Фигляр (СИ) - Джудас Анастасиос

Хан Со-ён (после короткой тишины, чуть насмешливо):

— А ты правда хочешь видеть нас всех у себя на дне рождения? Или это всё, чтобы подловить Ми-я?

(пауза)

— Могу привести в качестве оппы Чжи-хуна. Думаю, он не откажется. Особенно если узнает, что там будет Сун-ми.

Ми-ран останавливается на секунду, бросает на девушку быстрый, внимательный взгляд:

Ли Ми-ран (заинтересованно):

— Ты серьёзно приведёшь его?

Хан Со-ён (невозмутимо):

— Увидишь. Когда он узнает, что там будет она — обязательно придёт.

Джэ-хён сдержанно усмехается и качает головой.

Квон Джэ-хён (укоризненно, но беззлобно):

— Когда-нибудь твои манипуляции людьми плохо для тебя закончатся, Ми-ран-а.

Ли Ми-ран (беспечно, как будто речь идёт не о ней):

— Ну и что. Я справлюсь.

Она делает грациозное движение плечами, как будто стряхивает с себя нечто надоедливое.

Квон Джэ-хён:

— А если Сун-ми возьмёт и устроит скандал на твоём дне рождения?

Ли Ми-ран (на ходу, с уверенностью):

— Не устроит. Она слишком хорошо воспитана для таких сцен.

Квон Джэ-хён (с усмешкой):

— Ну а вдруг устроит… чтобы отплатить тебе за всё той же монетой?

Ми-ран сбивается с шага, на мгновение теряет ритм. Её взгляд устремляется в сторону Джэ-хёна — сначала с недоумением, потом с лёгкой тревогой.

Ли Ми-ран (медленно, будто сверяя с собой):

— Она? Сун-ми всегда спускала мои колкости. Всегда.

Квон Джэ-хён (с сомнением):

— Всегда, это до вчерашнего дня? А потом взяла и поставила миллион вон против. Это уже не детские игры, Ми-ран. Ты думала, как будешь отдавать проигрыш? Родители точно увидят такой перевод с карты.

Ли Ми-ран (не понимая):

— Почему ты считаешь, что я проиграю?

Квон Джэ-хён (с издёвкой):

— Ну а кто нам обещал, что будут журналисты, репортёры и в своём знаменитом бьюти-блоге сбирался осветить событие во всех деталях?

Ми-ран кажется ещё не понимает к чему ведёт Джэ-хён.

Хан Со-ён (догадавшись):

— Точно! Тогда Ин-хо наверняка продержится ещё неделю в топах.

Квон Джэ-хён (сочувственно):

— Вот именно. Ты сама, своей вознёй, обеспечиваешь себе проигрыш Ми-ран. Стоит задуматься.

Он говорит это спокойно, взгляд серьёзный, изучающий. Ми-ран слегка прикусывает губу, глаза на секунду теряют фокус. Взгляд скачет между друзьями — в поисках поддержки или опровержения? Со-ён не вмешивается, по её лицу видно, что мысли унеслись далеко.

Ли Ми-ран (с сожалением, будто подводит итог):

— Похоже, нашим детским играм приходит конец.

Ми-ран поднимает взгляд. Улыбки больше нет. Что-то в ней изменилось. А Со-ён, всё ещё задумчиво глядя вдаль, просто кивает, словно подтверждая услышанное.

СЕУЛ. ОФИС КОМПАНИИ DAEWON GROUP. ДЕНЬ

Рабочее место Чон Со-мин — строгий, минималистичный интерьер с панорамными окнами, через которые льётся солнечный свет. Большой стол с двумя мониторами, стакан с кофе и телефон. Со-мин, одетая в безупречный деловой костюм, стоит у окна, держа телефон у уха. Её лицо напряжено, пальцы нервно постукивают по подоконнику.

РАЗГОВОР ПО ТЕЛЕФОНУ:

Пак Чон-хо (голос, с ноткой авторитарности):

— Со-мин-сси, я хочу, чтобы вы лично проконтролировали визит Ин-хо в дом моей семьи. Его нужно привести сегодня.

Со-мин выпрямляется, её пальцы замирают, голос сдержанный, но с лёгкой тревогой.

Чон Со-мин (сдержанно):

— Поняла, Чон-хо-ним. Но я не могу связаться с ним. Он не отвечает на мои звонки.

Пак Чон-хо (голос, после паузы, резче):

— Тогда найдите способ. Используйте любые ресурсы. Не позволяйте ему игнорировать, как в прошлый раз. Вы поняли? Никаких хостелов, гостиниц и кампусов. Он сегодня должен переговорить с моим отцом.

Со-мин делает глубокий вдох, её плечи напрягаются, голос обречённый, но твёрдый.

Чон Со-мин (спокойно):

— Хорошо саджанним. Я вё сделаю.

Гудки. Со-мин опускает телефон, её взгляд становится решительным. Она возвращается к столу, роняет ручку, та катится к краю, задевая кофейный стакан. Чон Со-мин прокручивает контакты, останавливается на "Канг Ин-хо". Нажимает вызов. Длинные гудки, затем автоответчик: "Оставьте сообщение…" Чон Со-мин закатывает глаза, пробует снова гудки, без ответа. Она бросает телефон на стол.

За дверью офиса — приглушённые шаги, звон лифта. Чон Со-мин вздыхает, проводит рукой по волосам, расправляя пучок. Она снова берёт телефон, прокручивает контакты, останавливается на "Ким Хе-вон". Нажимает вызов. После нескольких гудков отвечает игривый, но слегка раздражённый голос.

Ким Хе-вон (голос, с капризом):

— Алло?

Чон Со-мин садится на край стола, голос прямолинейный.

Чон Со-мин (твёрдо):

— Хе-вон-а, ты сегодня говорила с Ин-хо?

Ким Хе-вон (голос, жалобно):

— Да, я звонила ему. Хотела пригласить встретиться… Но он отказался. (пауза, обиженно) Знаешь, как он со мной разговаривал? Это было просто невежливо!

Чон Со-мин хмурится, её взгляд скользит к монитору, где мигают сообщения корпоративной почты..

Чон Со-мин (резко):

— Что именно он сказал?

Ким Хе-вон (голос, драматично):

— Он был таким холодным, будто я вообще ничего для него не значу! Как будто все мои чувства это просто пустой звук! (саркастично) Я просила его о новой фотосессии, но он даже не пообещал ничего. А может, он просто думает, что я должна бегать за ним, как собачка?

Чон Со-мин морщится, её пальцы сжимают край стола, голос становится раздражённым.

Чон Со-мин (резко):

— Хе-вон-а, я на работе. У меня нет времени на твои истерики. Просто скажи: он хоть что-то говорил о своих планах?

Ким Хе-вон (голос, капризно):

— Ничего конкретного. Только то, что занят своими делами и не хочет, чтобы его отвлекали от знакомства с новой семьёй. (всхлипывает) И на мотоцикле не пригласил покататься. Тётя, ты вообще понимаешь, как мне тяжело? Я стараюсь, делаю всё, а он…

Чон Со-мин перебивает, голос тревожный и усталый.

Чон Со-мин (твёрдо):

— Хватит, Хе-вон-а. Я поняла. Если он свяжется с тобой, передай, что бы перезвонил, что это важно.

Ким Хе-вон (голос, возмущённо):

— Конечно, я передам! Хотя даже не знаю, зачем мне это надо…

Гудки. Чон Со-мин кладёт телефон на стол, глубоко вздыхает, проводит рукой по волосам, расправляя выбившуюся прядь. Она снова прокручивает контакты, возвращается к "Канг Ин-хо". Нажимает вызов — гудки, автоответчик. Её терпение на пределе, она сжимает губы, открывает мессенджер. Пальцы быстро печатают, экран светится текстом.

ЭКРАН ТЕЛЕФОНА:

"Ин-хо-сси, я должна сегодня отвести тебя к Пакам. Пожалуйста, сообщи, где тебя встретить".

Чон Со-мин нажимает отправить. Она кладёт телефон, её пальцы теребят ручку, взгляд устремлён в окно. Сеул за стеклом — бесконечный поток машин, огней, рекламных щитов, растворяющихся в дымке.

ДОМ СЕМЬИ ПАК. СТОЛОВАЯ. ВЕЧЕР

Столовая в доме семьи Пак сияет мягким, почти камерным светом. Тёплое свечение подвесных ламп падает на стол, обтянутый светлой льняной скатертью. В центре — ваза с живыми орхидеями, расставлены фарфоровые тарелки, серебряные палочки, маленькие пиалы с кимчи, супом из водорослей, нежно поджаренной рыбой и сезонными гарнирами. Ароматы кунжута, жареного чеснока и имбиря смешиваются, наполняя воздух уютом и чем-то давно знакомым.

На стенах — большие картины с морскими пейзажами: волны, лодки, чайки в полёте. Между ними — фотографии: старинные чёрно-белые портреты, школьные снимки, семейные торжества, кадры с праздников и деловых приёмов. Здесь память живёт рядом с ритуалом.

Вдоль стола, каждый на своём месте, ужинают представители старшего и молодого поколения.

Гён-хо справа на почётном месте, он немного рассеян, руки аккуратно сложены перед тарелкой. Виден возраст и строгость в лице, и некоторая усталость. Время — вещь неумолимая. Он молчит, изредка кивает на чьи-то слова, отстранённо поглядывая в окно. Словно чего то ожидает.