Где моя башня, барон?! Том 6 (СИ) - Харченко Сергей

— Ну, иди сюда! — заревел разъярённый Буян.

Рохлин развёл руками в сторону. Типа, ты сам выбрал свою участь. Но раздался гонг. Первый раунд завершён.

— Какого хрена он ждёт? — не выдержал Шиша. — Терпила какой-то. Давно бы уже вмазал.

— Вспомни наш последний поединок, — напомнил ему Гвоздев, подмигивая. — Ну что, вспомнил, да?

— Блин, ну ты сравнил, — пробурчал Шишаков. — Ты двигался гораздо быстрее.

— Ровно также, Александр. Точь-в-точь, — плеснул себе в стакан вискарика Никитич и махнул не глядя. — Но пока непонятно, сколько Рохлин продержится.

— Да он живее всех живых, блин, — закинул мясную нарезку в рот Шиша. — Пвосто Буян уфе выдохфя.

— Вряд ли, — покачал я головой. — Он скоро себя покажет.

— Я тоже на него поставила, — заблестела взглядом Кристина.

— Крис, и ты тоже? Тебя Шиша заразил? — удивился я.

— Чуть что, сразу Шиша, — пробурчал Шишаков. — Всё на меня валите, ага. Просто подсказал девушке. Что такого?

Зная Шишакова, я не думаю, что он просто подсказал. Скорее всего, в его манере было эмоциональное объяснение, что Буян в отличной форме и так далее.

— Во, второй раунд! — Гвоздев прильнул к обзорному стеклу.

Второй раунд был таким же. Рохлин нападал, Буян закрывался и проводил редкие атаки, которые не достигали цели. Третий раунд, четвертый.

Под конец пятого раунда, Рохлин решил обмануть Буяна и сыграть ва-банк. Он выскочил вперёд, вновь напал сбоку, но цель была его зайти в тыл, добраться до шеи Буяна.

И Буян позволил ему это сделать. Почти. В последний момент, словно спущенной пружиной он выстрелил кулаком, и тот обрушился на Рохлина, ломая ему челюсть.

Рохлин упал, будто манекен, и к нему тут же устремились лекари.

— Да-а-а-а! — радостно завопил Шиша, начиная бегать по ВИП-ложе. — Никитич! Ты уникум! Мы опять выиграли!

— Ну а я те чо говорил? Ты прежде чем делать выводы, всмотрись в движения. И вот это включай всегда, — постучал себя пальцем по лбу Гвоздев. — А не эмоции.

— Да ладно тебе, я тоже неплохой аналитик, — возразил Шиша.

— Горе ты, а не аналитик, — хохотнул Гвоздев и поднялся. — Ладно, мне пора к бойцам. Надо поговорить насчёт вступления в союз.

— Так что ты решил? — спросил я.

— Всю четвёрку забираю в СОХ, — ответил Никитич, затем поморщился. — Хотя там один травмирован. Но не страшно, подлечим.

Бой завершился. Мы отпраздновали закрытие турнира, дали интервью каналу новостей. Ну и продолжили праздновать. Я же ушёл раньше. Не любитель я постоянных пьянок. Всему должна быть мера.

Когда я направлялся на выход из клуба, мне позвонил Дорохов.

— Извини, что поздно, Владимир. Два часа ночи вроде, — услышал я в трубке его напряжённый голос. — Но знаю, что ты в клубе, поэтому и решил связаться.

— Ну что, интересная информация? — хмыкнул я.

— Я проверил контакты, поначалу даже растерялся. Где ты достал эту переписку⁈ — воскликнул экс-агент.

— В телефоне одного из ваших. Кречет. Знаешь такого? — произнёс я, и Дорохов на время затих. Видно охренел от таких новостей. Босс отправил его забрать телефон Кречета, у которого хранились данные о покушении. Ну да, я бы тоже охренел от этого.

— Но как ты взломал его⁈ — воскликнул экс-агент.

— Какая тебе разница? Главное, что арестуют этих ублюдков.

— Да тут такие доказательства, что их и казнить могут, — нервно хохотнул Дорохов.

— Только мой тебе совет, — добавил я. — Передай это не своему боссу, а имперской службе безопасности.

Дорохов задумался в ответ.

— Давай я сам решу, куда и когда это передавать. Хорошо? — с раздражением ответил он. — Всё-таки у нас есть устав. Если прыгну через голову, меня выпрут со службы.

— Да подожди ты, — остановил я его. — Не думал, почему твой босс так хочет забрать этот телефон? Кажется, что твой Борщов прекрасно знал об этом покушении.

Дорохов взял очередную паузу, а затем уже спокойней произнёс:

— Это что ж получается? Советники нажали на Борщова, чтобы он уничтожил улики?

— Получается, что так, — подтвердил я. — Так что мой тебе совет — отправляй сразу же в Эсбэ.

— Я подумаю, — задумчиво ответил Дорохов. — Ещё раз спасибо за то, что помогаешь.

— Хорошим людям чего бы не помочь? — хмыкнул я, сбрасывая звонок.

Не знаю, Дорохова можно причислить к когорте хороших людей или нет. Но то, что он послушает меня, я не сомневался. Борщов, конечно сила, он его босс. Но император — совсем другое дело.

Агент прекрасно понимал, что я всё узнаю. Если он не передаст доказательства, это сделаю я. И тогда прилетит по шапке и ему, и его начальнику, и всей службе безопасности.

Поэтому Борщов не тронет Дорохова. Наоборот, чтобы и его не уличили в измене, встанет на сторону экс-агента. Дело государственной важности всё-таки.

Я вышел в коридор и в одной из комнат услышал возмущённый голос Никитича. Он же вроде решил поговорить с финалистами турнира. Или он так разговаривает с ними?

Я заметил Гвоздева за столом, напротив сидел Буян. Больше никого в помещении не было.

— И чего ты ещё хочешь? Моё слово тебе гарантия, — продолжал Гвоздев, затем увидел меня. — Володя, не хочет он в союз охотников. Скажи ты ему.

— Пусть сам решает, — пожал я плечами, поймав благодарный взгляд Буяна.

— Егор Никитич, я бы давно записался бы к вам, но не могу, — посмотрел наёмник на Гвоздева. — Свободу я люблю больше. Я сам себе хозяин. И мне эти уставы, правила, тренировки — ну вот честно… до одного места, уж не обижайтесь.

— Ладно, ты всё сказал, я тоже высказался, — Никитич положил перед ним визитку. — Держи. Как надумаешь — звони.

— Обязательно… если надумаю, — Буян убрал визитку Никитича в нагрудный карман жилета и вышел из комнаты.

Гвоздев проводил его злым взглядом, затем вздохнул.

— Не пойму, чего ему надо. Остальные подписали договор без проблем. А этот, ершистый какой-то, — вздохнул глава СОХ.

— Он же сказал, что для него важно, — напомнил я Гвоздеву.

— А в союзе что, нет свободы⁈ — воскликнул Гвоздев. — Тренировки два раза в неделю — это формальность. А денежное довольствие хорошее.

— Ну и с башен он ничего иметь не будет, а также жемчужин ему не видать, — подчеркнул я.

— Жемчужины… жемчужины, — пробурчал Гвоздев. — Что вы упёрлись в эти жемчужины? Важнее ведь не это. Мы — союз. Пойми ты это. Свои люди для нас как родные. Ладно, пока, я ухожу. Завтра с утра пораньше надо опять ехать в СОХ, бумажек накопилось просто тьма.

Никитич махнул рукой и вышел.

— Жемчужины им… — пробурчал он себе что-то под нос, закрывая дверь.

Что ж, Буяна я не могу осуждать. Гвоздев тоже по-своему прав. Но мы с Шишей уже выросли из обычного охотника, которому нужна поддержка. Буян в каком-то смысле тоже такого же мнения. Все мы сейчас нацелены на личное развитие. У каждого свои цели. Но каждый хочет обогатиться, стать более успешным.

Аристократы начали расходиться. Шишаков проводил итоговую планёрку со своим персоналом. Кристина всё ещё разговаривала с репортёрами, которые договаривались с ней о следующей съёмке. Ну а я не стал их отвлекать.

Предупредил заранее Жигу, который уже ждал у входа. За пару минут он добросил меня до господинницы. Когда я оказался в плохо освещённом холле, бросил взгляд на циферблат настенных часов. Четыре утра, а сна ни в одном глазу.

Очутившись в своём спальном кабинете, я забрался на сайт Академии и принялся изучать информацию о ней.

Изучив карту, я понял, что там есть парковая зона, несколько корпусов рассыпаны вокруг большого стадиона. В стороне находилась жилая зона — россыпь кампусов, в которых живут студенты. И всё это на одной территории, которую держат четыре архимага. А это получается, что хрен кто сунется внутрь, чтобы хоть как-то навредить отпрыскам благородных семей. Себе дороже.

Я ухмыльнулся. Главное, чтоб среди тех отпрысков, что остались внутри, не нашлось какого-нибудь психа, вроде Гены Шелестова, или ещё какого зазнавшегося сукиного сына.