И тут тишину Гробницы разорвал отвратительный вой. Громкий, как сирена, он, тем не менее, не вызывал сомнений: его произвели голосовые связки, а не механизм! Чьи-то довольно-таки крупные голосовые связки. И совсем рядом!
Немертвые лошади продолжали идти как ни в чем не бывало, но Йон побледнел и натянул поводья.
— Так не должно… — начал он.
Ну да, блин, я тоже уже понял, что «так не должно»! Потому что слева из-за частокола выпрыгнула тварь размером с эльфийскую гориллу… нет, раза в два больше!.. и крупными прыжками рванула к нам!
Пока я соображал, что это вообще и сокрушался, что мое цельнометаллическое копье осталось в багаже — в кои-то веки могло бы пригодиться! — некромантов рядом со мной и след простыл. Я еще успел заметить черный вихрь, в который превратилась Ройга, а Элсина «сдуло» так быстро, что и заметить было нельзя. Ну да, Игнис в опасности, он, небось, сейчас сам себя превзойдет! Можно расслабиться и наблюдать за представлением.
Надеюсь. Наверное.
Но расслабиться и наблюдать за представлением не получилось: даже без ускоренной некромантской реакции я почти сразу понял, что битва развивается совсем не так, как следовало бы! Ускоренный Элсин — этого достаточно, чтобы покрошить в фарш довольно крупного крокодила метров двух-трех в длину за пару секунд. Понятно, что алгебраическая прогрессия тут не работает, но все равно, я не думал, что даже такая крупная неразумная тварь их с Ройгой задержит надолго. Эльфийской магии, затрудняющей логическое мышление, у нее нет, огнем она не плюется — это же умертвие, а не дракон! Что их, блин, может напрячь⁈
Однако прошло уже пять секунд, шесть…
Я вскочил, пытаясь лучше разглядеть происходящее. Тварь внушала: длинная вытянутая голова, как у птеродактиля, полная острых зубов, мощное мускулистое тело с короткими задними ногами и длинными передними конечностями, как у обезьяны. Складки кожи в подмышках раскрывались широкой перепонкой, помогая ей в прыжке. Она вертелась на месте, огрызалась, щелкала пастью, но продолжала методично двигаться вперед. Учителя и свою девушку я различал только смазанными черными пятнами, которые вертелись вокруг «птеродактиля», даже не мог понять, кто из них кто!
Молодой некромант рядом со мной замер неподвижным изваянием, только глаза бешено дергались на бледном лице. Я сообразил, что он ускорил скорость реакции и наблюдает за боем в ускоренном режиме. Но ускорить все тело не может, будучи живым. Только его немертвый мозг поддается влиянию Смерти!
Я чуть было не спросил парня, что происходит, но понял, что спалюсь — я же тоже, по идее, должен так уметь! Блин!
Йон воскликнул:
— Ну ваш старший магистр и крут! На голову запрыгнул! Ай-й, жаль, не удержался!
Я видел только, как тварь мотала головой, но не более того!
Вокруг монстра поднялся ветер, швыряя в химеру местный легкий песок, похожий одновременно на пыль и на пепел. Я обернулся. Игнис и Тея обе стояли в ландо, Игнис, нахмурившись, вытянула вперед руку. Пытается поднять смерч, который задержит тварь или вовсе ее сдует, понятно!
Нет, сдует вряд ли, у Игнис, кажется, нет возможности поднять ветер такой силы! Хотя… Я вспомнил, как она справилась с облаком вулканического пепла над Великой Гаванью, пусть и над самым его краем. Очень может быть, что с этой тварью будет попроще!
Тея тоже закусила губу — я увидел, что в воздухе, чуть поодаль от ландо, формируется прозрачная голубая капля. Размером с мою голову, она стремительно росла. Блин, бесполезная штука, и Тея это знает — она не выжмет из здешнего сухого воздуха столько воды, чтобы сделать что-то серьезное! Да и вообще, она сама мне как-то говорила, что магия конденсации, по сути, не боевая, — не те там объемы и скорости.
Кстати, о скоростях. Смерч, созданный Игнис, набирал скорость, но нельзя привести массы воздуха в движение мгновенно — тварь, похоже, почувствовала, что что-то не так. Она вскинула голову — из глазниц торчали уже знакомые мне глазки на концах щупалец — пронзительно взвизгнула (у меня аж уши заломило! Похоже, тоже еще одно оружие!), а затем прыгнула в сторону, разом покинув область смерча, созданного Игнис!
Ять!
Метелица тоже ругнулась, сдвинула свой смерч, чтобы замедлить умертвие и, кажется, усилила ветер: пепел и песок взвились столбом настолько плотно, что почти закрыли тварь. Но она все еще продолжала ползти к нам, цепляясь за землю передними когтистыми лапами. Вот упорная!
Ну да, живой зверь уже задумался бы, а стоит ли эта добыча таких усилий. Умертвие — другое дело. Ему-то пофиг.
Я перегнулся через свободное теперь сиденье, то, которое прежде занимали Элсин и Ройга, и вытащил из-под него свой рюкзак «с самым необходимым». Откинул клапан. Сверху лежали две бутылки антигорелки, в смысле, антивоспламеняющего зелья — полная противоположность тому, что мне надо, но ничего, сойдет!
— Игнис! — крикнул я. — Я сейчас кину в эту тварь бутылку, давай, как на фронтире!
Девушка поймала мой взгляд, кивнула — потом резко встряхнула кистями рук, рассеивая собственный ветер.
Я успел обернуться как раз вовремя, чтобы увидеть, как тварь прыгнула снова. Еще прыжок — и она нас достанет!
К счастью, у образины не осталось времени на рывок, потому что я метнул бутылку — и Метелица тут же подхватила ее вихрем, закидывая в распахнутую пасть твари.
Ну что, гори, Огонь!
Я поджег не саму тварь, это было бы палевно, — я поджег именно свою антигорелку! Потому что, как известно, поджечь можно даже негорючее — вопрос только в температуре. А уж здесь Огонь всегда к моим услугам.
Я был уверен, что проблем не возникнет: обычно умертвия, пропитанные консервантами, вспыхивают моментально. Однако эта тварь даже и не подумала заниматься, словно факел! Правда, и прыгать больше не смогла. Из глазниц и из ушей повалил дым, пасть обуглилась — и химера с грохотом рухнула на землю.
Ну вот и ладушки, а я уж думал: как-то наш вояж в новый мир слишком гладко начинается, не к добру!
