказал.
За весь вечер из своей комнаты Васька так и не вышел. Выходит, со своим сыном я так и не пообщался. Мы оставили для него накрытый салфеткой ужин на кухонном столе на случай, если он выберется из комнаты хотя бы ночью, и ушли спать. А пробуждение вышло совсем не таким, как я рассчитывал.
Звонок раздался в пять утра, когда за окном стояла полная темень.
— Вик, возьми, это отец звонит.
Толком не разлепив глаза, нащупал мобильник на прикроватной тумбочке и поднес к уху.
— Слушаю, Василий Николаевич.
— Как же так, Вик⁉ — впервые я слышал голос императора таким расстроенным, — Что же ты за сыном уследить не смог?
— Как не смог… он спит в своей комнате…
— Ночью угнал челнок.
— Он не мог угнать челнок. У него нет своего скафандра.
— Кармина ему одолжила свой, — упавшим голосом сообщил император, — Она едет к тебе.
— Понял. Встаю.
— Вик.
— Слушаю.
— Тот кулон на тебе?
Забыв удивиться, на автомате нащупал под майкой на груди тестев подарок.
— На мне.
— Не снимай, — строго сказал он напоследок и отключился.
В следующий миг раздался звонок в дверь. Я пошел открывать. Кармина приехала вместе со своим Валеркой. Прошли на кухню, Аврора включила кофеварку.
— Я дала ему свой скафандр, — сообщила Кармина то, что я и так уже знал от тестя.
— У него нет Системы. Он не может пользоваться скафандром.
— Пользоваться может. Настраивать не может, — Кармина скривилась.
— Ты настроила скафандр для любимого племянника, чтобы он смог полетать, — констатировал я, — Где он теперь?
— Совершил аварийную посадку. Не справился с управлением, — вместо Кармины ответил Валерка Чкалов.
— Он жив? — Аврора побледнела.
— Жив. С ним все в порядке.
— Где он теперь? — повторил я вопрос.
— Сел в окрестностях Солсбери.
— Что еще за место?
— Это Великобритания, Вик, — снова ответил Валера за Кармину.
— М-да. Говеннее места для аварийной посадки найти трудно. Ей богу, лучше бы он сел на льдину под Певеком.
Валерка сдержанно хмыкнул.
— Ладно. К черту сантименты. Придется звонить Кайману.
— Уже, — поведала Кармина, — У Каймана случились именины сердца.
— Лучше бы припадок.
— Припадок лучше, но у него именины…
— Валер, труби общий сбор, — распорядился я, — Летим в Солсбери. Пусть только попробуют не отдать Ваську. Вдавлю этот прыщик в дно Атлантического океана.
Глава 32
Мы сели в машину. Валера вел, и я в очередной испытал восхищение этим человеком. Летчик ас и машину водит как ас. Входит в повороты, почти не снижая скорости, при этом совершенно не вызывая ощущения опасной езды. Если не смотреть на спидометр, не заметишь, что машина мчится с такой скоростью.
В Севастопольский порт приехали к шести утра, но системные зерги уже были здесь в полном составе. Валера открыл ангар, в котором стоят наши челноки. Сорок девять машин, кроме пятидесятой, которую я изготовил для Васьки. И сорок девять зергов бросились рассаживаться по кабинам. Кармине я отдал Васькин скафандр. Новички, совершившие сегодня первый полет, тоже заняли свои челноки, в чем я не сомневался.
— Проверка связи, — произнес я из своего челнока.
— Связь в порядке, — отозвалась Аврора, — Прокидываю маршрут на Солсбери.
— Все готовы? — спросил я, и в интерфейсе закрасились зеленым цветом сорок девять квадратиков, — Полетели.
Полет до Британского острова занял какие-то считанные минуты. Мы появились в британском небе, упав из космоса. Если рискнут британские ПВОшники запустить по нам противоракету, очень быстро пожалеют. Не рискнули. А скорее всего в этом городишке у бритишей нет никаких средств ПВО.
— Вижу челнок, — доложила Кармина, — На поле.
— Всем оставаться в воздухе, — приказал я, — Я сажусь.
— Вик, я тоже сажусь, — подала голос Аврора, — Ты английский язык не знаешь.
— Хорошо.
— Я тоже сажусь, — добавила Кармина, — Я тоже знаю английский.
Вставать в позу и выговаривать Кармине не стал. Пусть тоже садится. Каша заварилась с ее участием. Пусть примет участие в ее расхлебывании.
Втроем мы опустились на поле. Небо едва начало светлеть. Васькин челнок торчал посреди каких-то злаковых культур, зарывшись одним крылом в землю. Посадка у него вышла совсем не мягкая.
Вокруг челнока был натянут желтый скотч. Две патрульные полицейские машины стояли рядом, распугивая мигалками мелкую полевую живность. Увидев нас, из машины вышел пожилой усатый коп в узнаваемом британском полицейском шлеме.
Аврора заговорила с ним по-английски. Коп спокойно и даже с некоторой ленцой отвечал на ее вопросы, в заключении махнув рукой куда-то в сторону деревни.
— Васька в полицейском участке, — перевела Аврора, — Полицейский сказал, мы можем его забрать.
— Скажи менту, что челнок мы тоже забираем.
— Уже сказала… Но сначала заберём Ваську.
Я не стал спорить. Мы поднялись в воздух и перенеслись к участку. Аврора сказала, что сходит за ним сама, мотивируя тем, что дипломат из меня никакой. Я снова не стал спорить. Я даже согласен, дипломат из меня никакой.
Аврора и Кармина зашли в участок. Я остался сидеть в челноке. Помимо обычных полицейских машин возле участка стояли две представительские машины с лондонскими номерами. Понятно, что допрашивать Ваську простым копам не доверили. С ним общались какие-то столичные спецы. Надеюсь, ничего лишнего он не наболтал, хотя это не моя забота. Пусть наша разведка и контрразведка разбираются. Лично я никаких государственных секретов Ваське не доверял.
Минут через пятнадцать Ваську вывели двое в штатском. За ними следом шли Аврора и Кармина. Васька был цел и невредим, по крайней мере с виду. Хотя я бы не расстроился, если бы фермер, которому Васька попортил урожай, засветил ему фингал. Я бы тогда фермеру руку пожал.
Одет был Васька в трико, майку и какие-то шлепанцы, скорее всего выданные здесь в участке.
— Скафандр где? — спросил я у спеца в штатском.
— Вик, не заводись, — попросила меня Аврора, — Скафандр сейчас вынесут.
Через несколько минут вышел офицер полиции, но без скафандра. Предложил кофе. Я отказался, а Аврора согласилась. Офицер ушел обратно в здание и вышел еще через несколько минут опять без скафандра, но с четырьмя бумажными стаканчиками.
Все кроме меня разобрали кофе. Аврора взяла у офицера оставшийся стаканчик кофе и сунула мне в руку.
— Вик, все будет в порядке.
Я взял кофе и отпил просто из любопытства. Кофеёк на четыре с минусом. Пить можно.
Скафандр вынесли, когда кофе мы допили, и я уже собрался идти в здание на разборки.
— Чего так долго? — спросил я штатского, — На наличие «новичка» что ли проверяли?
Шутку никто не понял. Кармина забрала скафандр, я опять не стал спорить. Скафандр-то ее по факту. Васька втиснулся в челнок Кармины рядом с ней на одно сидение. Мы вернулись к полю и пересадили Ваську в его собственный челнок.
Я прошелся с кайлом, проверив узлы и агрегаты. Васькин челнок был полностью исправен, даже крыло не замялось. Аврора взяла его на внешнее управление. Взлетели и вернулись в Севастопольский порт без приключений.
Еще через час мы снова сидели на нашей кухне, только кроме Кармины и Валерки Чкалова к нам, наконец, соизволил присоединиться Василий Викович, будущий шестой… если доживет с такими талантами.
— Вик, ну хватит дуться, — попеняла Аврора, ставя передо мной чашку свежезаваренного кофе, — Вася осознал и раскаялся… да, Вась?
Васька тряхнул сокрушенно головой, что должно быть означать: нагрубил, проштрафился, осознал, раскаялся.
