Князь Андер Арес 5 (СИ) - Грехов Тимофей

— Где… где я? — прохрипел он.

Я наклонился над ним.

— Добро пожаловать в твой новый дом, Норэль Селани. Надеюсь, ты хорошо отдохнул?

Эльф сфокусировал взгляд на мне, и в его глазах вспыхнула ненависть.

— АРЕЕЕС! Ублюдок, ты хотя бы понимаешь, что теперь ты и весь твой род сгинете! Мы уничтожим вас! Драконы… они сожгут здесь всё и…

Я прикрыл глаза, активируя навык стратега.

— Щёлк, — ударил я эльфа, чтобы тот заткнулся. И это возымело эффект.

— Скажи мне, Норэль, — решил я задать самый главный вопрос. — Ты знаешь, как создаётся арихалковая энергия.

Эльф никак не ожидал такого развития событий, и в какой-то момент он заржал.

— Идиоты! Вы всё это затеяли, чтобы узнать про арихалковую энергию? Ахах-хах-ха! Нет! Я ничего не знаю о ней! С чего бы мне вообще… — он резко замолк, увидев, как моё лицо озаряет улыбка. Навык сработал! Тринадцати процентов, чтобы почувствовать ложь, хватило! В голове буквально прозвенел звоночек, сигнализируя, что он врёт.

— Тебя запомнят, как эльфа, который предал всю свою расу, — поднимаясь сказал я. После чего бросил родным. — Пойдёмте. Всё, что надо, я узнал.

Когда мы вышли, ко мне обратился Селви.

— Племяш, я не понимаю твоей радости. Артефакт лжи молчал, он не знает секрет создания арихалковой эне…

— Он врал, — перебил его я. — Не знаю, как эти остроухие ублюдки научились это делать, но Норэль Селани врал.

— Откуда ты это знаешь? — спросил Сэм.

— Кровь нельзя обмануть, — ответил я полуправду, ведь дар тут был ни при чём. Но этого знать остальным необязательно.

— Ты уверен? — спросил Миша.

— Да. И теперь нам надо как можно скорее собрать ингредиенты для зелья.

Королевство Святой церкви.

Пауль II сидел в своей любимой гостиной, наслаждаясь утренним чаем. Это была одна из немногих радостей, которые он позволял себе в последнее время — недавно он отпраздновал своё пятисотлетие. И сделав глоток чая, он посмотрел сквозь окно на улицу. Во двор, где гуляли его пра-пра, а может уже и ещё раз правнуки. Это для долгоживущих рас пятьсот лет самый рассвет сил, но для людей это было очень много. В груди шевельнулась тихая грусть. За эти века он видел рождение своих детей, наблюдал, как они расцветали и видел, как один за другим уходили. Кто‑то от старости, кто‑то сраженный неизлечимой болезнью, иные по юной беспечности, а кое‑кто и от рук врагов.

До недавнего времени Пауль держал родственников на расстоянии. Он давал им некоторые ресурсы для развития, защиту, связи, но эмоционально не подпускал их к себе. Человек, как кирпич — чем больше его обжигают, тем крепче он становится. Вот и Пауль стал забывать про мирские радости, на деле только изображая доброго дедушку. Сам же тем временем плел свои интриги. За спиной его называли «пауком». И Пауль не возражал, потому что это отражало его суть.

Но после истории с Мисой* всё изменилось (*предавшая род святых из-за зелья Власти и напавшая на Елену вместе с предателями-рыцарями из ордена Святого престола). Его праправнучка — талантливая магесса, подающая надежды паладин. Он возлагал на неё большие надежды…

— «Ай, кому я вру! — подумал Пауль. — Она была неплохим инструментом. И если кого и винить в том, что она предала, то только самого себя!»

Пауль до сих пор помнил, как держал в руках доклад Елены, в котором она описывала события тех дней. И, конечно, предательство Мисы.

Что же до Елены… бедная девочка была не готова к тому, с чем ей пришлось столкнуться.

Пауль прикрыл глаза, делая глоток чая. После того случая он сделал определённые выводы. Нет, он не стал добрее, но он стал… расчётливее.

Он понял одну простую истину: один в поле не воин. Даже «SSS» ранговый одарённый не может быть везде одновременно. Не может контролировать всё. И когда придёт время, а оно обязательно придёт, ему понадобится поддержка.

Не наёмники, не союзники по расчёту, а семья.

Поэтому он изменил своё отношение к родне. Начал чаще общаться с родственниками, устраивать семейные ужины, интересоваться их жизнями. Он лично занялся обучением наиболее талантливых, делился знаниями, артефактами, связями. Результат не заставил себя ждать. Его авторитет в роду, и без того огромный, вырос до небес. Теперь его слово было законом не из-за страха, а из уважения. Младшие поколения смотрели на него не как на далёкого и грозного предка, а как… они смотрели на него с восхищением.

Вот и сейчас он услышал, как двое мальчишек спорили, кто из них будет Паулем, а кто драконом. И спор был жарким, ведь оба хотели быть дедом!

В этот момент дверь гостиной распахнулась, и внутрь влетела Елена.

— Дед! — её лицо сияло. — У меня для тебя хорошие новости!

Пауль позволил себе едва заметную улыбку. После того, что случилось в Меносе, он действительно стал внимательнее относиться к этой девочке. Она была храброй, умной… и очень напоминала ему его первеницу, которую, к слову, тоже звали Елена. Раньше он этого не замечал, или старался не замечать, но теперь, когда они почти каждый день пересекались по работе, он не мог этого отрицать. Он стал нагружать её делами рода, приоткрыл нелицеприятную сторону о том, чем люди занимаются по его приказу. Например, про эксперименты над животными и людьми.

Пауль не был монстром, и в лаборатории на нижние ярусы под городом Александрийск попадали только самый худшие люди планеты. Убийцы, насильники, психопаты и те, кто распространял дурманящие зелья. Когда он побывал в лаборатории вместе с Еленой, которая после этого смотрела с ужасом на него, он дал ей папку с информацией о том, чего они смогли добиться благодаря экспериментам. И через несколько дней она сама пришла к нему и сказала, что понимает зачем он это делает. И принимает…

Тогда-то Пауль понял, что принял правильное решение приблизить её. Тем не менее девушка пока не догадывалась, какие планы имел на неё уважаемый дедушка.

Пауль медленно поставил чашку на блюдце, при этом не отрывая взгляда от внучки.

— Да? — спокойно произнёс он. — Ты наконец-то выходишь замуж?

— ДЕ-ДА! — возмутилась Елена, при этом топнув ногой.

Елена… она была влюблена в Андера Ареса. Это было очевидно. После Меноса он окружил её очень симпатичными мужчинами. Но все получили от ворот поворот. Разве что стало ясно, что ей нравятся те, кто обладает внешностью, схожей с Аресом. И ЭТО БЫЛО ПРОСТО ПРЕКРАСНО! Этим-то Пауль и собирался воспользоваться.

Не из желания использовать внучку, как пешку. Хотя, если честно, немного и из этого тоже. Но в первую очередь из расчёта.

Божественный механизм, полученный от другой сущности… Он хотел увидеть, что получится если скрестить их. Он хотел понять, как и при каких обстоятельствах Андер прошёл инициацию. Какими способностями он обладает? Какими способностями будет обладать их ребёнок? Можно ли будет пройти повторную инициацию, приняв плоть древнего Вестника смерти, который… если наскальные письмена не врали, был на пороге становления финаром. Во время перехода на энергетический уровень на него напали враги и убили. И скорее всего там постарался кто-то из предков Пауля, ведь как объяснить иначе, почему при инициации могут получить божественную частицу только те, в ком течёт его кровь?

Он тяжело вздохнул.

Идеально было бы поженить Андера и Елену. Разумеется, молодого Ареса не получится убедить покинуть родные земли. Но это никак не мешало играть и дальше любящего и заботливого дедушку, навещать Елену и втираться в доверие к Андеру, а заодно выведывать его секреты. Пусть не самому, а через Елену, но какая разница? Главное результат.

Оставалось только подтолкнуть Елену в руки Ареса. И чтобы у них было больше шансов Елена, по распоряжению Пауля, обучалась танцам, улучшая гибкость тела, целительские заклинания, в особенности касающиеся интимной жизни. Учили рассказывать смешные истории и требовали от Елены пересказать их так, чтобы её было интересно слушать. Языку тела, истории рода Арес, проводимой ими политике, экономике и многому другому. Также ей преподавали основы семейной жизни (психологии) основываясь на портрете Андера Ареса. Для его составления пришлось помучаться. Но информация, полученная от студентов Академии магии в Ирвенте, наёмников, с которыми он сражался против пчёл в городе Ставар, купца Филиппа Крюс, что был избит Андером за то, что тот делал непрозрачные намёки Лилии Старли, дали хоть и обрывочные, но вполне пригодные для работы данные. Также был составлен портрет Лилии, чтобы понять какие качества нравятся Андеру в девушках. Пауль… он был из такой категории людей, которые следовали принципу: нет человека — нет проблемы. А Лилия была проблемой. Ведь, насколько удалось узнать, Арес не воспринимал многоженство, отдавая предпочтение новомодному веянию моногамии в браке. Но немного подумав решил, что проще изменить мышление Андера, чем рисковать такой возможностью. Поэтому оставил вариант с ликвидацией на крайний случай.